Председатель Комитета Совета Федерации по финансовым рынкам и денежному обращению Дмитрий АНАНЬЕВ рассказал в интервью NBJ в 2010 году о том, как идет законодательный процесс в сфере регулирования банковской деятельности, об эффективности антикризисных мер, предпринятых государством для стабилизации ситуации в банковской системе, насколько правильным было решение о сворачивании этих мер после прохождения острой фазы кризиса.

NBJ: Дмитрий Николаевич, как бы вы оценили сложившуюся ситуацию в российской экономике в целом и в банковском секторе в частности?

Д. АНАНЬЕВ: Я бы охарактеризовал ее так: ситуация хрупкого позитива. С одной стороны, острая фаза кризиса со всеми ее проявлениями дествительно пройдена. С другой стороны, налицо целый ряд негативных факторов, которые могут создать серьезные трудности для дальнейшего развития экономики страны. Поэтому расслабляться и ожидать стабильного развития явно преждевременно.

NBJ: Что, с вашей точки зрения, в первую очередь относится к числу негативных факторов, способных дестабилизировать ситуацию?

Д. АНАНЬЕВ: Бюджетный дефицит, наличие институциональных проблем, не позволяющих диверсифицировать экономику страны. Продолжает усиливаться роль государства и снижаться конкуренция. Сжимается свободный рынок и падает предпринимательская активность. Существует потенциальный риск изменения в худшую сторону динамики цен на наши главные экспортные товары - энергоресурсы. И плюс ко всему этому неэффективность судебной и правоохранительной систем, несовершенство законодательства, регулирующего национальный финансовый рынок, и, конечно, коррупция. Все это создает негативный инвестиционный фон, и, соответственно, среди стран БРИК мы, к сожалению, демонстрируем пока худшие экономические результаты и преодолеваем последствия кризиса намного медленнее, чем они.

NBJ: Все перечисленные вами факторы и недостатки были и до кризиса...

Д. АНАНЬЕВ: Кризис обострил их, сделал очевидными и бесспорными.

NBJ: А если говорить о банковской системе, то какие ее недостатки обнажил кризис?

Д. АНАНЬЕВ: Я бы акцентировал внимание не столько на недостатках самой банковской системы, сколько на том, о чем уже говорил выше, - неэффективности и несовершенстве национального законодательства на финансовых рынках. Речь должна идти не о количественном принятии законов или подзаконных актов для достижения сверхзадачи по построению Международного финансового центра, а о том, чтобы осуществлялась кропотливая ежедневная работа по написанию основополагающих законов, регулирующих финансовый рынок. К сожалению, вынужден признать, что пока этот процесс не организован должным образом. И ответственность за это, по моему убеждению, следует в равной степени поделить между исполнительной и законодательной властью.

NBJ: То есть определенная доля этой ответственности должна лечь и на плечи Совета Федерации?

Д. АНАНЬЕВ: Да. И правительство, и верхняя, и нижняя палаты парламента, и ассоциации (саморегулируемые организации) - все мы несем ответственность за то, что зачастую вместо законов, призванных устранить глобальные препятствия для развития рынка, появляются на свет локальные законы, решающие исключительно ту или иную проблему, или даже выпускаются нормы, не имеющие ничего общего с интересами рынка и лоббирующие интересы определенной группы предпринимателей. Наглядный тому пример - закон о платежных терминалах.

NBJ: В одном из своих выступлений вы говорили о необходимости принять порядка десяти фундаментальных законов, без которых развитые финансовые рынки не могут существовать. Не могли бы назвать хотя бы некоторые из них?

Д. АНАНЬЕВ: Закон о секьюритизации, биржах, центральном депозитарии, инсайде, клиринге, консолидированной отчетности, коллекторской деятельности... Их действительно достаточно много, и я продолжаю настаивать на том, что наш финансовый рынок не сможет нормально развиваться без них.

NBJ: А в какой стадии находится работа над ними?

Д. АНАНЬЕВ: По-разному. По некоторым вообще не ведется. К сожалению, у нас налицо острый дефицит компетентных специалистов, и это очень тормозит работу по созданию данных законопроектов. Плюс к этому давайте говорить откровенно: опыт по написанию таких документов, выполнению этих норм накоплен в основном в странах с развитыми рынками. Значит, было бы правильно привлекать западных экспертов к законотворческой работе, например, из ассоциаций иностранных кредитных организаций, из «дочек» западных банков. Думаю, никто не отказался бы помочь, а наша задача в данном случае - скоординировать работу, провести вычитку подготовленных проектов, представить их на рассмотрение правительству и после этого уже приступить к обсуждению в парламенте.

NBJ: Был принят закон, разрешающий секьюритизацию ипотечных кредитов с первоначальным взносом на уровне 20%. Это один из тех необходимых, с вашей точки зрения, законов?

Д. АНАНЬЕВ: Нет, это то, что я бы назвал локальной нормой, призванной активизировать процесс ипотечного кредитования. Премьер-министр в одном из своих выступлений поставил задачу удешевления ипотеки, правительство с АИЖК проработали этот вопрос, и в результате появилась эта законодательная новелла. Безусловно, нужная и полезная, но опять-таки точечная, не улучшающая радикально ситуацию на рынке, а создающая в среднесрочной перспективе предпосылки к некоторому ее улучшению.

NBJ: На круглом столе, проведенном NBJ, обсуждались вопросы, связанные с ипотекой, и меры, которые необходимо предпринять, чтобы вернуть этот рынок хотя бы на его докризисный уровень. В связи с этим хотелось бы знать ваше мнение.

Д. АНАНЬЕВ: Думаю, ипотечный рынок так или иначе постепенно будет восстанавливаться. И я полагаю, главное, что нужно делать, - это возвращать стройку, снимать административные и хозяйственные барьеры на пути строительства жилья. А их предостаточно: коррупция в крупных городах, где сдается основное количество строительных объектов, просто не знает границ. В результате построить что-либо дешево, быстро и качественно практически невозможно, точнее, это может сделать только узкий круг людей, «оседлавших тему».

NBJ: Несовершенство законодательства -это очевидный факт. Но и во время, и после прохождения острой фазы кризиса много говорилось о том, что банки тоже должны принять на себя часть ответственности за случившееся, например, за то, что они слишком увлекались кредитованием в докризисный период. Разделяете ли вы такой подход?

Д. АНАНЬЕВ: На мой взгляд, то, что до кризиса банковская система развивалась быстрыми темпами и так же росло кредитование, - нормальный процесс. Конечно, вносятся коррективы в процедуры принятия решения, меняется отношение кредитных организаций к риск-менеджменту. Это тоже нормально. Кризис заставляет всех совершенствоваться: и участников рынка, и Центральный банк, который действует все более и более компетентно. По крайней мере, во время острой фазы кризиса в беспрецедентно короткие сроки он ввел в действие целый ряд инструментов, которые позволили избежать самого негативного сценария развития ситуации. Также хотелось бы видеть более активное вовлечение ЦБ в законодательный процесс.

NBJ: Разве он не является таковым?

Д. АНАНЬЕВ: К сожалению, пока нет. Он, скорее, привлекается при разработке и рассмотрении важных для отрасли законопроектов, но не является при этом обязательным участником законодательных процедур. Его мнение запрашивается, но от этого не всегда зависит конечный результат.

NBJ: Вы сказали, что во время острой фазы кризиса ЦБ сработал эффективно. Это общее мнение на рынке?

Д. АНАНЬЕВ: Эффективно, но не безошибочно. На мой взгляд, неоднократное повышение ставки рефинансирования в острой фазе кризиса создало значительные проблемы в нашей экономике. Это привело к снижению предпринимательской активности в реальном секторе экономики, к избыточному количеству банкротств, снижению доходов бюджета, росту безработицы. На организованных рынках число дефолтов измерялось несколькими сотнями, и вы сами можете себе представить, как это сказывалось на инвестиционной привлекательности России.

NBJ: Видимо, нет золотой середины в вопросе о стоимости ресурсов: в кризис банки сетовали на то, что ЦБ завысил ставку рефинансирования, теперь жалуются на то, что он снижает ее слишком быстрыми темпами.

Д. АНАНЬЕВ: Я не считаю, что эти темпы являются слишком быстрыми. Конечно, искусственно занижать ставку нельзя, она должна оставаться на разумном уровне. Но крайне важно понимать, что от стоимости ресурсов зависит уровень деловой активности, то, сколько инвестиционных проектов будут эффективными, способность экономики демонстрировать здоровый поступательный рост. Противники снижения ставки полагают, что это приводит к повышению инфляции. На мой взгляд, более серьезная причина роста инфляции в нашей стране - тарифы естественных и локальных монополий. Каждый год они растут совершенно неуправляемо и в результате разгоняют инфляцию. И вот с этим надо что-то делать.

NBJ: А что делать с тем, что банки в свое время были вынуждены привлекать вклады по высоким ставкам, а теперь им приходится продолжать их обслуживание в условиях, когда ставка рефинансирования упала более чем на 5%?

Д. АНАНЬЕВ: Банкам надо следить за своей эффективностью, сокращать стоимость пассивов, издержки - это нормальный процесс. Соглашусь, что проблема дорогих пассивов актуальна для многих банков. Что ж, им надо внимательно реагировать на изменяющуюся динамику рынка и четко отслеживать свою маржинальность. Ничего уникального в такой работе для финансово-кредитных структур нет. А что касается нынешнего уровня ставки рефинансирования, то он, на мой взгляд, приемлем, особенно если учесть, что стоимость ресурсов за рубежом практически нулевая, а у нас, слава богу, не двузначная, но она еще очень далека от оптимальной.

NBJ: Ну у нас и инфляция еще далека от тех показателей, на которых она находится в экономически развитых странах.

Д. АНАНЬЕВ: С такими тарифами естественных и локальных монополий, какие установлены, это неудивительно. Рост тарифов за несколько последних лет в ряде регионов суммарно составил 1000%. Это безумие.

NBJ: Помимо стоимости фондирования есть и другая проблема, которая, насколько я понимаю, не менее актуальна для банков, - «плохие» долги, которые никуда не делись, а в большинстве своем спокойно лежат на балансах.

Д. АНАНЬЕВ: Банки заняты урегулированием этой проблемы самостоятельно и, похоже, справляются с ней. Конечно, плохо то, что так и не было выработано стандартного унифицированного подхода.

NBJ: Не был создан «плохой» банк или аналогичная структура?

Д. АНАНЬЕВ: Да. Между тем у нас есть Агентство по страхованию вкладов, которое могло бы выполнять функции государственного агента и выкупать определенные виды кредитов с обязательством со стороны банков обратного выкупа в течение нескольких лет. Это ускорило бы процесс оздоровления и банковской системы, и экономики в целом. Но, честно говоря, отсутствие «плохого» банка - не самая большая проблема в работе с «плохими» долгами. Самая большая проблема заключается в том, что несовершенство законодательства и высокий уровень коррумпированности, в том числе правоохранительных органов, позволяют мошенникам и злостным неплательщикам уходить от ответственности. С ней сталкиваются государственные банки, коммерческие организации, и, к сожалению, данная проблема не идет на убыль, а имеет тенденцию к разрастанию.

NBJ: Решить ее, наверное, намного сложнее, чем открыть «плохой» банк, который так и не был создан. А кроме того, правительство начало постепенно сворачивать и другие антикризисные меры, в свое время реализованные: субординированные кредиты больше не выдаются, программа обмена ОФЗ на привилегированные акции банков так и не заработала...

Д. АНАНЬЕВ: Что и неудивительно, если учесть, что эта программа изначально была «мертворожденной». Я с самого начала считал, что предложенная конструкция была слишком сложной: сроки реализации схемы растягивались на шесть-восемь месяцев, сам обмен требовал длительных согласований.

NBJ: А субординированные кредиты?

Д. АНАНЬЕВ: С ними другая история, на мой взгляд, это была одна из самых удачных антикризисных мер. Но бытует мнение, что банковской системе и так была оказана слишком большая помощь со стороны государства, и противостоять этому мнению, сформировавшемуся в обществе, совсем непросто. К тому же бюджетный дефицит заставляет более сдержанно относиться к мерам антикризисного характера. Хотя, по моему убеждению, несмотря на это, ряд мер, доказавших свою эффективность, следовало бы сохранить.

NBJ: С вашей точки зрения, антикризисная поддержка банкам сворачивается слишком быстро?

Д. АНАНЬЕВ: Если говорить о беззалоговых аукционах, то они в нынешней ситуации уже не являются для банков острой необходимостью - можно привлекать средства на приемлемых условиях и на внешних, и на внутренних рынках. Что же касается других мер, то необходимость сохранения или отмены их обсуждается и на уровне президента, и на уровне правительства, и с участием Совета Федерации. Приятно видеть, что по ряду вопросов мы идем в одном направлении.