С 1 октября Россия вступила в новый цикл цифровизации финансовой системы.
На первом этапе проекта из федерального бюджета начали поступать цифровые рубли (ЦР) в сферу капитального строительства и систему социальных выплат. Массовое внедрение новой формы денег начнётся с 1 сентября 2026 года. Нововведение, сулящее немало «дивидендов» для государства и граждан, вызвало неоднозначную реакцию у финансистов. По разным экспертным оценкам, после внедрения цифрового рубля коммерческие банки могут потерять около 80 млрд руб. дохода только от обработки карточных платежей. Кроме этого, банкиров беспокоит отток ликвидности со счетов, потеря залогов высоколиквидных активов и ухудшение конкурентной среды на рынке. В наиболее уязвимом положении окажутся региональные и небольшие универсальные игроки банковского рынка, бизнес-модели которых сильно зависят от остатков на счетах и комиссионных операций.

История вопроса

Основы правового регулирования цифрового рубля заложил Федеральный закон № 340-ФЗ, вступивший в силу 1 августа 2023 года. Документ определил цифровой рубль как
третью форму российской валюты – наряду с наличными и безналичными деньгами – и назначил Банк России единственным оператором и эмитентом цифровой валюты.

23 июля 2025 года президент РФ Владимир Путин окончательно закрепил переход к новой форме национальной валют, подписав закон о поэтапном внедрении ЦР. Согласно ему, с 1 октября стартовал пилот по практическому внедрению цифрового рубля в сфере капстроительства и соцвыплат. Конкретный список получателей пока не утверждён правительством, но уже ясно, что в нём окажутся федеральные «детские» пособия (единовременное при рождении ребенка, по беременности и родам, ежемесячное до полутора лет), пособия малоимущим семьям, инвалидам, по безработице и пенсионерам.

На втором этапе проекта, который начнется с 1 января 2026 года, виртуальные «монеты» Банка России станут доступны для любых федеральных выплат – пенсий, стипендий, зарплат бюджетников и прочих пособий.

Граждане, пожелавшие присоединиться к пилоту, уже начали открывать на платформе ЦБ электронные кошельки для хранения ЦР. Запросить открытие кошелька можно через приложение любого банка. При этом к банку кошелёк не будет привязан. Доступ к нему возможен через любой банк, которым пользуется человек.

Использование ЦР – не обязанность, а право. Глава ЦБ РФ Эльвира Набиуллина неоднократно подчёркивала эту позицию: «Я не устану повторять, что мы не будем навязывать цифровой рубль». По её словам, для граждан использование ЦР является «абсолютно добровольным».

Главный бенефициар

Главным бенефициаром нововведений станет государство, уверены опрошенные NBJ эксперты. Как считает ведущий аналитик по банковским рейтингам «Эксперт РА» Алексей Кирюхин, стратегическая цель проекта – сформировать дополнительный контур национальных платежей, повысить прозрачность финансовых потоков и упростить проведение трансграничных платежей.

Для Банка России, по мнению аналитика, основные позитивные стороны внедрения цифрового рубля заключаются в расширении функционала монетарной политики и надзора, который позволит отслеживать денежное обращение в режиме реального времени. Кроме этого, существенно улучшится контроль за целевым использованием бюджетных средств и сократятся расходы ЦБ на печать и обслуживание наличных.

Однако регулятору придётся потратиться на создание и надёжную защиту новой цифровой платформы, чтобы снизить риски кибератак и защитить персональные данные граждан.

«Солидную порцию «вистов» от внедрения цифрового рубля получила и ФНС: для налоговиков упростится контроль за доходами бизнеса и граждан. В ведомстве рассчитывают, что цифровой проект поможет сократить теневую экономику и увеличить налоговые поступления. Хотя точные цифры вроде роста на 1–1,5 трлн рублей в год носят прогнозный характер и не подтверждены официально», – отметил экономист, топ-менеджер в области финансовых коммуникаций Андрей Лобода. Он не исключает сопротивления со стороны части предпринимателей.

Удобства против страхов

Официально Центробанк позиционирует цифровой рубль как дополнительный инструмент для платежей и переводов, который предоставит физлицам и юрлицам новые возможности и удобства. Безусловно, самым ценным «пряником» для физлиц стали бесплатные операции. Все переводы между людьми и платежи в магазинах проходят без комиссии, что позволит людям перестать зависеть от тарифов банков, отметили в ЦБ РФ. По словам зампреда Банка России Зульфии Кахрумановой, любую сумму можно будет бесплатно переводить как себе, так и другим. Открытие и обслуживание цифрового кошелька также бесплатно.

«Для граждан цифровой рубль будет новой и удобной формой расчёта и платежа, хотя бы потому, что цифровым рублём можно будет расплачиваться даже со смартфона как «виртуальными наличными», потому что для расчётов в цифровых рублях не нужен будет интернет», – отметила ведущий аналитик Freedom Finance Global Наталья Мильчакова.

Потерять цифровой рубль, по её оценке, будет весьма затруднительно, поскольку каждый такой рубль имеет свой уникальный код, по которому ЦБ РФ всегда сможет восстановить пропажу (в случае, например, взлома кошелька). Цифровой рубль будет невозможно украсть, как наличные или карту. Мошенникам тоже будет затруднительно адаптироваться к нововведению, ведь ЦБ РФ всегда может отследить, куда и кому ушли со счёта цифровые рубли добропорядочного гражданина, так что количество мошеннических схем сократится.

— Главный страх простых граждан связан с тем, что рубль рухнет и не будет ничего стоить, поэтому государство заранее переводит граждан на некую новую валюту, или ЦБ РФ и иные органы будут следить за доходами каждого пользователя цифрового рубля, – подчеркнула Мильчакова. – Но наверняка по мере внедрения нововведения люди привыкнут и адаптируются. И очень скоро убедятся, что подобные мифы и опасения не имеют ничего общего с реальностью.

Помимо очевидных достоинств перспективный проект имеет и побочные негативные эффекты. Как считает Кирюхин, интерес к цифровому рублю со стороны пользователей может снизиться по причинам отсутствия кэшбэк-программ, различных бонусов и процентов на остаток, а также опасений населения относительно защиты персональных финансовых данных и сохранения свободы распоряжения своими средствами.

По мнению Лободы, некоторых граждан может беспокоить возможность полного контроля за всеми их тратами, а также риски «заморозки» средств по решению властей и потеря конфиденциальности.

«Бочка мёда» для бизнеса

Для предпринимателей, пожелавших присоединиться к проекту, власти подготовили солидную «бочку меда» в виде значительного снижения комиссий за приём платежей, ускорения расчётов с контрагентами и упрощения налоговой отчётности благодаря большей прозрачности операций.

Как напомнил Лобода, с 1 июля 2025 года компании уже обязаны предоставлять данные по операциям в ЦР, а с 1 сентября 2026 года обязанность принимать ЦР появится у компаний с годовой выручкой свыше 120 млн руб., а ранее – у тех, чей оборот превышает 30 млн руб.

К минусам проекта для бизнеса экономист отнёс необходимость вкладываться в обновление кассового оборудования, обучение персонала и временные сложности с международными расчётами, поскольку цифровой рубль пока не признан за рубежом.

«Головные боли» банкиров

Совсем другие настроения царят в банковском сообществе. Как считает председатель комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков, с развитием цифрового рубля роль банковской системы начнёт угасать. И главный страх – отток ликвидности. Для банков это станет сильным ударом, они лишатся почти бесплатного источника пассивов – остатков на счетах.

По оценке Лободы, в первые один-два года после запуска проекта из обычных безналичных счетов в цифровые рубли могут постепенно перейти от двух до десяти триллионов рублей. «Этот процесс будет растянут во времени и будет зависеть от того, насколько активно государство будет использовать ЦР для выплат, насколько бизнес будет его принимать, и насколько граждане захотят им пользоваться. Полного и резкого оттока средств не предвидится благодаря постепенному внедрению и добровольному характеру использования», – добавил экономист. На его взгляд, главные угрозы для банков – массовый переток ликвидности, сокращение прибыли в розничном сегменте. В целом роль банков в платёжной системе может ослабнуть, особенно в самых конкурентных направлениях.

По его мнению, сильнее всего от внедрения ЦР пострадают небольшие региональные банки и онлайн-банки, которые в основном зарабатывают на комиссиях с эквайринга и на разнице процентов по депозитам и кредитам. Как считает экономист, у них меньше ресурсов для адаптации и меньше возможностей предложить клиентам альтернативные продукты. Крупные банки, такие как Сбербанк или ВТБ, смогут легче перестроиться, так как у них есть развитые экосистемы и возможности для продажи страховых, инвестиционных и других услуг. «В ответ на изменения многие банки, скорее всего, начнут активнее развивать некредитные направления – страхование, инвестиции, консультации – и могут объединяться, чтобы выжить в новых условиях», – добавил Лобода.

Эти опасения разделяет и председатель правления АРБ Олег Скворцов: «Конечно, для ряда государственных функций и усиления устойчивости национальной финансовой системы внедрение ЦР положительно. А вот для коммерческих банков проект пока сулит больше минусов, чем плюсов. Во-первых, после широкого внедрения ЦР у банков произойдёт отток остатков на счетах, они также потеряют значительную часть комиссионных доходов. Во-вторых, подключение к платформе ЦБ РФ обойдется банкам в значительные ИТ- и инфраструктурные затраты. Особенно это чувствительно для небольших и региональных кредитных организаций. В-третьих, вряд ли проект позитивно повлияет на конкурентную среду в целом, поскольку ЦБ, с одной стороны, выступает как регулятор, а с другой – как активный участник рынка платежей».

На первом этапе внедрения цифрового рубля существующие оценки потерь банковского сектора в совокупности в 80 млрд руб. выглядят, на взгляд Натальи Мильчаковой, реалистичными.   «Действительно, на первых порах внедрения нововведения принесут банкам потери из-за отмены эквайринга, оттока средств с депозитов на платформу ЦБ РФ и невозможности предлагать клиентам кредитование и хранение вкладов в цифровом рубле», – полагает ведущий аналитик Freedom Finance Global.

Однако в среднесрочном периоде, по ее мнению, банки наверняка увидят больше плюсов. Именно по этой причине проект поддержали и даже согласились участвовать в его тестировании системообразующие банки. «Главным плюсом станет то, что банки, первыми внедрившими в свои приложения и на сайты для клиентов возможность свободно переходить от электронного кошелька в ЦБ РФ к своим вкладам и счетам в фиатных рублях в этом банке, выдержат конкурентную борьбу за внедрение новых технологий и адаптацию к новой цифровой реальности, в которой со временем всем придётся жить, когда появится третья форма денег», – пояснила Мильчакова.

По её прогнозу, постепенно будет уходить в прошлое услуга эквайринга. Крупные банки могут также предлагать альтернативные цифровому и фиатному рублю формы платежей – оплата по биометрии и т.д. А для юридических лиц банки наверняка смогут предлагать новые услуги и пакеты услуг – от ведения расчётных счетов в цифровых рублях до трансграничных платежей в цифровых рублях или даже иных государственных цифровых валютах.

«Небольшие региональные банки, которые не смогут вовремя адаптироваться к новым технологиям, возможно, станут объектами поглощения со стороны более крупных банков, но такая тенденция есть в банковском секторе и сегодня. Возможно, банков станет меньше, но конкуренция между крупнейшими банками никуда не исчезнет, даже наоборот– цифровой рубль стимулирует крупные банки предоставлять новые высокотехнологичные услуги», – заключила ведущий аналитик Freedom Finance Global.

Конфликт интересов

Впрочем, далеко не все эксперты разделяют подобную точку зрения. Как отметил топ-менеджер в области финансовых коммуникаций Андрей Лобода, Центробанк, запуская цифровой рубль, одновременно выступает и как регулятор, и как оператор новой платформы, что создаёт напряжённость в отношениях с коммерческими банками. Хотя Банк России заявляет о равных условиях доступа для всех, на практике проект, по его мнению, усилит позиции крупных госбанков, которые быстрее адаптируются к изменениям.   «Мелкие банки могут не выдержать технологической и финансовой нагрузки, что приведёт к их сокращению. В итоге рынок станет более консолидированным, менее разнообразным, но более цифровым, а конкуренция сместится с простых платёжных услуг на комплексные финансовые продукты и экосистемы», – добавил экономист.

Независимые эксперты уже давно обращают внимание на нездоровую конкурентную среду на национальном рынке платежей. Первый сигнал тревоги прозвучал ещё в 2014 году после того, как США ввели против РФ санкции за присоединение Крыма. В ответ Банк России создал свою «дочку» – АО «Национальная система платёжных карт» (НСПК), на базе которой были созданы карты «Мир» и СБП. Эти проекты ЦБ РФ довольно быстро потеснили на рынке как зарубежных, так и российских конкурентов. Так, в 2024 году чистая прибыль НСПК по РСБУ составила 35,1 млрд руб. Понятное дело, что благодаря внедрению цифрового рубля доля регулятора на рынке платежей опять вырастет.

Налицо классический конфликт интересов: Банк России регулирует рынок платежей и одновременно владеет его ведущими игроками. Прямое вовлечение ЦБ РФ в рынок финансовых услуг может подорвать доверие к выполнению его регуляторной функции. В результате растёт угроза большего контроля над взаиморасчётами, нежели это реализуется сегодня при использовании безналичной системы оплат. И это вызывает беспокойство не только у финансистов.

В тумане остаются и конечные цели проекта по внедрению ЦР. Вполне возможно, что российская Central bank digital currency со временем будет использоваться для расчёта за экспортные поставки углеводов со странами, опасающихся вторичных санкций США и ЕС. И это можно только приветствовать. Но всё громче звучат голоса экспертов, предупреждающих, что правила игры на банковском рынке после введения ЦР могут измениться в любой момент. Например, регулятор может однажды передумать и начнёт открывать депозиты и выдавать кредиты в ЦР.

Как считает доктор экономических наук, декан Высшей школы финансов РЭУ им. Плеханова Константин Ордов, цифровой рубль – лишь начало гораздо более масштабных изменений: «Когда появятся цифровые формы инвестиций и кредитов, посредники – банки – просто потеряют привычную роль: или адаптируются к новой реальности, или вовсе исчезнут».   

Текст: Сергей Артёмов

Материал также опубликован  в печатной версии Национального банковского журнала (октябрь 2025)