IPO, или первичное предложение компанией своих акций на фондовом рынке, - событие в России еще редкое и загадочное. В общественном мнении оно воспринимается как свидетельство особой успешности компании. Но мировая практика показывает, что IPO не обязательно ведет к успеху. Скорее наоборот: после выхода на рынок у компании начинается другая жизнь, в которой мнение окружающих становится важнее того, что ты думаешь о себе сам.

Но зачем компании рискуют, выходя на рынки капитала? Об этом мы говорим с профессором Оксфордского университета Йосом ван Боммелем, одним из ведущих специалистов в сфере первичного размещения акций.

С профессором мы встретились на утопающем в зелени острове Колочеп близ хорватского города Дубровник, куда Йос ван Боммель приехал для чтения курса лекций об IPO слушателям Южно-европейского центра современных финансов. Центр работает здесь второй год, но уже смог получить аккредитацию Международной ассоциации финансовых аналитиков, а также поддержку Всемирного банка.

НБЖ: Можно ли утверждать, что IPO это шаг компании к успеху?

ВАН БОММЕЛЬ: Не всегда. Это верно, если компания, решив стать публичной, намерена активно работать на рынке капиталов, совершенствовать корпоративное управление. Для нее это - эпохальное событие. Именно с такого шага начались истории успеха Google и Microsoft. Эти фирмы никогда не стали бы такими, как сегодня, не выйди они вовремя на фондовые рынки.

Но успех достается не всем. Чаще бывает, что компании проводят IPO, акции начинают торговаться на рынке, но в дальнейшем их финансовые показатели падают. Не все IPO заканчиваются этим, но примерно 55% компаний, выведя свои акции на рынок, показывают невысокие результаты. И только 1-2% достигают большого успеха.

IPO - это просто выбор фондового рынка в качестве источника средств для развития. Сейчас число первичных размещений из-за кризиса пошло вниз. В лучшие времена случалось, что они проводились ежедневно, по пять IPO за день. Но сейчас, когда рынки испытывают острый дефицит средств, хорошо, если пройдет одно IPO в месяц.

НБЖ: У банковских IPO есть своя специфика?

ВАН БОММЕЛЬ: Конечно. Банки, на мой взгляд, очень трудно оценить, а из-за этого сложно определить правильную цену размещения. Ведь на акции приходится небольшая доля общей капитализации банка. Куда большее значение имеют объемы депозитов и долговых портфелей. Из-за этого акции банков подчас бывают более волатильными, чем производственных компаний. Кроме того, банки делают деньги, используя и активы, и пассивы. Они кредитуют фирмы под высокий процент и могут зарабатывать, собирая деньги вкладчиков под более низкие проценты. Важно и то, что для банка особую ценность имеет репутация. Он может понести громадные убытки просто из-за потери доброго имени. Поэтому невероятно трудно определить, сколько стоит банк.

По этой же причине финансово-кредитным организациям очень сложно выходить на рынок капиталов. Особенно это касается малых банков.

НБЖ: Если сейчас не лучшее время для IPO, не значит ли это, что пришло время частного капитала? Может быть, сейчас проще привлекать частных акционеров, чем проводить IPO?

ВАН БОММЕЛЬ: Все взаимозависимо. Сейчас рынок IPO пуст, но и рынок частных инвестиций полнотой не отличается. Причина в том, что риски высоки и инвесторы во всех странах требуют повышенной отдачи для их компенсации. Это отражается как на рынке IPO, так и на рынке частных инвестиций.

НБЖ: Каковы же сейчас тенденции в сфере IPO? Если в мире происходит примерно одно IPO в месяц, какие компании их проводят?

ВАН БОММЕЛЬ: Как правило, это компании, которые легко поддаются оценке, или те, которые должны стать публичными по решению правительства.

ДОСЬЕ

Профессор Йос Ван Боммель (Jos van Bommel).

Родился в Королевстве Нидерланды. Окончил университет Эйндховена (MSс. in Engineering).

MBA бизнес-школы IESE (Барселона, Испания).

PhD бизнес-школы INSEAD (Франция). Лектор Оксфордского университета и Said Business School.

Приглашенный лектор в Pompeu Fabra University, Барселона, Испания.

НБЖ: Может ли IPO выступать в роли спасителя рынка? Способно ли размещение акций вызвать приток капитала?

ВАН БОММЕЛЬ: Я не уверен, что одно IPO способно решить проблему, но оно могло бы стать катализатором. Нужны хорошие вести из разных отраслей, в частности, с ипотечного рынка, положение на котором волнует многих инвесторов. К сожалению, пока этот рынок как раз поставляет плохие сигналы и остается недостаточно прозрачным.

НБЖ: Сегодня - не лучшее время для IPO. А когда оно наступит?

ВАН БОММЕЛЬ: Часто думают, что подходящий момент - это время высоких котировок на рынке. Но это яблоки надо продавать, когда на них высокие цены, для IPO не все столь однозначно. Ведь если продать акции на высшей точке рынка и потом они пойдут вниз, то инвесторы будут очень недовольны.

Для менеджеров компании это тоже плохо, так как они теряют авторитет в глазах инвесторов, лишаются их доверия в будущем. Вообще, для обычного, рядового IPO лучше выбрать середину цикла. В целом же практика такова, что на IPO, как правило, акции предприятия немного недооценены. Банки-андеррайтеры специально занижают свою оценку, чтобы привлечь инвесторов. Но от этого выигрывают все: владельцы капитала получают бумаги с потенциалом роста, а компания - п овышение капитализации.

НБЖ: А какую долю капитала можно продавать на IPO?

ВАН БОММЕЛЬ: Были времена, когда на продажу выставлялись пакеты размером в 50% и более. Но сегодня чаще предлагают от 10 до 30% уставного капитала. Меняются и условия проведения roadshow - процедуры представления компании потенциальным инвесторам. В США эта сфера сильно зарегулирована. Там компании не могут выйти на широкую публику. Им запрещено вести кампанию в прессе, на радио и телевидении, выпускать пресс-релизы, открывать веб-сайты. Единственный документ, по которому инвесторы могут оценить компанию, это проспект размещения. Но и на него существуют ограничения. Во-первых, он должен быть черно-белым, цветной может быть только первая страница. Шрифт - только «курьер». В течение 25 дней после IPO менеджеры не имеют права разговаривать о нем с кем бы то ни было вне компании, не говоря уже о журналистах. Это делается для того, чтобы не было силовых продаж и давления на неопытных инвесторов. В Европе - по-другому. Немецкие, французские, испанские компании размещают полосные объявления в газетах, свободно говорят об этом на телевидении.

Я могу согласиться с доводом, что вокруг IPO не должно быть ажиотажа. На рынке много ситуаций, где возможна нечестная практика. Например, одна из проблем рынка облигаций - торговля со счетов брокерской компании. Другими словами, я говорю брокеру купить такие-то бумаги, он покупает их сам, а потом перепродает мне, когда они немного подрастут. Это нечестная практика, она искажает рынок.

Изменить ситуацию можно двумя способами. Первый заключается в том, чтобы каждого, кто допускает такие уловки, сажать в тюрьму. Другой состоит в том, чтобы заранее знакомить людей с рыночными процедурами, в том числе и IPO. Тогда они не будут верить всему, что им говорят.

Первый способ выглядит самым эффективным, но на деле он делает проблему более сложной. Продавцы получают возможность козырять тем, что им грозит тюрьма в случае обмана. Это делает их слова более убедительными.

Это - просто модель, но она показывает важность просвещения, обучения потенциальных инвесторов.

НБЖ: Как долго будет продолжаться спад в области IPO?

ВАН БОММЕЛЬ: Я думаю, год-два. В конце 2009 года рынок может начать подниматься.

НБЖ: А какую роль играют банки на развивающихся рынках?

ВАН БОММЕЛЬ: На мой взгляд, роль банков здесь невероятно важна, больше, чем рынков капитала. Банки берут деньги из сбережений населения и кредитуют ими компании. В таких ситуациях есть две проблемы. Первая - это моральные угрозы, когда менеджеры больше заботятся о себе, чем о полученных ими деньгах. Вторая это менеджеры с отличным проектом, которые не могут убедить инвесторов в его ценности.

Банки очень хорошо разбираются с имиджевыми угрозами. Они лучше отслеживают активность своих корпоративных клиентов, чаще заглядывают менеджерам через плечо, так как на кону стоят большие деньги. Поэтому банкиры раз в полгода, а иногда - раз в неделю приходят в компанию не столько для переговоров, сколько для того, чтобы самим увидеть, как она работает.

Фондовые рынки в этом не сильны. Частные инвесторы предпочитают вкладываться в фонды, а не в конкретные акции или облигации, так как они не могут следить за действиями конкретной компании. Но фондовые рынки сильны как торговые площадки, которые через торговлю бумагами консолидируют информацию, которая помогает справляться с проблемой имиджевой угрозы.

На растущих рынках моральная угроза может быть очень серьезной проблемой, так как высока вероятность поступления неверной информации. Поэтому история успеха Германии, Японии - это история успеха банковского рынка. Эти страны оказались успешными, не имея развитого фондового рынка. В значительной степени их становление и рост базировались на банковских кредитах, а не на рынке капитала.