НБЖ: Г-н Хейнсворт, что сегодня волнует в России западных банкиров больше всего, какие вопросы о ней звучат чаще?

Р. Хейнсворт: Сейчас всех интересует вопрос об иностранных филиалах и дочерних банках. Из-за журналистов, которые не понимают сути дела, на Западе сложилось мнение, будто Россия хочет запретить вход международным банкам в страну. Приходится объяснять, что это не так.

Еще они интересуются, насколько государство участвует в делах бизнеса. Недавно в одной европейской стране я встречался с местными банкирами на закрытом семинаре, где обсуждался вопрос российских банковских рисков. Так вот банкиры, уже работающие в России, отмечали, что во всех наблюдательных советах, на всех встречах они всегда видели каких-то неизвестных людей, которые не представлялись, а просто сидели и слушали. Они (банкиры) сразу сделали вывод, что это представители ФСБ. Меня спросили: «Обязательно ли присутствие представителей государства во всех российских банках?» Я ответил, что это совсем не так. Действительно, уполномоченные органы в отдельных случаях могут заинтересоваться появлением новых акционеров у банка, могут наблюдать за процессом сделки, но это вовсе не означает, что это общее правило. Надо просто знать об этом, чтобы не делать поверхностных выводов.

НБЖ: Даже если это были представители ФСБ. Что пугает европейцев?

Р. Хейнсворт: Вот видите, вы рассуждаете, как русская. Вас это не пугает, но многие считают, что государство не следит за невиновными людьми, оно занимается только подозрительными.

НБЖ: А вы до сих пор рассуждаете, как англичанин, хотя давно живете в России. Как вышло, что вы сюда попали?

Р. Хейнсворт: Мне предложили стажировку в России, куда я в принципе хотел приехать. Но когда я уже был в СССР, к власти пришла Маргарет Тэтчер, и программу стажировок свернули. Я решил работать самостоятельно и нашел место переводчика. Сотрудничал сначала с международной компанией KPMG, затем с американским рейтинговым агентством. Потом решил сам выучиться на финансового аналитика. Пять лет тому назад основал рейтинговое агентство.

НБЖ: Вы составляете банковские рейтинги? Кто ими пользуется, кто ваши клиенты?

Р. Хейнсворт: Наши отчеты, переведенные, подчеркиваю, с русского на английский, охотно покупают иностранцы. Но мы создавали этот продукт для российского рынка. Несмотря на то, что я англичанин, считаю, что наша компания русская. Потому что в ней в основном русские аналитики и подход русский.

НБЖ: Что ложится в основу составления рейтингов и отчетов? Какую информацию вы используете?

Р. Хейнсворт: Скажу, что не только отчеты компаний. Важно еще изучить и человеческую сторону отношений, понять, что движет сотрудниками.

Когда я вхожу в банк, мне интересно смотреть на людей, чем они занимаются, как относятся друг к другу. Это дает массу информации. Когда встречаешься с руководителем, важно обращать внимание на язык его тела, на то, как и с какой скоростью он отвечает на вопросы.

Этому я учился у своего предыдущего шефа, который возглавлял американское рейтинговое агентство Thompson BankWatch. Как-то мы ехали в лифте к президенту банка. Мой шеф с любопытством стал спрашивать девчонку, которая вошла в лифт: «Здравствуйте, Вы работаете в банке?-Да.-Сколько времени? - Года два. Мне здесь нравится, уютно». Он поговорил с ней о многом. И после встречи с руководителем банка мой шеф сказал: «Вот видишь: то, что говорит девчонка, и то, что нам сказал президент, как-то не стыкуется». Из человеческих отношений много можно узнать.

НБЖ: А что еще нужно знать, помимо человеческих взаимоотношений?

Р. Хейнсворт: Необходимо знать национальные законы. Приведу простой пример: в России много банков. Дело в том, что Гражданский кодекс говорит о двух видах кредитов - ссуды и займы. Оба они обременены инструкциями налоговиков, и этими инструментами очень трудно пользоваться внутри группы компаний. И есть Закон «О банках и банковской деятельности», по которому живут коммерческие банки. Компаниям невыгодно без участия банка размещать свободные средства друг у друга: слишком много издержек и сплошная головная боль. Акак только внутри группы появляется банк, все упрощается. Именно это является экономической причиной возникновения такого количества банков.

НБЖ: А за рубежом?

Р. Хейнсворт: Там глупых инструкций не существует.

НБЖ: Есть вещи, которые вас раздражают в российских банках?

Р. Хейнсворт: Охрана. Есть в этой службе такие сотрудники, которые ведут себя как короли и с пафосом требуют документы! А потом разрешают или не разрешают войти в банк. На самом деле они всего лишь обслуживающий персонал.

НБЖ: Вы говорите, что прозрачными должны быть не только частные банки, но и сам Центробанк. Что это значит?

Р. Хейнсворт: Это когда деятельность Центробанка и его управлений предсказуема. Когда они не действуют без предупреждения, когда перед тем, как издавать регламентирующие документы, их обсуждают банковским миром, когда причины того или иного ограничения известны и понятны. Когда в Англии Центробанк разрабатывает новые инструкции, он всегда заранее рассылает их банкам и ведет переговоры о том, как эти инструкции войдут в практику, какие проблемы могут возникнуть. Поэтому нормально мыслящие люди не боятся никаких инструкций. Они боятся, что расходы на выполнение этих инструкций будут больше прибыли. А в России некоторые действия Центробанка носят совершенно непонятный характер и вызывают большое недоумение.

Когда встречаешься с руководителем, нужно обращать внимание на язык его тела, на то, как и с какой скоростью он отвечает на вопросы

НБЖ: А чем отличается российское банковское законодательство от западного?

Р. Хейнсворт: У каждой страны своя логика. Россия в этом вопросе очень похожа на Италию и Испанию. Эти страны включают в законодательство столь высокие моральные нормы, что их никто не может выполнить, и все нарушают закон. Английский подход таков-надо определить самые вопиющие вещи и запретить их, а все остальное разрешить. Поэтому там можно соблюдать закон, будучи не очень хорошим человеком. Я могу отличить плохого человека от хорошего, и, исходя из этого, смотреть, надо ли с ним работать. В России законопослушный гражданин платит громадные деньги, чтобы выполнить все требования закона.

Существует и другая проблема: в России подписанный контракт может быть аннулирован. Англичанам это не понять. Как это так: люди согласились, но из-за того, что неправильно составили бумагу, договоренности аннулированы! Это же абсурд! В Англии есть поговорка: «Слово человека - это контракт». По закону там контрактом считается любое согласие между двумя людьми, даже устное. Но его оформляют письменно, чтобы в случае расхождений можно было доказать, на какие формулировки они согласились.

НБЖ: В каких банках вы сами обслуживаетесь?

Р. Хейнсворт: У нас несколько счетов в разных банках.

НБЖ: То есть стараетесь не хранить все яйца в одной корзине?

Р. Хейнсворт: Да. У нас есть счет в одном английском банке. Мы управляем им по Интернету. Это банк только для англичан, живущих за рубежом. Второй счет в крупном американском банке достался мне по наследству, поскольку я там работал. Также я взял ипотечный кредит еще в одном зарубежном банке. Почему не в российском? Мы выбираем те банки, где наше присутствие ни для кого не имеет никакого значения.

НБЖ: Могут ли у нас богатые люди доверить свои капиталы отечественному банку?

Р. Хейнсворт: Сегодня это самый интересный вопрос. Лучше швейцарских банков никто не умеет это делать. Поэтому богатые люди предпочитают хранить свои деньги именно там. Хотя закон о секретности там тоже действует, все равно у них большой опыт работы с такими людьми. У богатых людей свой психологический портрет. Есть богатые, которые заработали свои деньги самостоятельно, и среди них есть те, кто трудился с 7 утра до 10 вечера. А есть такие, которые оказались в нужное время в нужном месте. Есть также дети богатых, они вообще снисходительно относятся к понятию «работа». Так вот банкир должен узнать больше о человеке, прежде чем предлагать ему банковские продукты. Один тип богатых любит окружать себя красивыми девочками, им везде нужен уют, приятная музыка. Другим роскошь отвратительна. Такого клиента могут отвести совсем в другой офис. Опытные люди это знают очень хорошо...

В России законопослушный гражданин платит громадные деньги, чтобы выполнить все требования закона

НБЖ: Считаете ли вы, что банковский кризис неизбежен?

Р. Хейнсворт: Это вопрос многофакторный. Я думаю, что в мире будет сокращение ликвидности и произойдет какой-то толчок мировой экономики, который отразится на России. Во многом это зависит от цен на нефть. Самый большой скачок цен произойдет тогда, когда на месторождениях в Саудовской Аравии начнут качать воду и эффективность добычи снизится. Геологи считают, что это может произойти в течение двух-трех лет. А поскольку это самое большое месторождение в мире, рост цен будет сильным. Многие предприятия просто не смогут покупать нефть и обанкротятся. Тогда цены на нефть рухнут, торговля сократится и начнется глобальный кризис.

НБЖ: А ситуация вокруг карикатур на пророка Мухаммеда может быть толчком к кризису?

Р. Хейнсворт: Я думаю, что конфликт ислама с христианством будет иметь очень серьезные и неожиданные последствия, которые мы будем долго преодолевать.

НБЖ: Готовы ли российские банки к кризису? Смогут ли они «выстоять»?

Р. Хейнсворт: Многие банки выполняют требования регулятора по достаточности капитала, но в реальности ситуация другая. Кризисы будут всегда, такова логика бизнес-циклов, и многие требования российского Центробанка основаны на международной практике. А она накоплена в центробанках других стран, прошедших многие кризисы. Я пытался объяснить банкирам, чтобы они видели в требованиях ЦБ здоровую меру защиты самих себя во время кризиса. Есть банки, которые это понимают, а есть те, что хитрят.

НБЖ: А как рядовые граждане могут узнать, готов ли банк к кризису?

Р. Хейнсворт: Одно могу сказать: если банк утверждает, что придает значение только отчетности по МСФО, то это высказывание говорит само за себя. Фактически он готов лгать своему регулятору. И где уверенность, что он и в той отчетности не лжет?

НБЖ: Как могут повести себя зарубежные банки в случае кризиса?

Р.Хейнсворт: Иностранные банки уйдут только в том случае, если почувствуют, что к ним относятся несправедливо. А в случае кризиса они будут сотрудничать с другими, чтобы преодолеть его. Так, дочерняя структура крупнейшего американского банка в разгар банковского кризиса 2004 г. в России ни на минуту не снизила свою активность на межбанковском рынке, тем самым поддерживая российскую банковскую систему. В отличие, кстати, от российских банков, которые закрыли лимиты и сами себе создали проблемы.

НБЖ: Все сейчас обеспокоены поведением американской валюты. Будет ли доллар падать дальше?

Р. Хейнсворт: Он уже упал. Я общался с представителями Федеральной резервной системы США. Главное для них - решать поставленные перед ними задачи. Им абсолютно все равно, как их действия будут влиять на мир, на курс доллара. А философия у них такая: если они все делают правильно и эти правила в принципе хорошие, то, в конце концов, все будет хорошо, даже если на сегодняшний день имеется отрицательный результат.

НБЖ: Получается, если знать эти правила, можно предсказать, что будет с долларом?

Р. Хейнсворт: Можно и так сказать. Все комментаторы в Америке так и делают. Вывод-они более-менее справятся с курсом.