28 июля президент АРБ, академик РАН Гарегин Тосунян провел Открытую дискуссию «ESG – тренды XXI века», организованную Ассоциацией российских банков и Национальным исследовательским институтом доверия, достоинства и права (НИИ ДДП). Среди спикеров, принявших участие в обсуждении, академик РАН, научный руководитель Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Борис Порфирьев, исполнительный директор аналитического центра «Форум» Екатерина Голуб, директор Центра энергетики Московской школы управления СКОЛКОВО Ирина Гáйда.

Тема ESG приобрела сегодня большую популярность, как в мире, так и в России. При этом следует понимать, что в России пока терминология ESG не слишком знакома широкой публике, да и в мире вообще она не вполне устоялась. Однако это не значит, что обсуждение этой темы – просто дань моде. Игнорировать климатические риски сегодня стало невозможно.

Гарегин Тосунян привел несколько цифр, свидетельствующих об актуальности поднятой темы. Так, в 2020 году объем инвестиций в ESG-фонды в мире превысил 50 млрд долл. США, что вдвое больше, чем в 2019 году.

В России в 2020 году появилась возможность выпуска ESG-облигаций («зеленых облигаций»). Сейчас на МосБирже уже 13 видов таких облигаций и на конец 2020 года объем превысил 110 млрд руб. Ряд российских банков уделяют этой проблеме большое внимание, например, банк «Гарант-Инвест».

Многие инвесторы, финансисты, потребители во всем мире уже предпочитают работать с компаниями, которые соответствуют требованиям ESG, и поддерживают эту повестку. Данная проблематика требует серьезного подхода и всестороннего изучения и осмысления.

«Чтобы понять суть ESG, необходимо обратиться к Целям устойчивого развития, которые были заявлены ООН еще в 2015 году», – пояснил Гарегин Тосунян.

ООН тогда разработала «план достижения лучшего и более устойчивого будущего», который нашел воплощение в 17 взаимосвязанных целях (разбитых на 169 задач).

В частности, это цели по минимизации и устранению нищеты и голода; по борьбе с изменением климата; использованию чистых источников энергии; устранению неравенства как внутри стран, так и между государствами и т.д.

«Тогда возник вопрос: что могут сделать бизнес и корпорации для реализации этих целей? Ответ ознаменовала собой аббревиатура ESG как некая проекция Целей устойчивого развития. E – environment – окружающая среда. S – social – социум, социальные аспекты, повышение качества жизни. G – governance – управление (прежде всего корпоративное управление). Фокус концепции устойчивого развития ESG сместился от национального уровня к корпоративному. И отдельные эксперты негативно оценивают влияние ESG на достижение Целей устойчивого развития в глобальном масштабе. Например, богатые страны имеют возможность развивать зеленую энергетику, вкладывать капиталы в борьбу с изменением климата, снижение углеродного следа и т.д. Бедные страны при всем желании не могут сконцентрироваться на теме экологии, когда огромная часть их населения находится за чертой бедности или вовсе голодает. О равномерности достижения этой и других целей и степени вовлеченности в них не может идти и речи. Аналогично – и с крупными корпорациями и малым бизнесом. Кроме того, глобальные цели не может не корректировать пандемия, которая вносит существенные изменения в большое количество устоявшихся во всем мире процессов».

Гарегин Тосунян предложил экспертам ответить на ряд ключевых вопросов об истории формирования ESG; принципах, целях и стандартах; о влиянии ESG на конкуренцию, на малый бизнес, на страны со слабо развитой экономикой и, конечно, о создании условий в России для полноценного внедрения ESG.

Академик РАН, научный руководитель Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Борис Порфирьев, отметив важность и актуальность основных положений ESG, отметил, что в данной программе прослеживается некоторый избыточный акцент вопросам декарбонизации и высокий уровень бюрократизации, который присутствует уже на старте реализации данной программы.

«Значимость вопросов экологического характера, прежде всего, связанных с загрязнением воздуха, кратно превышает значимость вопросов климатических бедствий. По экономическому ущербу различие на порядок, по количеству умерших – различие на два порядка. И это характерно практически для всех стран и регионов», – сказал он.

«Также уходит от всеобщего внимания острейшая проблема воды», – считает академик Порфирьев. Кстати, среди стран, занимающих самое выгодное положение с точки зрения решения проблемы запасов пресной воды, находится Россия, Канада и Бразилия.

Эксперт привел статистику по количеству стран, принявших различные документы и показатели: повестку дня ООН в области устойчивого развития и Цели устойчивого развития до 2030 года; Парижские соглашения; ESG критерии и показатели. Примечательно, что количество компаний, принявших ESG критерии и показатели как стратегические цели, выше, чем количество компаний с четко сформулированными планами реализации целевых ESG показателей.

Трансграничное углеродное регулирование

На важности вопросов трансграничного углеродного регулирования и его последствий для России сделала акцент директор Центра энергетики Московской школы управления СКОЛКОВО Ирина Гáйда. Она поддержала академика Порфирьева в части завышенного акцента на вопросы экологии, декарбонизации и углеродного следа, что связано в том числе с тем, что данные параметры значительно легче поддаются измерению по сравнению с параметрами гендерного неравенства или уровня коррупции в разных странах.

«Безусловно, одной из ключевых проблем всей повестки устойчивого развития является то, что критериев очень много, объективных метрик мало, – отметила Ирина Гáйда. – Есть исследования, что корреляция между различными рейтингами ESG очень невысокая. Вместе с тем есть одна составляющая, разбег по которой гораздо меньше – это экологическая составляющая рейтинга. Она имеет естественно-научную опору, содержит больше измеримых показателей. Поэтому в контексте климатических изменений больше всего внимания уделялось эмиссии парниковых газов и отчетности, связанной с этим. Неудивительно, что именно этой составляющей повестки ESG больше всего внимания уделяют наши компании и экспортеры».

Еще одна причина, почему углеродный след и декарбонизация занимают столь значимое место в сегодняшней повестке и в бизнес-прессе – это трансграничное углеродное регулирование. На этом вопросе эксперт остановилась подробнее.

Она рассказала о предложениях по европейскому трансграничному углеродному регулированию. Речь идет о следующих идеях. Во-первых, включение в систему торговли квотами на эмиссии ПГ автотранспорта, авиации, морских грузоперевозок. Во-вторых, повышение доли возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в производстве электроэнергии к 2030 году вдвое — до 40%, В-третьих, общее снижение энергопотребления к 2030 году на 36%, в том числе за счет массовой энергоэффективной реновации жилых и административных зданий, В-четвертых, повышение доли зеленого топлива в общем объеме топлива, используемого для заправки автомобилей, авиационных и морских судов, В-пятых, развитие сети электрических зарядных станций и сервисов по замене водородных топливных элементов для электромобилей, Наконец, фактическое введение с 2035 года запрета на продажи новых автомобилей с ДВС.

Российский экспорт имеет высокий углеродный след. При этом на национальном уровне амбициозные цели по сокращению парниковых газово пока не зафиксированы. Предварительный определяемый на национальном уровне вклад (ОНУВ) России в рамках Парижского соглашения предусматривает к 2030 г. сокращение выбросов на 25-30% от уровня 1990 г. с учетом ЗИЗЛХ. Таким образом, это обязательство было выполнено еще в начале 1990-х годов, к настоящему времени оно перевыполнено, и буквальное следование этой цели заставило бы Россию не уменьшать выбросы, а наращивать их к 2030 г. по сравнению с нынешним уровнем.

Европейские пограничные налоги на СО2 существенно повлияют на энергоемкие отрасли разных стран. По оценкам BCG, введение налогов на CO2 снизит конкурентоспособность российской нефти по сравнению с арабской, и сделает менее конкурентоспособной украинскую и китайскую сталь.

Эксперты аудиторской компании KPMG представили три сценария введения европейского климатического налога для поставляемых из России товаров. При базовом варианте российские экспортеры заплатят 33,3 млрд евро в 2025–2030  годах, отметила Ирина Гáйда.

Активная деятельность регуляторов

В своем выступлении исполнительный директор аналитического центра «Форум» Екатерина Голуб говорила о преемственности российской программы процессам, которые уже идут в Евросоюзе, где в настоящее время уже введены экологические налоги. Одной из задач реализации принципов ESG на глобальном уровне должны ликвидировать экономические преимущества, которые получают корпорации при переносе своих производств в третьи страны, где такие налоги отсутствуют, то есть создание равных условий при проведении глобальной экологической политики.

Екатерина Голуб рассказала о деятельности сообщества центральных банков и надзорных органов по повышению экологичности финансовой системы (NGFS), созданном в 2017 году. В настоящее время NGFS состоит из 95 членов (более 60 центральных банков, включая Центральный банк РФ) и 15 наблюдателей. Цель NGFS – содействовать укреплению и принятию на глобальном уровне мер, необходимых для достижения целей Парижского соглашения, и повысить роль финансовой системы в управлении рисками и мобилизации капитала для инвестирования в «зеленые» и низкоуглеродные проекты.

В июне 2021 года был опубликован доработанный NGFS сборник климатических сценариев для перспективной оценки климатических рисков. В матрицу NGFS включены шесть сценариев, по два в трех группах. Первая – это сценарии упорядоченного перехода, где физические и переходные риски относительно незначительны. Вторая – сценарии неупорядоченного перехода, которые исследуют более высокий риск перехода из-за задержек или разрывов в политике между странами и секторами. Третья –сценарии «hot house world», которые приводят к серьезному физическому риску, включая необратимые последствия, такие как повышение уровня моря.

Екатерина Голуб также отметила, что в России в настоящее время активно работают две профильные рабочие группы в Министерстве экономического развития РФ и Центральном банке России и представила в своей презентации перечень законодательных и нормативных актов России, которые уже приняты по данному вопросу.

Так, Банк России, Минэкономразвития России и ВЭБ.РФ участвуют в разработке критериев для определения проектов устойчивого развития и формировании методической базы для верификации «зеленых» инструментов. Создана специальная рабочая группа для координации подготовки конкретных предложений по направлениям устойчивого развития. Принято Положение №706-П от 19.12.2019 «О стандартах эмиссии ценных бумаг», которое предоставило эмитентам возможность выпускать «зеленые» и социальные облигации. Опубликован для общественных консультаций доклад «Влияние климатических рисков и устойчивое развитие финансового сектора Российской Федерации» (май 2020 г.) и выпущены «Рекомендации по реализации принципов ответственного инвестирования» (информационное письмо от 15.07.2020 № ИН 06 28/111) для институциональных инвесторов. В целях создания и развития «зеленой» ипотеки Банком России совместно с Минстроем России разрабатываются стандарты «зеленого» строительства.

В дискуссии также приняли участие д.э.н. Павел Медведев, к.э.н. Лариса Петренко, к.ф.н. Юрий Ковалев.

Президент АРБ, академик РАН Гарегин Тосунян поблагодарил докладчиков и коллег, банкиров и представителей вузов страны, принявших участие в дискуссии, и анонсировал продолжение совместного обсуждения вопросов, поставленных на состоявшейся Открытой дискуссии.