БЕЗ ПАНИКИ!

НБЖ: Хотел бы начать нашу беседу с темы мирового финансового кризиса. Западные аналитики говорят, что худшее еще впереди, а у нас, напротив, многие настроены благодушно. Проблемы с ликвидностью по большому счету обошли нас стороной, экономика растет: В то же время есть отдельные представители отрасли, которые предрекают России большие проблемы уже этой осенью.

Д.АНАНЬЕВ: Я категорический противник панических настроений. Да, всегда следует трезво смотреть на жизнь. Никто не знает, когда придет землетрясение или грянет шторм, насколько разрушительными будут последствия, и сказать, что мы можем не волноваться, что мы будем всегда в тихой гавани, нельзя. Россия полноценно влилась в мировое финансовое пространство: если финансовый мир лихорадит, то это сказывается и на наших рынках. Однако сеять панические настроения вредно.

НБЖ: Но ведь на чем-то основан их пессимизм?

Д.АНАНЬЕВ: Паниковать или видеть все в черном свете гораздо проще. Мне бы хотелось верить в то, что возросший профессионализм ЦБ и ФСФР, их опыт прохождения кризисных ситуаций, устойчивость участников рынка позволит нам избежать нарастания кризисных явлений. В стабильности заинтересовано руководство страны, это полезно для экономики, в этом заинтересованы все наши люди. Ошибочно думать, что в трудной ситуации какой-то крупный банк получит дополнительных клиентов или построит выигрышную стратегию. Упадет весь рынок сразу. Кризис ударит по всем без исключения, всем понизит рейтинги. И наши глобальные планы по построению международного финансового центра сразу можно будет зачеркнуть, забыть о них.

НБЖ: Кстати, о финансовом центре: Сегодня утром вы были ведущим круглого стола в Совете Федерации, посвященного перспективам Москвы как международной финансовой столицы. Все соглашаются, что наш город должен и может двигаться в данном направлении, но вот вопрос: что обязаны сделать президент, правительство и власти Москвы, чтобы эти пожелания воплотились в реальность?

Д.АНАНЬЕВ: Многое из того, что должны были сделать президент и премьер-министр, они уже сделали. Они поставили задачу, а профессионалы, люди, отвечающие за финансовый рынок, обязаны выработать конкретную программу действий. Круглый стол, который вы упомянули это один из способов поиска правильных решений.

Во-первых, надо для себя подтвердить, что мы не боимся ставить перед собой амбициозные и сложные задачи. Во-вторых, мы должны определиться с инструментами и принять решения, которые могут помочь эти задачи выполнить.

Я вижу необходимость правильно описать статус положения, в котором мы находимся. Прежде всего мы должны признать: наше законодательство в финансовой сфере - это модернизированная система советского образца. С точки зрения планового ведения хозяйства советская структура была одной из самых выигрышных, но с точки зрения современного рынка она никуда не годится. Налоговое и финансовое законодательство мы должны в кратчайшие сроки привести как минимум к уровню мировых стандартов. Говоря «как минимум», я имею в виду возможность поучиться сейчас на тех ошибках, которые допустили регуляторы на развитых финансовых рынках. Ряд значительных сегментов финансового рынка с их стороны не поддавался регулированию, например, как бороться с так называемыми «пузырями» в экономике, в том числе как избежать системных рисков, когда бумаги со значительными рисками признавались как Tripple A - бумагами высшей категории надежности.

Если говорить о практических шагах, то одним из первых может стать создание рабочей группы, которая в кратчайшие сроки рассмотрит список законов, по которым не найдены компромиссы и которые с 2000 года не приняты. А это ключевые законы, связанные с расчетной инфраструктурой нашего рынка: закон о клиринге, о центральном депозитарии, закон о манипулировании и противодействии инсайду и многие другие законы, без которых ни один развитый рынок существовать просто не может, законы в области налогового регулирования. Не секрет, что наше налогообложение продолжает носить жестко фискальный, нерыночный характер. Если мы не сможем решить и эту проблему, инвесторы к нам не придут.

Наше законодательство превращалось из советского в современное под воздействием нескольких регуляторов, каждый из которых четко описывал свои действия на рынке в рамках своей зоны ответственности. Центральный банк регулировал банковскую систему, ФСФР - фондовый рынок и пенсионные фонды, Росстрахнадзор - страховое поле. Конечно, многое за эти годы сделано, и сделано каждым в своей части неплохо, но конечный продукт гармонично работающий финансовый рынок - создан не был.

Откровенно говоря, никто толком не представляет, как должен функционировать финансовый рынок в нашей стране, какой должна быть его модель, какие у него будут принципиальные конкурентные преимущества, как он будет бороться за внешних инвесторов, как будет создавать условия для того, чтобы внутренние инвесторы, национальные банки могли нормально развиваться и быть в долгосрочной перспективе конкурентоспособными. Ведь на сегодняшний день - и я не стесняюсь говорить об этом - перспективу имеют только государственные банки и иностранцы. А средние, малые и региональные банки, частные банки, по большому счету, возможностей и перспектив для развития сейчас не имеют.

Наше законодательство в финансовой сфере - это модернизированная система советского образца.

НБЖ: Правильно ли я вас понял, что вы - за мегарегулятор? За то, чтобы все контрольные функции были сосредоточены в одних руках?

Д.АНАНЬЕВ: Я не сторонник мегарегулятора, во всяком случае, на этом этапе. С подобной централизацией, с появлением большого числа непредсказуемых факторов мы можем ухудшить состояние дел в этой очень деликатной сфере. Можно договориться о появлении мегарегулятора, допустим, в 2015 году, а сейчас готовить для этого платформу. Но этому должна предшествовать спокойная, прагматичная дискуссия всех заинтересованных сторон без принятия поспешных решений. Иной путь будет означать неминуемые административно-назначенческие решения, раздел зон ответственности. Мы перестанем заниматься законами, перестанем заниматься рынком и можем потерять благоприятную конъюнктуру.

НБЖ: Вы наверняка знакомы с той дискуссией, которая разгорелась между ЦБ, Минфином и АРБ по поводу роста объемов кредитования. Одни, в частности, руководители ЦБ считают, что агрессивный рост кредитования, доступ к дешевым деньгам, мягкое регулирование ведут к неустойчивости банковской системы. При такой стратегии, как сказал недавно глава департамента Банка России Алексей Симановский, «банки проживут счастливо, но недолго». Похожее мнение разделяют Игнатьев, Улюкаев. У АРБ позиция прямо противоположная.

А вы что думаете по этому поводу?

Д.АНАНЬЕВ: Как в прошлом практикующему банкиру мне гораздо ближе проактивная позиция, основанная на достаточно строгом отношении к рискам по кредитам, которыми надо подпитывать экономику нашей страны. На мой взгляд, сужение кредитования уже и так происходит из-за мировой нестабильности: доступ к деньгам становится более жестким, более ограниченным, стоимость денег растет, сроки погашения заимствований сокращаются. Контроль качества кредитных портфелей должен быть жестким - в этом я позицию регулятора поддерживаю. Иначе банки будут жить счастливо, но совсем недолго. Нужна стабильность. Нужен уверенный рост. Пять лет стабильной жизни дадут банковской системе больше, чем пятнадцать лет нестабильной.

Надо обрат ить внимание на те инструменты, которые доказали в мировой практике свою жизнеспособность и эффективность. Удлинить сроки и расширить объемы кредитования могут субординированные кредиты, в которые можно разместить часть средств из фонда будущих поколений и других источников, причем с существенно более высокой доходностью и с меньшим рисками, чем в «Фани Мэй» и «Фредди Мак»: Да, резервный фонд надо инвестировать в иностранные ценные бумаги: преимущественно в иностранные «голубые фишки», которые дадут доход сопоставимый или выше, чем уровень инфляции. Но значительную часть дополнительных средств, которые сконцентрированы в соответствующих фондах, можно размещать в отечественные долговые инструменты, которые и дадут большую доходность, и поддержат экономику России.

Десятилетние субординированные кредиты для первой сотни российских банков могут стоить от девяти до четырнадцати процентов годовых и принесут доход в несколько раз больший, чем иностранные ценные бумаги. Они также позволят досоздать капитальную базу нашим банкам. На эти средства, как на плечо, наши банки смогут привлечь дополнительные средства за рубежом. Да, придется разработать критерии выдачи. Объем тоже может быть значительный. Двадцать-тридцать процентов от капитала первого уровня. Есть заключение, которое подготовлено Аналитическим управлением Совета Федерации: фактически у всех европейских банков до пятидесяти процентов капитала сформировано за счет субординированных кредитов. А у нас меньше десяти процентов. И то это касается только тех банков, которые смогли сделать рыночные заимствования на западных рынках. А сейчас этого рынка практически нет, да и деньги там стали очень дорогими.

НБЖ: Как вы относитесь к прозвучавшему сегодня заявлению, что якобы мировой финансовый кризис похоронит или уже похоронил рынок производных инструментов?

Д.АНАНЬЕВ: Рынок производных инструментов - один из факторов возникновения мирового кризиса, прежде всего потому, что плохо поддается регулированию. Но я не думаю, что он будет похоронен. Скорее всего нет. Его лихорадит - это факт. Однако в нашей стране этого рынка фактически не было.

Мы так и инфляцию не поборем, и сдержим экономический рост, и тогда это будет дважды проигрыш.

НБЖ: Правильно ли напрямую увязывать расширение объемов потребительского кредитования с ростом инфляции?

Д.АНАНЬЕВ: Потребительские кредиты - мощный импульс развития нашей экономики, формирования внутреннего спроса, поддержания его. Конечно, в какой-то степени денежная масса влияет на инфляционные процессы, но бороться с инфляцией, снижая возможности банковской системы к кредитованию - это самый вредный путь. Препятствовать экономическому росту и сдерживать рост объемов денежной массы за счет сужения возможностей кредитования банковской системы и инвестиционных проектов позиция по крайней мере спорная это, если говорить дипломатическим языком. Мы так и инфляцию не поборем, и сдержим экономический рост, и тогда это будет дважды проигрыш.

Многие страны в подобной ситуации стремятся не побороть экономический рост, а наоборот, добиться прорыва и в то же время не упускать из-под контроля инфляцию.

НБЖ: Вопрос и к сенатору, и к бывшему банкиру. Он касается развития малого и среднего бизнеса. О том, что это основа либеральной экономики, и о том, что малый и средний бизнес надо всячески поддерживать, много говорят, но мало при этом делают. Что конкретно могла бы предложить банковская система России для решения этой проблемы?

Д.АНАНЬЕВ: Не надо забывать о том, что наша банковская система еще очень молода. Мы только набираемся опыта в создании полноценного продуктового ряда. Это касается и потребкредитов, и поддержки малого и среднего бизнеса, и других продуктов. Те банки, в которых работают компетентные специалисты, кто использует успешную бизнес-модель, добиваются результата.

НБЖ: Вы часто бываете за пределами МКАД? Я имею в виду, хорошо ли вы знаете ситуацию в регионах?

Д.АНАНЬЕВ: Да, я часто бываю в регионах. С этим связана и моя работа в верхней палате парламента, да и прежняя работа требовала регулярных командировок. Наш рынок носит статус развивающегося, и этим все сказано. Работы еще очень много. Потенциал в большинстве регионов высокий. А где нет хорошего результата, там просто пока не создана политическая стабильность, не создана атмосфера, комфортная для инвесторов - и внутренних, и внешних.

НБЖ: Еще одна актуальная проблема касается развития малых и средних банков. Сегодня для всех очевидно, что надежно себя чувствуют только госбанки и кредитные организации с иностранным участием. Остальные думают о том, чтобы выгодно продать свой бизнес, желательно иностранцам - они больше предложат...

Д.АНАНЬЕВ: Из-за финансового кризиса сейчас не лучшее время для продажи. Но тенденция такая, увы, есть. И если она будет продолжаться, мы можем лишиться живительной конкурентной среды, без которой не способен существовать здоровый рынок. Если будут конкурировать только государственные банки с иностранными, то в долгосрочной перспективе конкурентоспособность нашей банковской системы в целом может снизиться.

НБЖ: Недавно вы высказались за снижение норматива достаточности капитала и за льготу по налогу на прибыль в той части, которая идет на повышение капитала. ЦБ устами первого зампреда Геннадия Меликьяна посчитал это не целесообразным. Поясните, в чем суть ваших разногласий.

Д.АНАНЬЕВ: Я не назвал бы это разногласиями, скорее - элементом дискуссии. Обязанность регулятора - проводить консервативную политику, связанную с укреплением банковской системы. Ясно, что высокий норматив достаточности - это фактор, который стабилизирует систему, является фактором, повышающим ее надежность. Что же касается моих предложений, то я исхожу из следующего. Мы уже являемся составной частью мировой экономики, поэтому справедливо было бы создавать условия, которые не ужесточали бы по сравнению с западными стандартами жизнь отечественным банкам. Норматив достаточности капитала Н-1 в соответствии с «Базелем-2» - восемь процентов. В эти восемь процентов входит в том числе и субординированный кредит, что является капиталом второго уровня. У нас же норматив Н-1 - десять процентов. Согласитесь, есть разница. Я считаю, что для нашей банковской системы с учетом ее полноценного вхождения в мировую конкуренцию создание равных стандартов это принципиальное условие.

Сложно бежать на дистанции с 25-килограмовой гирей в руках. Да, для здоровья это, возможно, и полезно, но конкуренты оставят тебя далеко позади.

Ошибочно думать, что в трудной ситуации какой-то крупный банк получит дополнительных клиентов или построит какую-то выигрышную для себя схему. Упадет весь рынок.

НБЖ: ФСФР начала борьбу с финансовыми пирамидами, разместив на своем сайте списки недобросовестных компаний. Аналитики считают, что само существование подобных структур объясняется низкой финансовой грамотностью населения. А вам не кажется, что наши законы слишком гуманны к тем «энергичным» людям, которые стоят за пирамидами? То есть не только неграмотность виновата?

Д.АНАНЬЕВ: Улучшать нужно не только законодательную базу нашей финансовой системы, но и правоприменительную практику. Я убежден, что нам необходимо жестче и четче классифицировать пирамиды, подвергать более суровому наказанию виновных в мошеннических действиях.

НБЖ: Как вы можете прокомментировать стычку ХКФ Банка и Русского Стандарта по поводу сокрытия от заемщиков дополнительных комиссий при кредитовании? Вы в курсе этой истории?

Д.АНАНЬЕВ: На мой взгляд, действия банков, эксплуатирующих финансовую неграмотность населения, дискредитируют саму идею потребкредитования. Увы, мы слишком запоздали с принятием соответствующих законов и подзаконных актов, способных защитить потребителя. Такие законы нужно было принять уже десять лет назад. А тем банкам, которые продолжают, пользуясь некомпетентностью граждан, проводить экономически выгодную (в кавычках) для них и абсолютно невыгодную для всего банковского сообщества политику, я предложил бы как можно быстрее прекратить эту деятельность, потому что она становится уголовно наказуемой. Она бросает тень не только на эти банки, но и в целом на всю систему.

НА ЧЕМ СТОЮ

НБЖ: У меня много знакомых на Большой Дмитровке. У каждого из них был свой путь в сенаторы, свои мотивы добиваться депутатского мандата. А вот зачем вы стали парламентарием?

Д.АНАНЬЕВ: В определенный момент я осознал, что для меня этап, связанный с ростом капитализации аффилированных компаний, неинтересен.

Дальнейшая фокусировка на этом бессмысленна. И повышение личного материального благополучия, и рост капитализации компании - это состязание, которое не имеет конца и не имеет смысла. Что же касается тех задач, которые стоят перед нашей страной, перед нашими финансовыми рынками, то мне они кажутся очень важными. И участие в решении этих задач людей с практическим опытом может сыграть положительную роль.

НБЖ: Есть ли у Группы «ПромСвязьКапитал» какие-то бизнес-проекты в Ямало-Ненецком округе, который делегировал вам полномочия сенатора?

Д.АНАНЬЕВ: Нет. И я думаю, не будет.

НБЖ: Вы поднялись в начале девяностых годов, причем с нуля, без участия в приватизации. Если бы сегодня вам пришлось начинать все заново, добились бы вы таких успехов в бизнесе?

Д.АНАНЬЕВ: Мы руководствовались подходом, который исповедует IBM: место на рынке есть всегда. Оно есть всегда и всегда будет для инициативных людей, для тех, кто ставит перед собой кажущиеся на первый взгляд недостижимыми задачи.

Мы можем лишиться живительной конкурентной среды, без которой не способен существовать здоровый рынок.

НБЖ: И даже во время мирового финансового кризиса?

Д.АНАНЬЕВ: Сейчас именно то время. Как раз в трудные времена и случаются самые большие чудеса. Поверьте мне.

НБЖ: Все знают, что братья Ананьевы - православные люди, близкие к церкви. А можно ли рассказать, как вы пришли к храму, кто вас подвигнул на этот путь?

Д.АНАНЬЕВ: Я стараюсь не комментировать эту тему, но могу сказать, что вера - это фундамент для русского человека, это источник новых сил, надежд и целей, основа нашей государственности.

НБЖ: Российский бизнес с его пороками, проблемами, извращениями и вера - как это совмещается? Можно ли заниматься бизнесом и при этом не грешить, не нарушать заповедей Господних?

Д.АНАНЬЕВ: Грешат и грешили все люди, и мы с вами об этом прекрасно знаем. Другое дело, что у верующего человека появляется дополнительный внутренний ограничитель и барьер, а такие понятия, как честь, благородство, доброта не теряют своего значения и места в современной жизни. Я считаю, что честным

и порядочным можно оставаться на любом посту, занимаясь в том числе и бизнесом.

НБЖ: По версии «Форбс» вы с братом входите в число самых состоятельных граждан России. Это как-то накладывает отпечаток на ваши привычки, на ваше поведение, на ваше отношение к людям? Как вы относитесь к роскоши, к деньгам? Большие деньги изменили ваш менталитет, ваше внутреннее состояние?

Д.АНАНЬЕВ: Стало тяжелее оставаться самим собой, сложнее бороться с теми искушениями, которые встречаешь на своем пути. Хотя с другой стороны, я считаю саму по себе методику оценки «Форбс» поверхностной, не отражающей объективно материальную сторону вопроса.

Чем больше ты получаешь прижизненных наград, тем больше ты себя обкрадываешь.

НБЖ: У вас с братом разница в возрасте пять лет, но внешне вы очень похожи. А характеры, привычки, увлечения у вас тоже одинаковые или нет?

Д.АНАНЬЕВ: Естественно, мы разные люди - по складу, интересам, увлечениям. Но фундаментальные ценности одни.

НБЖ: Я знаю, что вы крайне неохотно отвечаете на вопросы, касающиеся благотворительности. Но все-таки, учитывая узкопрофильную направленность нашего издания, не могли бы вы рассказать о каких-то ваших уже реализованных проектах?

Д.АНАНЬЕВ: Чем меньше ты делаешь публичных заявлений по поводу своей благотворительности, тем больше это принесет пользы. Так же, как чем больше ты получаешь прижизненных наград, тем больше ты себя обкрадываешь.

НБЖ: И последний вопрос. Как вы можете прокомментировать ситуацию, которая касается перспектив объединения двух банковских ассоциаций?

Д.АНАНЬЕВ: Я считаю, что было бы полезно сложить потенциал обеих ассоциаций, поставить перед объединенной структурой более масштабные задачи и потребовать от нее эффективного, качественного и профессионального лоббизма. Это должен быть один из активных участников всех банковских процессов и внедрения инноваций. Вес объединенной ассоциации может и должен значительно вырасти. Ее эффективность должна стать гораздо выше.

Сегодня по разным, в основном субъективным причинам ассоциации не всегда идут в одном направлении, чем временами пользуется в своих интересах регулятор. Хотя по большинству ключевых вопросов - надо отдать должное руководству обеих ассоциаций - их позиции совпадают. Работа там отлажена, но нужных банковскому сообществу законопроектов должно приниматься гораздо больше, чем сейчас, а их лоббирование - это прямая обязанность саморегулируемых структур.

Нынешний этап требует нового уровня работы, нового качества, четко сверстанных планов и самое главное - более значительных результатов.