Рост числа убыточных кредитных организаций на фоне высокой стоимости фондирования и увеличения резервов пока не говорит о системном кризисе, однако показывает, насколько по-разному меняются условия работы крупных и небольших банков. Крупнейшие игроки сохраняют значительную часть прибыли сектора, тогда как региональные и нишевые организации сталкиваются с ростом стоимости пассивов, ухудшением качества кредитных портфелей и необходимостью искать новые бизнес-модели.

Число убыточных кредитных организаций в России с начала 2026 года выросло на 87%, до 86 игроков, следует из данных Банка России. Почти четверть кредитных организаций завершает период с отрицательным финансовым результатом. При этом собственно банков, работающих в минус, к августу насчитывалось 65 из примерно 300.

На первый взгляд эта статистика выглядит парадоксально: банковский сектор в целом сохраняет высокую прибыль, но число организаций с отрицательным результатом увеличивается. Однако эксперты обращают внимание на структуру финансового результата. По их оценкам, основная масса прибыли сосредоточена у крупнейших игроков, тогда как давление на маржу небольших банков оказывается значительно сильнее.

Почему число убыточных банков растёт

Одним из ключевых факторов для банков становится изменение процентной среды. Организации привлекали средства клиентов в период высоких ставок, а затем столкнулись с постепенным снижением доходности новых размещений. При этом обязательства перед вкладчиками по ранее заключенным договорам сохраняются.

Для небольших банков такая ситуация особенно чувствительна: у них меньше возможностей компенсировать сокращение доходности одних операций результатами других направлений бизнеса.

«Крупные банки по-прежнему зарабатывают, а мелкие и региональные терпят убыток», – отмечает сооснователь и генеральный директор Auditorium CG Юрий Окишев. По его оценке, одна из причин заключается в том, что при высокой ключевой ставке банки могли размещать средства в инструменты с высокой доходностью, а после снижения ставки такой источник дохода стал менее эффективным, тогда как обязательства по ранее привлечённым депозитам сохранились.

Дополнительное давление создает кредитный портфель. Рост просроченной задолженности заставляет банки увеличивать резервы, а значит, непосредственно сокращает текущий финансовый результат. Особенно заметна эта проблема у организаций, работающих с региональным бизнесом и сегментом МСП.

Эксперты также указывают на рост банкротств компаний и физических лиц. При ухудшении финансового положения заёмщика банку приходится формировать дополнительные резервы под возможные потери. В отдельных случаях при банкротстве контрагента объём резервирования может достигать 100% требований, что резко увеличивает расходы организации.

Кроме того, давление на финансовый результат могут создавать проверки регулятора. По словам отраслевого эксперта, кандидата экономических наук Ольги Горюковой, по итогам комплексных и тематических проверок ЦБ банки могут получать требования о дополнительном формировании резервов по ссудам.

Таким образом, рост числа убыточных организаций нельзя объяснить одной причиной. На финансовый результат одновременно воздействуют стоимость фондирования, качество кредитного портфеля, объём резервов, структура активов и пассивов и операционные расходы.

Почему высокая прибыль сектора не противоречит росту убытков

Рост числа банков с отрицательным финансовым результатом может выглядеть особенно неожиданно на фоне высокой совокупной прибыли отрасли. Однако эти два показателя характеризуют разные стороны рынка.

Совокупная прибыль показывает финансовый результат сектора в целом, а количество убыточных организаций – то, насколько равномерно этот результат распределён между участниками.

«Финансовый результат распределяется крайне неравномерно», – отмечает генеральный директор экосистемы управления репутацией и бизнес-аналитики «Платформа VICTORY» Василий Александров.

Иными словами, одновременно крупные игроки могут показывать высокую прибыль, а десятки небольших организаций – уходить в минус. Это не арифметическое противоречие, а следствие высокой концентрации финансового результата.

Похожую оценку даёт предприниматель и магистр экономики Илья Кутнюк. По его словам, около 75–76% прибыли приходится на первую десятку банков, тогда как совокупные потери убыточных организаций к июню оценивались примерно в 90,2 млрд руб. – меньше, чем годом ранее, несмотря на увеличение числа банков с отрицательным результатом.

Есть и другой важный момент: прибыль банков формируется не только за счёт кредитования. На неё влияют стоимость привлечённых средств, резервирование, переоценка активов, комиссии и результаты операций на финансовом рынке.

Например, в июле 2026 года прибыль банковского сектора составила 443 млрд руб., увеличившись на 18% к июню. При этом Банк России связывал рост с сокращением отчислений в резервы по корпоративным кредитам. Одновременно отрицательная переоценка долговых ценных бумаг повлияла на совокупный финансовый результат.

Поэтому количество убыточных банков и прибыль сектора необходимо рассматривать одновременно с размером убытков, качеством активов и запасом капитала.

Малые банки попали под двойное давление

Разрыв между крупными и небольшими игроками формируется не только из-за разного масштаба бизнеса. У крупных банков существенно шире набор источников дохода и больше финансовая подушка.

Большой универсальный банк может компенсировать слабый результат одного направления комиссионным бизнесом, расчётными операциями, корпоративным кредитованием или операциями на финансовом рынке. У региональной или нишевой организации возможностей для такой диверсификации значительно меньше.

«Крупные банки несут меньше издержек от снижения ключевой ставки, ликвидности наличных и стоимости ОФЗ», – говорит Юрий Окишев. По его словам, у крупнейших игроков больше возможностей быстро менять условия по вкладам и адаптироваться к политике регулятора.

Небольшие банки, напротив, могут сильнее зависеть от отдельных категорий клиентов и структуры собственного портфеля. Если среди заёмщиков растёт доля компаний МСП или физических лиц с ухудшающимся финансовым положением, это быстрее отражается на резервировании.

Дополнительным вызовом становится стоимость фондирования. Банку приходится платить по привлеченным депозитам, тогда как доходность новых размещений может снижаться быстрее. В результате процентная маржа сжимается.

Генеральный директор АО «НИРУМ» Валерий Зоткин отмечает, что в условиях высоких ставок банки конкурируют за средства населения и бизнеса, в том числе через депозитные ставки. При этом доходность уже сформированного кредитного портфеля меняется постепенно. Такая разница в скорости изменения активных и пассивных ставок способна сокращать маржу отдельных организаций.

Главный риск – не убыток отдельного банка, а длительное давление на рентабельность

Пока эксперты не считают рост числа убыточных организаций достаточным основанием для вывода о системном банковском кризисе.

Илья Кутнюк предлагает оценивать ситуацию не по количеству банков в минусе, а по совокупности показателей: достаточности капитала, ликвидности, объёму проблемных кредитов, устойчивости фондирования и распространению убытков на системно значимые организации.

С этой точки зрения происходящее больше похоже на расслоение рынка. Крупнейшие банки способны выдерживать изменения процентной среды и рост расходов благодаря масштабу и диверсификации, тогда как небольшим игрокам приходится быстрее перестраивать бизнес.

«Сегодня я вижу скорее не кризис банковской системы, а кризис рентабельности части её небольших участников», – считает Кутнюк.

Однако затяжное давление на финансовый результат способно изменить структуру самого рынка. Если небольшие банки не смогут восстановить маржу, им придется искать узкую прибыльную специализацию, объединяться или уходить с рынка. Это означает дальнейшую консолидацию банковского сектора.

При этом Окишев обращает внимание на дополнительные внешние риски. По его мнению, нынешняя ситуация сама по себе не свидетельствует о кризисе отрасли, но турбулентность может усилиться при новых санкционных ограничениях или резком изменении цен на нефть.

Резервы становятся ключевым индикатором состояния банков

Для оценки устойчивости банковского бизнеса особенно важно следить за тем, как меняется стоимость кредитного риска.

Ухудшение финансового положения заёмщиков запускает цепочку: рост просрочки – увеличение резервов – сокращение прибыли. Если одновременно растёт число реструктуризаций и банкротств, давление на финансовый результат усиливается.

Ольга Горюкова обращает внимание именно на эту взаимосвязь. По её словам, банки сегодня вынуждены рассматривать обращения клиентов о реструктуризации задолженности, в том числе со стороны крупных корпоративных заёмщиков. Изменение сроков кредитов, предоставление отсрочек и корректировка графиков платежей требуют дополнительного резервирования.

При этом высокая стоимость денег ограничивает возможности банков снижать кредитные ставки для заёмщиков. Если организация одновременно несёт повышенные расходы по депозитам, снизить стоимость кредита без ущерба для собственной маржи ей сложно.

Получается замкнутая конструкция: заёмщикам нужна более доступная стоимость финансирования, но банкам необходимо сохранять достаточную маржу и создавать резервы под растущие риски.

Клиентский опыт становится фактором выживания небольших банков

Финансовое давление может иметь для небольших банков ещё одно последствие – необходимость сокращать расходы. И здесь возникает риск, который не всегда сразу отражается в банковской отчётности.

Василий Александров указывает, что при сжатии маржи банк может начать экономить на расходах, которые не создают непосредственную выручку: содержании сети, банкоматах, службе поддержки. Проблема в том, что клиент замечает ухудшение сервиса раньше, чем оно становится очевидным из финансовых показателей.

По его словам, показателен случай одного регионального банка, который отслеживал отзывы клиентов об отделениях, но не учитывал отзывы об отдельных банкоматах. В результате негатив по конкретным точкам оставался практически незамеченным: клиенты жаловались на неисправности, проблемы с картами и интерфейсом, а банк не воспринимал банкоматы как самостоятельный объект репутационного контроля.

Для крупного банка такая проблема может означать упущенную возможность. Для организации, которая работает на грани рентабельности, отток розничных клиентов способен стать значительно более серьёзным фактором.

Небольшим игрокам, таким образом, приходится конкурировать уже не только ставкой по депозиту или кредиту. Цифровые каналы, доступность банкоматов, качество поддержки и отзывы клиентов постепенно становятся частью финансовой устойчивости бизнес-модели.

Что будет с банковским рынком дальше

В ближайшей перспективе ключевым вопросом станет продолжительность давления на маржу небольших банков.

Если стоимость фондирования будет снижаться, а качество кредитных портфелей стабилизируется, часть организаций сможет восстановить финансовый результат. Если же высокая стоимость пассивов будет сочетаться с дальнейшим ростом резервов, давление на рентабельность сохранится.

В таком сценарии рынок продолжит двигаться к консолидации. Небольшим банкам придётся либо находить устойчивую специализацию, либо менять структуру бизнеса, либо искать партнёров для объединения.

При этом сама по себе цифра в 65 банков с отрицательным результатом не даёт оснований говорить о системном кризисе. Важнее то, насколько велики убытки этих организаций, какой объём активов они контролируют, и затрагивают ли проблемы системно значимые банки.

Именно поэтому нынешнюю ситуацию корректнее рассматривать как период структурной перестройки. Банковский сектор продолжает оставаться прибыльным в совокупности, но цена этой устойчивости распределяется между участниками неравномерно.

Для крупнейших банков изменение процентной среды становится вопросом адаптации. Для небольших – вопросом сохранения бизнес-модели. И чем дольше сохраняется давление на стоимость фондирования и кредитный риск, тем сильнее будет различаться траектория этих двух частей банковского рынка.   

Текст: Оксана Дяченко

Материал также опубликован в печатной версии Национального банковского журнала (сентябрь 2026)