Ближе к весне во всех российских цветочных магазинах и киосках появляются эти чудесные нежные цветы - тюльпаны. Белые, красные, пестрые... У нас они справедливо ассоциируются с Нидерландами, государством, которое так и называют неофициально - Страна тюльпанов. Но большинство продавцов и покупателей даже не подозревают, что когда-то эти цветы означали для одних - баснословную прибыль, полученную за короткий срок, а для других - разорение, нищету, крушение всех надежд. Принято считать, что это за бриллиантами «с именем» тянутся шлейфы преступлений, страшные истории несчастий целых семей, а оказывается, и столь привычные нам весенние цветы имеют не менее бурное прошлое.

Так, более 200 лет тому назад на одном из домов в Амстердаме укрепили памятную плиту, гласящую, что этот дом в 1634 г. был куплен хозяином за: три тюльпановые луковицы. В те далекие времена, в XVII в., всю Голландию охватила настоящая мания - спекуляция тюльпановыми луковицами. Люди продавали и закладывали имущество, давали расписки за луковичку тюльпана, которую можно было посадить осенью, а весной, продав, разбогатеть.

Как все начиналось

Самое интересное, что до описываемых нами событий никаких тюльпанов в Голландии не было, по происхождению это турецкий цветок! Так часто бывает - разве можно представить Россию без картофеля, далеко не российского по происхождению овоща:

В 1570 г., когда директора венского ботанического сада Карла Клезиуса пригласили на работу в Амстердам, Голландии, или Нидерландов, как таковой еще не было на политической карте Европы. Тогда это были Северные провинции, принадлежащие испанской короне. В стране вовсю шла борьба за независимость, только что завершилась религиозная Реформация. Вместе с тем голландцы (или правильнее в контексте того времени - фламандцы) всегда были нацией прирожденных коммерсантов и художников. Политическая нестабильность совсем не была в ущерб развитию экономики и живописи. Выгодное географическое положение, удобные выходы к морю, благодатные условия для сельского хозяйства, трудолюбие населения - в общем, провинции процветали. Это была, наверное, самая развитая на тот момент страна - родина первой в мире буржуазной революции.

Я так и представляю себе, как маститый ботаник Клезиус еще раз придирчиво осматривает стоящую на мощеной венской улочке карету и привязанный снаружи багаж и, уже готовый тронуться в далекий путь, вдруг вспоминает о прощальном подарке своего друга - венского посланника при дворе турецкого султана. Да, вот они - несколько маленьких луковок этого восточного цветка - тюльпана. Он торопливо кладет их в свою дорожную сумку - посмотрим, приживутся ли они в Голландии: Знал ли знаменитый натуралист, какую бомбу замедленного действия он везет на северо-запад Европы?

Тюльпаны на новой родине

Южные цветы быстро полюбили Голландию - ее климат и состав почв оказались наиболее подходящими для тюльпанов. Голландцы, посмотрев на диковинку, предлагали Клезиусу большие деньги за луковицы этих невиданных цветов - но тот не хотел «делиться опытом» с новыми соотечественниками. Флегматичные и законопослушные обычно голландцы после безуспешных попыток решить дело мирным путем в конце концов: нет, не подстерегли почтенного ученого в узких амстердамских переулках, а одной темной ночью просто выкрали луковицы. Прошло несколько лет, и тюльпаны потихоньку начинают распространяться по всем провинциям. А вскоре выяснилась одна приятная особенность тюльпана: растения, выращенные из одинаковых луковиц, могли быть разных оттенков и даже окрасок - на лепестках вдруг проявлялись нежные полоски, крапинки, причем каждый раз новых тонов! В наши дни каждый специалист-ботаник знает, что это - результат банального вирусного заболевания растений. Но тогда это казалось настоящим чудом, такого еще никто не видел!

Амстердамский порт - одно из мест, где разворачивалось действие «тюльпановой лихорадки». С гравюры XVII в.

Конечно, поначалу модные редкие цветы были доступны только представителям самых богатых слоев населения. Мало того, тюльпан становится знаком принадлежности к самым сливкам общества, показателем высшего успеха и социального статуса. По сохранившимся данным, к 1623 г. одна (!) луковица редкого сорта Semper August стоила 1 тыс. флоринов серебром, а уже через несколько лет - 5 тыс. Скажем только, что в те годы лучшая фламандская свинья стоила 30 флоринов, а корова - 100.

Свято место пусто не бывает. Есть огромный спрос со стороны голландских богачей - должно быть и предложение, и вот уже многие далеко не самые богатые голландцы стали задумываться, как бы так заработать на этой моде:

Мания нарастает

Говорят, нет худа без добра, и в случае с развитием тюльпанного бизнеса это чистая правда. По провинциям прокатилась волна нередкой в то время холеры, в результате чего умерло много людей, прежде всего из простых сословий. В стране возникла острая нехватка рабочих рук, а гастарбайтеров тогда еще не знали, и уровень оплаты труда во всех отраслях производства значительно вырос. Даже у бедных людей стало водиться несколько лишних флоринов. А голландцы - не такие люди, чтобы заначка лежала без дела! Куда же поместить свой, пусть скромный капитал, как не в такой доходный бизнес, как выращивание тюльпанов? Простой и понятный полуграмотному бедняку подсчет показывал, что даже если не все луковицы превратятся со временем в цветы, все равно - продажа урожая покроет все затраты многократно! А если вдруг обычный желтый тюльпан прямо на грядке изменит цвет и станет пестрым или полосатым: Да одна такая луковица - целое состояние! «Тюльпаномания» потихоньку становится голландской национальной лотереей. Спросом пользуются как цветы, так и луковицы, годные для выращивания.

Пиковым становится период 1633-1636 гг. Казалось, трудолюбивые голландцы совсем перестали работать, они целыми днями сидят по тавернам и пивным, превратившимся теперь в самые настоящие «тюльпановые биржи». Первое время торговля на таких биржах шла только с мая по октябрь. В мае луковицы выкапывали, а в октябре - сажали. Но бешеный спрос на цветы существовал круглый год! Такое положение вещей никак не устраивало «тюльпановых брокеров», терявших в мертвый сезон прибыль. И тогда сделки на тюльпаны начали заключаться в виде контрактов на урожай следующего года. Чем не современные фьючерсы? Дело сулило быть очень и очень выгодным - рискнув приобрести «виртуальные» тюльпаны, скажем, в декабре, простой инвестор мог реализовать их весной, перед продажей реального майского урожая, дороже на несколько порядков! В общем, получилась ситуация, когда рытали, в те годы в виде контрактов продавалось тюльпанов больше, чем могло вырасти на всех пригодных к сельскому хозяйству землях Голландии!

Луковицы тюльпана считались у голландских аристократов изысканным r подарком. (Картина Г. Терборха «Галантный военный», 1679 г.)

Трагедия черного тюльпана

Хроники «Тюльпановой лихорадки» донесли до нашего времени несколько историй реальных людей, вовлеченных в свое время в процесс. Посвоему трогательна и печальна, например, история одного гаагского сапожника.

Итак, некий обувщик из Гааги настолько пленился заманчивыми перспективами разбогатеть (ну и, несомненно, красотой самих тюльпанов), что забросил колодки, шилья и молотки и занялся разведением цветов. Забыв про своих клиентов и семью, он день и ночь ухаживал за тюльпанами. Надо сказать, сапожник не был лишен художественного вкуса и решил вырастить цветы особо редкой окраски, чтобы продать их - и навсегда забыть о нужде, подметках и каблуках. Сокровенной же мечтой сапожника было вырастить не какой-нибудь, а непременно черный тюльпан! Трудно сказать, какой логикой он руководствовался в своих опытах за два столетия до знаменитых открытий Грегора Менделя, какие произносил заклинания и чем поливал грядки, но факт - ему это удалось, он вырастил черные тюльпаны!

Казалось бы, дело сделано, но тюльпаны были такие красивые, что сапожник: влюбился в них. Он просиживал часами возле грядки, разговаривал с цветами, ухаживал за ними. Тем более что к тому времени сапожник остался совсем один. Не выдержав маниакальной увлеченности выращиванием цветов, его покинула семья, отвернулись все друзья, считая, что мастер повредился рассудком. Конечно, ни о какой продаже черных цветов не могло теперь идти и речи!

Но вот о новом сорте прослышали «профессиональные» бизнесмены-цветочники. Они справедливо испугались, что появление такой диковинки на рынке подорвет сложившийся баланс цен - черные цветы взлетят в цене до невиданных пределов, а обычные резко подешевеют и подорвут традиционный бизнес! Хитростью и обманом они заставили сапожника-селекционера за большие деньги продать все луковицы черного тюльпана, их было всего несколько штук. И прямо на глазах полусумасшедшего несчастного селекционера растоптали их сапогами: Гаагский сапожник не выдержал потрясения и вскоре умер.

И еще одна история - о портовом бедняке.

...Какая жизнь у амстердамских портовых оборванцев - ешь что Бог пошлет и ночуй где придется! Где чего добудешь - то твое, а не добудешь: Поэтому кто же упустит возможность заработать пару стюверов! Так, наверное, рассуждал и герой нашего сюжета, со всех ног вбегая в контору солидного торгового дома. Дело в том, что он только что увидел, как в гавань заходит большое торговое судно и, поняв, что к чему, бросился в контору оповестить владельца товара. Новость была хорошей, а судовладелец после обеда пребывал в самом благодушном настроении! Расщедрившись, за такую добрую весть он приказал выдать бедняку самую жирную и большую сельдь. Здесь же, в конторе, оборванец стянул плохо лежавшую маленькую и невзрачную головку репчатого лука, лежащую на краю стола хозяина. Бедняк справедливо решил, что с луком-то селедочка будет гораздо вкуснее, и быстро удалился в укромное место перекусить.

Когда через какое-то время купец хватился своей луковицы, оказалось, что нищий уже доедает: ценнейший образчик тюльпана сорта Semper August ценой в 5 тыс. флоринов: Оборванца нашли, и поистине роскошный обед завершился для него долгими годами тюрьмы. Стащил-то луковицу, а оказалось - целое состояние:

Ничто не вечно

Конечно, все это не могло продолжаться бесконечно - крах тюльпанового бизнеса наконец произошел! Одновременно сработали два фактора: во-первых, естественное обрушение слишком разогретого рынка, когда в один прекрасный день цены столь возросли, что не нашлось желающих заключить контракт, а вовторых, спохватилось голландское правительство. Был издан указ, запрещающий биржевую спекуляцию тюльпанами и устанавливающий фиксированные цены на луковицы:

Отдадим должное правительству оно хотя и поставило тюльпановый рынок вне закона, что привело к массовому разорению участников, но попыталось как-то сгладить последствия своего жесткого решения: по всей стране были разосланы специально назначенные чиновники для разбора споров по реализации контрактов. Но какое там! Прогоревшие инвесторы считали удачей, если удавалось возместить хотя бы 5% вложенных денег!

Потери экономики страны были огромными - еще много лет Голландия успокаивалась после кризиса. Историки пишут, что не было ни одной семьи, в той или иной степени не пострадавшей от «Тюльпановой лихорадки». Но, пожалуй, было немало и других семей - тех, кто нашел в себе силы не поддаться искушению, а вовремя выйти из пирамиды:

Сегодня в Нидерландах есть крупнейшие в мире цветочные биржи, где каждый день торгуют огромными партиями декоративных цветов самых разных видов, выращенных не только в этой стране, но и по всему свету. Есть среди них и тюльпаны, да только никому в голову больше не придет продать дом за три луковицы...