Ассоциация российских банков провела открытую дискуссию «Банкизация или дебанкизация России? Есть ли будущее у малых и средних банков России?», которая обозначила основные проблемы развития региональных игроков. На мероприятии своими оценками обменялись представители ЦБ, банкиры и эксперты. Руководители АРБ предложили ряд законодательных инициатив, призванных на основании передового зарубежного опыта помочь не только региональным банкам, но и клиентам из малого и среднего бизнеса.

Печальная статистика

Открывая дискуссию, президент Ассоциации российских банков (АРБ), академик РАН Гарегин Тосунян напомнил статистику Банка России по кредитным организациям и региональным банкам в частности. По данным ЦБ, за последние 8 лет общее количество банков в России сократилось в 2,5 раза – с 859 до 339. Количество региональных банков за это время уменьшилось с 381 до 148 (за вычетом банков Санкт-Петербурга, Московской и Ленинградской областей). За восемь лет отозвано более 450 банковских лицензий, в том числе с учётом обращений банкиров в ЦБ с желанием самостоятельно сдать лицензии. Только в 2020 году добровольно сдали лицензии 22 банка. «Эта тенденция говорит об усталости банкиров и означает, что частный банковский бизнес теряет прибыльность и привлекательность»,– отметил Тосунян.

Президент АРБ представил карту регионального присутствия банков на территории России. В 25 субъектах РФ не осталось ни одного регионального банка, еще в 25 регионах – 1 банк на регион, и в 23 регионах – по 2–3 банка на регион, т.е. в 86% субъектов РФ количество региональных банков находится на минимальном уровне. «Если в 2013 году только в 16 субъектах РФ не было собственных банков или был один, то сейчас таких регионов уже 50. Т.е., количество регионов без местных банков выросло в три раза», – подчеркнул Тосунян.

За восемь лет доля региональных банков в активах сектора сократилась с 8,8 до 4,2%, в кредитовании физлиц – с 13,2 до 4,5%, в кредитовании юридических лиц – с 7,3 до 2,6%.

Ключевой сегмент бизнеса малых и региональных банков – кредитование МСП – находится под давлением из-за проблем доступа к дешёвому фондированию и участию в государственных субсидиарных программах. Крупные банки вытесняют конкурентов из этого сегмента: доля топ-30 банков в кредитовании МСП стремительно растёт с 2015 года – с 43% до почти 80% (на 01.08.2021). При этом объём клиентской базы (количество МСП) за последние четыре года фактически не изменился: октябрь 2017 – 5,8 млн субъектов МСП; октябрь 2021 – 5,7 млн. Наращивание портфеля МСП крупными банками не способствует развитию малого и среднего предпринимательства в целом.

Заместитель руководителя Службы текущего банковского надзора Банка России Алексей Ветохин дополнил статистику по региональным банкам. Он сообщил, что сейчас в России работает 168 региональных банков. Из них 88 имеют универсальную лицензию, 80 – базовую, две кредитные региональные организации являются системообразующими в регионах своего присутствия. Кредитные рейтинги аккредитованных при Банке России четырёх рейтинговых агентств имеют 75 региональных банков (65 с универсальной лицензией и 10 с базовой). Третий квартал 2021 года более 80% региональных банков закончили с прибылью.

Однако, заметил Ветохин, отчётность региональных банков показывает, что от 10 до 40% активов размещены в ЦБ, т.е. используются неэффективно и не участвуют в экономике страны. При этом банковский сектор остаётся главенствующим в финансовой системе: на его долю приходится 76,9% всех активов российского финансового сектора.

Высокие барьеры

Большой резонанс вызвало выступление председателя правления Челябинвестбанка, члена Совета АРБ Сергея Бурцева. По его мнению, основной проблемой развития региональных банков является ограниченный доступ к ресурсам, в том числе к участию в госпрограммах. Важны вопросы честной конкуренции между крупными банками с государственным участием и частными региональными игроками. «Драматические изменения состоят в том, что нынешняя банковская система ориентирована на банки с госучастием, которые фактически монополизировали рынок. Выглядит так, что все нормативные акты и законы пишутся, исходя или из их интересов, или из интересов государства, забывая о том, что в России есть ещё и коммерческие банки», – подчеркнул челябинский банкир.

Региональные банки часто не допускают к участию в госпрограммах по кредитованию, создают неоправданные требования при работе по выдаче гарантий. Бурцев отметил, что «при участии в конкурсах и государственных программах банк рискует своими деньгами, поэтому к госпрограммам кредитования можно допустить вообще все кредитные организации, чтобы клиент получил возможность выбора и выгоду от снижения цен за счёт конкуренции». Крупные банки хотят развивать только свои экосистемы, не допускают к своим проектам банки-партнёры на выгодных условиях, часто проявляют элементы недобросовестной конкуренции.

Особенно это касается навязывания услуг, мисселлинга, нарушения законодательства о рекламе и персональных данных, искажения расчёта полной стоимости кредита – перечислил основные признаки недобросовестной конкуренции Бурцев. Он привёл как пример систему быстрых платежей ЦБ (СБП), к которой малые и средние банки подключились одними из первых, а крупные банки пришли фактически последними и не торопятся при этом включать в свои справочники переводов малые и средние банки. В таких случаях ускоренная разработка (раньше сроков, чего просит регулятор) и внедрение региональными банками технологий становятся бессмысленными.

Также у региональных банков есть проблемы с взаимодействием с органами государственной власти. Бурцев рассказал о наличии сложностей при подключении к системе Росреестра для проверки и регистрации сделок, при проверке паспортов, а также о внезапных отключениях банков от сервисов налоговой инспекции. Часто банкам могут не предоставлять техническую поддержку, стенды тестирования, не доводят важную информацию в период смены форматов отправки сообщений, с задержкой от двух недель до года могут заключать с банками соглашения. Но критика в адрес банков или штрафы могут появляться уже на следующий день в случае невыборки лимитов или невыполнения требований законодательства.

«Мы понимаем, что многим государственным организациям проще решить проблему с тремя крупными банками с госучастием, чем с остальными 300», – отметил Бурцев. Он обратил внимание на непропорциональность штрафов, когда крупный банк получает штраф за нарушение на 1 миллион рублей (чаще от ЦБ – на 30 тыс. рублей), а средний банк может получить штраф от ИФНС на 100 миллионов за одну техническую ошибку, в результате которой никто не пострадал.

Банкир также привёл пример со списком публичных должностных лиц, для получения которого многие банки вынуждены платить раз в год миллион рублей (список нужен для выполнения требований законодательства и Росфинмониторинга о противодействии легализации). «Но даже миллион рублей для небольшого банка – это большая сумма», – отметил Бурцев.

О неравных условиях банков в доступе к государственным ресурсам говорил и председатель комитета «ОПОРЫ РОССИИ» по финансовым рынкам Павел Самиев, который представил данные по просрочке кредитных портфелей по сектору МСБ (2017–2021 гг.). Из них следует, что у крупных банков из топ-30 просрочка кредитных портфелей по МСБ с 2017 года сокращалась – с 13% до 6%, а у остальных, наоборот, росла – c 15,6% до 22,9%. По мнению Самиева, у крупных банков есть приоритетный доступ к государственным программам поддержки, они получают дешёвое фондирование, что недоступно средним и региональным банкам, которым остаются некредитоспособные заёмщики. «Получается эффект разноплановой клиентской базы, когда более качественные клиенты уходят в крупные банки», – отметил председатель комитета «ОПОРЫ РОССИИ». Честной конкуренции, по его мнению, также мешает проблема использования кредитных рейтингов, когда рейтинги только 2 из 4 рейтинговых агентств, аккредитованных в ЦБ, (РА «Эксперт» и АКРА) могут быть использованы для доступа к участию в госпрограммах, а значит и фондированию.

Президент НС Банка, член Совета АРБ Юрий Петров отметил, что в законодательстве, к сожалению, отсутствует чёткое определение требований к банкам, которые выдают банковские гарантии для клиентов, и чьи гарантии принимаются заказчиками. Поэтому нередко заказчики предъявляют завышенные, а иногда и неисполнимые требования к банкам-гарантам. Например, требуют наличие генеральной банковской лицензии, которые сегодня де-юре не существуют, и по факту, таким образом, отсекают банки с базовыми лицензиями, которые полностью могут соответствовать требованиям 44-ФЗ. В результате, заказчики отклоняют заявки «нежелательных» участников торгов, что противоречит усилиям, которые предпринимают Правительство и Корпорация МСП для повышения доли закупок у малого бизнеса в рамках 223-ФЗ. По мнению Петрова, повышенные требования заказчиков к банкам, чьи банковские гарантии они готовы принимать, становятся «узким горлышком», препятствующим расширению участия МСП в закупках корпораций.

Впрочем, не все выступления носили критический характер. Заместитель руководителя ФАС Андрей Кашеваров напомнил, что 2 сентября 2021 года вступил в силу Национальный план развития конкуренции на 2021–2025 годы, где зафиксировано право равного доступа финансовых организаций, в том числе являющихся субъектами малого и среднего предпринимательства, к государственным программам субсидирования из средств бюджета льготного финансирования. Часть мер из Национального плана уже реализуются в рамках Дорожной карты развития конкуренции на период 2018–2020 годов. Отдельная Дорожная карта развития конкуренции на рынках финансовых услуг на 2022–2025 годы будет утверждена в марте 2022 года.

Зарубежный опыт

Директор Банковского института НИУ ВШЭ, к.э.н., проф. Василий Солодков на примере США показал, что региональные банки в развитых экономических системах весьма успешны. Они лучше знают местные рынки и имеют меньше обязательных нормативов от регулятора (ФРС), чем федеральные многофилиальные игроки.

Солодков отметил, что Конгресс США уделяет большое внимание развитию именно региональных банков в штатах, поскольку такой подход позволяет влиять на местную занятость и стимулировать МСП. Из юридических особенностей профессор назвал одинаковое страховое покрытие для юридических и физических лиц для клиентов банков и кредитных кооперативов (кредитных союзов), которые в отличие от банков освобождены от налога на прибыль. При этом средние затраты на обслуживание текущего счёта в этих кредитных союзах дешевле в среднем на 30%, чем в классическом банке.

«В России с момента начала чистки банковской системы в 2013 году мы видим неравноправную конкуренцию. Из-за того, что АСВ не страхует средства юрлиц, региональные банки вынуждены размещать свои средства в Банке России. Компании предпочитают хранить свои деньги в крупных банках, у кого гарантированно никогда не отзовут лицензию», – считает Солодков. Он подчеркнул, что сейчас создать с нуля региональный банк, который попадет в АСВ, невозможно.

Предложения АРБ

Вице-президент АРБ Павел Неумывакин в своем выступлении обратил особое внимание на то обстоятельство, что доля банков с государственным участием в активах сектора на конец 2020 года за последние 8 лет выросла с 58 до 74%. Показатель рентабельности капитала у региональных банков с универсальной лицензией, по данным ЦБ РФ, несколько ниже (11%), чем у банковского сектора в целом (13%), но по достаточности капитала несколько лучше: 14,5% против 12,6% по сектору в целом. Неумывакин отметил, что в российских нормативных документах в принципе отсутствует определение регионального банка.

Для соблюдения принципа честной конкуренции АРБ предлагает ввести в банковское законодательство нормативное понятие «регионально значимый банк». Новелла позволит самостоятельным региональным банкам получить дополнительные преференции в вопросах государственной поддержки. Также необходимо уточнить определение «региональный банк». Получить этот статус, по идее АРБ, могут только банки, зарегистрированные не в Москве, которые не относятся к системно значимым кредитным организациям (СЗКО), не имеют претензий к текущей деятельности со стороны ЦБ (отнесение ко 2-й квалификационной группе и выше) и более 50% своих активов используют на территории региона. Также важно наличие любого рейтинга из российского рейтингового агентства.

В числе мер по поддержке малых и средних банков АРБ предлагает автоматически включать эти банки во все федеральные программы на территории своего региона. Кроме этого, региональные банки должны получить право на обслуживание всех категорий клиентов без ограничений, механизм докапитализации посредством ОФЗ и специальные формы надзора и регулирования, отличные от действующих для крупных банков.

Вице-президент АРБ Неумывакин отметил, что с учётом обязательного наличия рейтинга РА для банков, предлагается снизить планку рейтинговой оценки от АКРА или РА «Эксперт» с BBB- до BB+, что автоматически удвоит количество банков, которые имеют доступ к участию в государственных программах и остановит дебанкизацию.

АРБ предлагает также дать банкам право самостоятельно принимать решение о целесообразности участия в сложных технологических проектах до внедрения специальной программы ИТ-поддержки с финансированием за счёт федеральных институтов развития. «Это помогает не менять саму систему, но опираться на здравый смысл. Исследование АРБ показывает, что рыночную конкуренцию региональные банки как раз выдерживают, и все препоны для их развития – искусственные. Мы видим, что в схожих с Россией государствах с федеративным устройством региональные банки, имеющие чёткую бизнес-модель своего развития, продолжают успешно действовать», – заключил вице-президент АРБ Павел Неумывакин.

Текст: Сергей Шахт

Материал также опубликован в печатной версии Национального Банковского журнала (№10, октябрь 2021)