НБЖ: Олег Вячеславович, оценки экономической ситуации в России очень противоречивы. Нестабильность на мировых финансовых рынках сохраняется, при этом все ждут каких-то позитивных перемен и дальнейшего роста. Как вы оцениваете ситуацию?

О.ВЬЮГИН: Данные за 2007 год свидетельствуют о хорошей экономической ситуации с точки зрения роста инвестиций и валового внутреннего продукта. Однако растет и инфляция, особенно для малоимущих. Банки стали периодически прибегать к большим объемам рефинансирования в ЦБ, а он пошел на то, чтобы существенно расширить инструменты рефинансирования.

Вот факты. И в целом, за исключением инфляции, они выглядят вполне благополучно. Оптимисты утверждают, что на фоне глобального кризиса Россия выглядит островом стабильности, поэтому мы получим дополнительный приток капитала. Думаю, что они немного переоценивают ситуацию. Вопервых, Россия остается в группе риска развивающихся рынков, а аппетит на риск у мировых финансовых институтов сегодня находится на крайне низком уровне.

Во-вторых, еще совсем недавно никто, даже в кошмарном сне, не мог себе представить, что денежные рынки откажутся предоставлять рефинансирование для гигантов мировой финансовой индустрии, не то что дорого, а просто никак.

Конечно, у нас есть позитив. Благодаря устойчивой макроэкономической позиции, благодаря тому, что российские банки не были вовлечены в приобретение деривативных финансовых инструментов с распределенными рисками, наш финансовый сектор пока не пострадал от кризисных явлений. Ликвидность не потеряна, денежные рынки функционируют.

Среди банков сейчас скорее актуален вопрос фондирования. Есть такая эйфория в среде многих банков, мол, кризис - хороший повод увеличить долю рынка. Только я бы рекомендовал в борьбе за рынок контролировать качество пассивов. В этом смысле хороший пример - Northern Rock. Простой был у банка бизнес - он раздавал ипотеку, временно фондируясь под это на денежном рынке, а потом секьюритизировал пулы кредитов, освобождая баланс. Проблемы возникли, когда денежные рынки вдруг оказались неликвидны, а секьюритизация невозможна. Другой банк в погоне за пассивами стал предлагать такие депозитные ставки, что для сохранения минимальной маржи пришлось кредитовать по ставкам, которые в нормальном бизнесе считают дефолтными.

Для экономики в целом фондирование банковской системы - это вопрос инвестиций и сохранения корпоративных бизнес-планов. В 2007 году инвестиции в основные активы составили порядка 200 миллиардов долларов. В этом году, как можно догадаться, привлекать средства на международных рынках капитала и долговых рынках будет сложнее. А внутренний объем сбережений в России крайне низок. Прирост сбережений - 50-60 миллиардов долларов за весь год - вот все, что можно дополнительно направить на рост инвестиций, если не прибегать к внешним источникам. Кроме того, в текущем году нужно еще рефинансировать накопившиеся за последние годы интенсивных заимствований долги к погашению.

Можно ожидать, что произойдет замедление роста темпов инвестиций и, возможно, через некоторое время - темпов роста ВВП. Гораздо медленнее будут расти активы банковской системы. К сожалению, инфляция останется достаточно высокой - это уже ясно. Такова цена глобального кризиса для российской экономики сегодня.

   

НБЖ: Инфляция большая, возможно, потому, что правительство пока не осуществляло никаких антиинфляционных мер?

О.ВЬЮГИН: Да. Никаких серьезных антиинфляционных мер еще не принималось. Попытка ограничить торговую наценку или заморозить на время цены - что-то вроде психологической атаки. Как только все приспособятся, эффект, если он был, тотчас исчезнет.

Проблема в том, что инфляцией в России управляли до сих пор, в основном, средствами бюджетной политики. Ограничение расходов бюджета в 2000-2002 годах привело к постепенному снижению инфляции. Когда бюджет стал существенно наращивать расходы - инфляция пошла вверх. У нас ставки процента не работают, депозиты убыточны, сбережения неинтересны.

Центральный банк ограничен в возможностях, поскольку ему навязали политику контроля реального курса рубля. Он зафиксировал курс рубля к корзине валют в номинальном выражении - и все. Игру процентных ставок мы увидели только в связи с осенним кризисом прошлого года. Да и в этой области ЦБ проявляет осторожность.

Сейчас, когда в связи с наращиванием бюджетных расходов инфляция стала расти, опять встал вопрос: что делать? Вновь ограничить расходы? Верится с трудом, политическое давление велико. Есть только единственное решение - и ЦБ о нем знает - это переход к управлению денежным предложением с помощью процентных ставок. До тех пор пока Центробанк не начнет проводить такую политику, он будет покупать столько валюты, сколько ему сдают, и значит, денежная масса будет расти не потому, что ЦБ хочет этого, а потому, что так получается.

НБЖ: Тогда почему же Центробанк не переходит к управлению процентными ставками?

О.ВЬЮГИН: Для этого надо отказаться от тотального контроля курса. Отказ от контроля над курсом рубля сделает волатильным его номинал к доллару и евро, а может, приведет и к уменьшению номинала. Этого очень не хотят экспортеры сырья, им важен номинал, и побольше. Что касается инфляции, то этот вопрос не к ним, а к правительству. Вот и шепчут: укрепление рубля - смерти подобно для обрабатывающей промышленности. А ведь вследствие инфляции реальный курс рубля все равно растет, равно как и относительные издержки российских компаний. Неужели политики этого не понимают?

Для управления процентными ставками нужны залоги, лучшими из которых являются государственные ценные бумаги. Чтобы был реальный рынок госдолга, нужно уходить от профицита бюджета (за вычетом отчислений в резервный фонд).

НБЖ: Стратегия развития банковской системы страны написана до 2008 года. Если бы новую Стратегию писали вы, что бы в ней непременно появилось? Какие перемены в денежно-кредитной политике уже давно назрели?

О.ВЬЮГИН: Я вообще написание стратегий не очень люблю, хотя приходилось этим заниматься. Но если говорить о нынешней Стратегии, то по большому счету она реализована. Если речь идет о новой Стратегии, я бы, может быть, в ней больше говорил о корпоративном управлении, об этических принципах и нормах деятельности банковской системы в России. О финансовой грамотности. Важной остается тема отчетности и контроля над внебалансовыми операциями банков. О том, что необходимо сделать для того, чтобы перейти на риск-ориентированный надзор.

НБЖ: А международные стандарты финансовой отчетности? Приживутся они у нас?

О.ВЬЮГИН: Я бы так поставил вопрос: будем ли мы продолжать жить в параллельном мире, отчитываясь одновременно по российским и международным стандартам, или российская экономика будет переходить на стандарты, близкие к МСФО, закрепленные нашим законодательством? В банковской системе они уже прижились. Читая отчетность по МСФО, мы получаем реальную информацию о реальном положении кредитной организации. Можете считать это ответом на вопрос.

И последнее, что должно быть в банковской Стратегии - это четко очерченная политика ЦБ по развитию системы рефинансирования. Нужно описать, какие механизмы фондирования банковской системы будут применимы.

Я уверен, что Центробанк в ближайшие четыре-пять лет перейдет на собственную национальную денежно-кредитную политику. Не на трансляцию через фиксированный курс цены денег, которая складывается на международных рынках, а на создание собственной денежной ставки, с помощью которой можно стимулировать или ограничивать рост спроса на деньги. Тогда на вопросы о собственной системе рефинансирования, о фондировании банковской системы, появятся четкие ответы. Ответить на данные вопросы необходимо, потому что банковский сектор вырос и стал частью экономики денег и инвестиций.

С моей точки зрения, главные темы для новой Стратегии - корпоративное управление и этика, финансовая грамотность, принципы и инструменты денежно-кредитной политики и рефинансирование, надзор и отчетность.

НБЖ: Считаете ли вы, что при кризисе ликвидности Центробанк должен поддерживать стабильность банковской системы?

О.ВЬЮГИН: Центральный банк должен участвовать в поддержании стабильности банковской системы прежде всего через контроль рисков и надзорного воздействия в этой области. За него эту работу никто не сделает. Денежные власти, частью которых является ЦБ, для этих целей должны создать эффективную систему рефинансирования. Но я бы воздержался от широкого использования денег налогоплательщиков для массированного долгосрочного фондирования банков. Что такое пассивы банковской системы? Это почти всегда чьи-то добровольные сбережения. Либо сбережения домашних хозяйств, либо внешние сбережения, либо временно свободные средства предприятий.

Налоги - это изъятия с целью перераспределения из доходов граждан и предприятий, и по своей природе они вовсе не сбережения.

Да, у России есть резервный фонд, но вспомните, какова его функция, к фондированию экономики он не имеет никакого отношения. Нельзя макроэкономическим рычагом копать котлован.

Посмотрите, как Федеральная резервная система США спасает банки. Их рефинансируют под залог, но не фондируют их кредитные операции.

НБЖ: Как вы относитесь к предложению Ассоциации российских банков включить в кредитный оборот внутренние ресурсы страны?

О.ВЬЮГИН: Если эти ресурсы включаются в оборот через добровольные сбережения экономических агентов на пассивных счетах банков, то отношусь положительно. Если - через отправку государством собранных налогов с граждан и корпораций из бюджета в долгосрочные пассивы банков, то против. Нельзя с помощью налоговых манипуляций повысить норму сбережения в отдельно взятой стране. Да и кто за риски ответит?

В отличие от других стран, у нас сложилась своеобразная ситуация - государственный сектор создает накопления - в виде фонда будущих поколений и резервного фонда. Надо ли использовать эти накопления на то, чтобы фондировать банковскую систему в кризисных ситуациях? Мой ответ нет. Ведь это деньги налогоплательщиков, накопленные для совсем других целей.

Лучше иметь повышенный уровень ликвидности, даже если это повлечет некоторую потерю прибыли

Фондирование банки должны искать на рынке, каким бы он ни был, контролировать риски кризисов, приспосабливаться к меняющимся условиям, используя окна рефинансирования ЦБ. А если государство будет вынуждено участвовать в оздоровление отдельных банков, то для этого есть Агентство по страхованию вкладов, Фонд гарантирования сбережений, а также могут быть приняты законодательные решения по дополнительному финансированию АСВ на эти цели.

НБЖ: Удастся ли банкам пройти без потерь пики выплат по внешним займам в этом году?

О. ВЬЮГИН: Первый квартал пройден. Фактически все долги удалось рефинансировать, разными способами. Компаниям и корпорациям нужно было заплатить 14,8 млрд. долларов по еврооблигациям и другим долговым обязательствам, а привлекли почти 15 миллиардов. Пики внешних платежей приходятся на июль-август. Это уже может быть серьезным испытанием. Если заранее не подготовиться.