По мнению независимых аналитиков, консультантов Ассоциации российских банков (АРБ) Юрия СТЕПАНОВА и Ирины МОРГАЧЁВОЙ, развитие ситуации в экономике в первом полугодии текущего года по-прежнему находится под воздействием трёх основных взаимосвязанных факторов: итогов прошлого года; политики, проводимой финансово-экономическим блоком; агрессивных действий коллективного Запада, направленных на нанесение максимально возможного вреда российской экономике. В большом обзорном материале специально для Национального банковского журнала (NBJ) они анализируют текущее состояние и делают несколько ключевых выводов относительно его дальнейшего развития.

Далеко не секрет, что санкционное давление со стороны США и Евросоюза направлено на вытеснение России с мирового энергетического рынка и оказание тем самым негативного воздействия на состояние финансовой системы страны. Санкции США, Евросоюза, Великобритании и их партнёров, а также растущее число терактов со стороны Украины, всё активнее сокращают экспорт нефти и газа России. Все действия стран Запада нередко лишены общей координации, хотя их выполняют в рамках одной цели – максимально усложнить продажу российских углеводородов на мировом рынке и повысить издержки российских компаний.

Отсутствие координации и противоречивость действий, по сути, – «результат бумеранга», когда внутренние экономические проблемы, неожиданно для стран Запада возникшие из-за антироссийских санкций, вынуждают их действовать вопреки заявленной цели.

Так, ЕК приняла регламент отказа от российского газа всего союза. Полный отказ – как от СПГ, так и от трубопроводного газа по любым контрактам – по намеченному плану должен состояться в 2027 году. С начала следующего года под запретом покупка российского СПГ, а с сентября – и любого трубопроводного газа. В марте Евросоюз, согласно данным Евростата, полностью прекратил закупки российской нефти и нефтепродуктов.

В то же время, в марте Испания приобрела отечественного голубого топлива на сумму почти 360 млн евро, обогнав остальные европейские государства. В пятёрку крупнейших европейских покупателей российского топлива также вошла и Бельгия. Следом расположились Венгрия и Греция. В целом за март страны Евросоюза, в совокупности, нарастили закупки газа из России в полтора раза.

Великобритания выдала бессрочную лицензию, выводящую из-под действия антироссийских санкций поставки дизельного топлива и авиационного керосина, произведённых в третьих странах с использованием российской нефти.

Однако воздействие на финансовую систему России в результате санкций произошло и сохраняется, несмотря на меры противодействия. Оно не ограничилось внешнеэкономической сферой, и его сохранение в определённой мере поддержано внутренними факторами.

Совокупность действия негативных факторов привела к тому, что доходы бюджета в I квартале 2026 г. оказались на 8,2% ниже уровня прошлого года. Нефтегазовые доходы ниже прошлогодних уровней на 45,4% при увеличении ненефтегазовых доходов федерального бюджета на 7,1%. Доходы бюджета в марте несколько возросли, но расходы остались ещё более высокими. В результате дефицит федерального бюджета по итогам января-марта вырос до 1,9% ВВП, перевыполнив «план» по этому показателю на весь 2026 год. Это абсолютный рекорд для первых трёх месяцев года.

Вместе с тем, агрессивные действия западных стран не ограничились Россией, что привело к мировому энергетическому кризису в результате конфликта на Ближнем Востоке. Для России рост цен и спроса на нефть, сокращение её запасов в европейских странах означает вероятность определённого позитивного воздействия на ситуацию в финансовой сфере и экономике.

Многие эксперты, учитывая долгосрочную антироссийскую политику Запада, выражают мнение, что заявленный на высшем уровне вопрос о полном прекращении поставок энергоресурсов Евросоюзу целесообразно перевести из области рассмотрения в плоскость принятия практического решения. Тем более, что в создавшихся условиях уже проводится значительная работа по переориентации российского экспорта нефти и газа на другие регионы.

Главой Правительства Михаилом Мишустиным на стратегической сессии по развитию внешнеэкономической деятельности было заявлено о рекордной доле поставок в дружественные страны – 86%. Зафиксирован значительный прирост экспорта в Китай, Белоруссию, Индию и Казахстан. Прорабатываются поставки энергоресурсов в Индонезию, Лаос и ряд других стран региона.

Вместе с тем, ключевой задачей России, как было отмечено на сессии, остаётся увеличение несырьевого неэнергетического экспорта на 67% к 2030 году за счёт расширения поставок промышленной продукции и товаров агропромышленного комплекса.

Реализация этой задачи, по сути, вопрос внутриэкономического развития, но текущее состояние экономики находится под влиянием длительного воздействия жёсткой денежно-кредитной политики Центрального банка.

Меры, предпринятые правительством, привели к восстановлению роста в апреле 2023 года. Увеличение темпов роста в дальнейшем сопровождалось постепенным ростом потребительских цен, инфляцией. Таким образом развитие экономики в 2023–204 годах поставило государство перед сложным выбором: бороться с высокой инфляцией или стимулировать экономический рост. Фактически выбор сделан в пользу сдерживания инфляции, несмотря на сохранение задачи ускорения роста экономики. Основным инструментом явилось повышение ключевой ставки Банка России для ограничения спроса и достижения т.н. «сбалансированного роста».

В начале 2026 года инфляция замедлилась, однако ценой этого стало ограничение развития реального сектора экономики. Замедление темпов выпуска товаров и услуг по базовым видам экономической деятельности было запущено уже в 2023 году, когда ключевая ставка с августа по декабрь возросла с 7,5 до 16,0% резким повышением, при увеличении инфляции с 5,3 до 7,5%.

В 2024 году ужесточение денежно-кредитной политики началось в III квартале, когда экономическая активность выходила на максимум. Уровень инфляции до мая не поднимался выше 8,0%, а в июле возрос до 9,1%. Происходило медленное повышение инфляции на фоне сохранения, хотя и с небольшим замедлением, значимых темпов роста выпуска товаров и услуг.

Однако это не помешало началу серии повышений ключевой ставки с 16,0% в июле до 21% в декабре, что повлекло за собой значительное снижение экономической динамики. В 2025 году индекс выпуска товаров и услуг в половине месяцев года снижался до минимальных значений, а в ноябре ушёл в минус. В течение года средний темп роста составлял 101,4% при 104,8% в 2024 году.

В январе-феврале текущего года рост сменился спадом при сокращении оборота, основного фактора выручки у предприятий. Сокращение инвестиций происходило на протяжении трёх кварталов 2025 года и, не исключено, может сохраниться и в I квартале текущего года.

То, что причина замедления экономического роста и сокращения инвестиций кроется именно в политике Центрального банка, направленной на сдерживание инфляции путём поддержания высокой ключевой ставки, утверждается многими членами экспертного сообщества и депутатами Госдумы. Высокая стоимость кредитов ограничивает инвестиционную активность бизнеса и снижает потребительский спрос, что негативно сказывается на общем экономическом климате.

Российский союз промышленников и предпринимателей на XXXV съезде призвал пересмотреть целевой ориентир по инфляции в 4%, зафиксированный Банком России как основной якорь денежно-кредитной политики. Этот показатель, по мнению союза, не соответствует структурным изменениям, произошедшим в российской экономике под влиянием санкций, военных расходов и перестройки производственных цепочек, – и при необходимости должен быть скорректирован в сторону, обеспечивающую баланс между ценовой стабильностью и экономическим ростом. Фактически речь идёт о признании более высокой инфляции допустимой ценой за оживление деловой активности.

Возможно, целесообразнее было бы рассматривать не столько уровень так называемого «таргета», тем более, что основание и суть его расчёта отсутствует, сколько саму необходимость политики таргетирования инфляции, учитывая текущие результаты её осуществления.

К сожалению, вместо того, чтобы чётко сформулировать цели и средства дальнейшего поддержания развития экономики в условиях, когда западные страны прямо заявили о намерении её последовательного разрушения, у представителей финансово-экономического блока началось масштабное использование различной фразеологии, которая, по сути, призвана скрыть отсутствие реальной стратегии развития экономики страны в создавшейся ситуации.

Неоднократно на самых разных уровнях повторялись высказывания о «перегреве» экономики, необходимости её «охлаждения» и даже – «переохлаждения». И как итог появились утверждения о достижении, наконец, «сбалансированных темпов роста» в пределах единицы или даже ниже этого значения, что в экономической практике обозначается термином «стагнация». Однако и в этом случае продолжают говорить об «охлаждении».

Непонятно, о чём идёт речь. Ведь того, к чему последовательно стремились с 2024 года, удалось достичь: развитие экономики удалось замедлить до минимальных пределов с реальной угрозой перехода к стагнации. Денежно-кредитная политика, согласно имеющим место заявлениям, стала «умеренно-жёсткой».

Всё это отражает, по-видимому, отсутствие чётко сформулированных оценок происходящих в экономике процессов и понимания того, каким способом и в какие сроки преодолеть негативные процессы в её развитии.

И это происходит на фоне того, что в текущем году на нескольких совещаниях по экономическим вопросам ставилась задача восстановления темпов экономического роста и инвестиций. В частности, в ходе проведённого в середине апреля совещания, наряду с обсуждением причин существенного ухудшения ситуации в экономике в январе и феврале текущего года, главой государства в очередной раз было подчёркнуто, что власти должны нацеливать свою работу на подготовку конкретных мер для стимулирования роста экономики.

Ранее правительству, Центральному банку и органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации было поручено к 1 июня представить доклад о конкретных действиях по решению указанных задач. Недавно прошла информация, что правительство разработало масштабный пакет инициатив, направленных на существенную активизацию и повышение темпов развития национальной экономической системы. По-видимому, это связано с подготовкой указанного доклада, хотя основное значение будет иметь результативность и эффективность реализации намеченных мер по обеспечению роста экономики.

Однако в настоящее время заявления многих официальных представителей экономического блока свидетельствуют о том, что основные ожидания развития экономики в текущем году по-прежнему связаны с её замедлением.

Так, российская экономика, по оценке вице-премьера Александра Новака, в этом году вырастет лишь на 0,4%. Это втрое ниже прогноза правительства – рост на 1,3%, как было представлено в начале года. По оценкам Банка России, экономический рост по итогам года составит 0,5–1,5%. Но проблема в том, что такие уровни близки к понятию статистической погрешности. В прогнозируемых Минэкономразвития и ЦБ параметрах изменения ВВП на конец года – это не рост экономики, это её стагнация. Со всеми вытекающими последствиями.

Правда, в марте текущего года после спада в январе и феврале органами статистики был зафиксирован рост объёмов выпуска на 2,2% по сравнению с сопоставимым периодом прошлого года.

Однако итоги первого квартала текущего года остались неутешительными. С учётом роста в марте сокращение объёмов выпуска товаров и услуг по базовым видам экономической деятельности в течение квартала происходило в среднем на 1,2% относительно тех же месяцев прошлого года. При этом, по мнению ряда экспертов, определённое влияние на динамику публикуемых показателей оказывает работа, проводимая Росстатом по уточнению методики расчёта ряда показателей, а также коррекции отдельных ранее опубликованных данных.

В нефинансовом секторе экономики происходит не просто замедление динамики выпуска товаров и услуг по базовым видам экономической деятельности. Динамика ухудшается год от года на протяжении последних трёх лет. Увеличение выпуска товаров и услуг в 2025 и 2026 году ниже, чем в 2024 году. Наиболее сложное положение в строительстве, где в январе текущего года объём работ сократился на 16,0% и, хотя в марте он вырос на 1,9%, но вероятность дальнейшего сокращения велика.

Индикатором текущей ситуации и перспектив её развития в нефинансовом секторе экономики служит динамика инфраструктурных видов деятельности – грузоперевозок и оптовой торговли.

С 2025 года объём грузоперевозок стал сокращаться чаще, чем в 2024 году, а с ноября 2025 года сокращение стало приобретать устойчивый характер. Согласно отчётным данным, после сокращения в январе объёмов оптовой торговли более чем на 10% и более чем на 4% в феврале по сравнению с сопоставимыми периодами 2025 года, в марте был неожиданно показан рост объёмов на 8%. При этом отмеченный Росстатом всплеск активности в сфере оптовой торговли объяснить достаточно сложно на фоне сокращения грузоперевозок и динамики промышленности.

Промышленный рост в I квартале текущего года на протяжении всего периода был лишь в добывающей промышленности и деятельности по обеспечению электрической энергией, газом и паром, а также кондиционированием воздуха. Промышленность в целом выросла только в марте, поскольку её динамику сдерживало сокращение обрабатывающих производств в начале года.

Динамика обрабатывающей промышленности в прошлом году и в начале текущего года была неустойчивой. После зафиксированного Росстатом в декабре прошлого года неожиданного роста производства продукции на 7,8%, в январе текущего года объём производства в этой важнейшей отрасли экономики сократился на 2,5%, а в феврале – на 2,8%. Рост восстановился в марте на уровне 103,0%.

Вместе с тем в большинстве видов обрабатывающих производств сохраняется тенденция существенного замедления или сокращения объёмов выпуска продукции. В январе рост производства был только в четырёх видах обрабатывающих производств, доля которых составила 17% от их общего числа, публикуемого Росстатом. В марте, согласно отчётным данным, число видов деятельности с ростом производства продукции возросло до 13, их удельный вес составил 54%.

Производство продукции сельского хозяйства в период с января по май на протяжении 2024–2026 годов фактически развивалось идентично. Расхождение тенденций происходило во второй половине года, что связано со спецификой этого вида деятельности. Тем не менее, в марте текущего года объём производства в сельском хозяйстве сократился, в отличие от роста в предыдущие два года.

В секторе домашних хозяйств реальные располагаемые денежные доходы в первом квартале текущего года увеличились по сравнению с сопоставимым периодом прошлого года на 1,5% против роста на 7,1% в том же периоде прошлого года.

Однако нацеленность денежно-кредитной политики ЦБ на ограничение спроса, значительный рост потребительских цен на многие виды продукции и услуг при заявленном снижении официальной инфляции, значительное замедление развития экономики, обострение проблем во многих её отраслях и сферах, включая финансовую, в совокупности негативно влияют на потребительский спрос. Замедляются темпы роста оборота розничной торговли и объёмы платных услуг населению.

В целом в первом полугодии ситуация, по оценке, существенно не изменится, несмотря на некоторое усиление экономической активности.

Рост объёмов выпуска товаров и услуг по базовым видам экономической деятельности будет поддерживаться, прежде всего, ростом обрабатывающей промышленности и сельского хозяйства, а также увеличением оборота розничной торговли и платных услуг населению при сохранении более низких темпов по сравнению и динамикой I полугодия 2024 и, в ряде случаев, 2025 года.

Некоторое смягчение жёсткости денежно-кредитной политики произошло, но длительность и глубина её негативного воздействия с середины 2024 года обусловила сохранение тенденции замедления банковской деятельности.

Во второй половине прошлого года на фоне постепенного снижения ключевой ставки объём изъятия средств из оборота банков^I и аккумулирование их на счетах в Банке России медленно сокращался. Остаточная величина чистого привлечения средств банками^II, которая сложилась после изъятия средств и могла быть направлена ими на другие операции, помимо кредитования клиентов, соответственно, росла. В значительной мере эти действия были вызваны необходимостью купирования проблем в банковской сфере, которые были обусловлены жёсткой денежно-кредитной политикой в условиях замедления роста экономики. Произошло снижение динамики банковской деятельности, у банков возник дефицит средств для поддержания на должном уровне её финансирования.

Рост банковских активов снизился в декабре 2025 года до 105,8% при 118,7% в декабре 2024 года, а дефицит денежных средств по итогу денежных потоков^III составил за 2025 год
6,5% чистой прибыли, которая сократилась на 7,9% по сравнению с 2024 годом. Немного снизилась рентабельность, исходя из прибыли до налогообложения.

Темп роста активов за I квартал составил 108,8% при 111,8% в этом периоде прошлого года. На фоне замедления роста средств клиентов и кредитного портфеля восстановился рост средств банков, выросла чистая прибыль и, соответственно, собственный капитал.

Однако дефицит денежных средств для обеспечения деятельности сохранился, составив за квартал 10,1% объёма чистой прибыли.

При анализе динамики кредитования клиентов банков обычно ограничиваются уровнем ставок. Динамике и характеру потребности предприятий не уделяется должного внимания, соотношение кредиторской и дебиторской задолженности предприятий рассматриваются только как показатели расчётов. Однако разница между ними формирует потребность предприятий в заёмных средствах^IV, которая в феврале текущего года выросла в почти в 3 раза по сравнению с февралём прошлого года. Просроченная дебиторская задолженность давно превышает объём просроченных хозяйственных обязательств, так что в феврале потребность в заёмных ресурсах в результате этой разницы на 16,2% сложилась за счёт неплатежей. В 2025 году доля неплатежей в потребности предприятий была в среднем 31,9%. Вместе с общим ухудшением финансового положения предприятий это стимулировало усиление роста просроченной задолженности по корпоративным кредитам до 124,0% в марте текущего года.

В дальнейшем при смягчении денежно-кредитной политики и одновременном оживлении экономической активности возможен перелом в тенденции замедления банковской деятельности.

Последнее время, в рамках рассмотрения существующих проблем, в центре внимания финансово-экономического блока оказался рынок труда. Но довольно специфически. Не в контексте борьбы с безработицей и за полную занятость, не с такими явлениями, как диспропорциональность оплаты труда, безработицы в регионах или роста просроченных зарплат. Рынок труда стал активно использоваться в поиске причин замедления экономики.

Численность официально зарегистрированных безработных, по данным Роструда, возросла на 5,7%, тогда как в первом квартале 2025 года она сократилась более чем на 30%. Численность граждан, не занятых трудовой деятельностью, увеличилась в марте на 12,2% по сравнению с мартом 2025 года. Это является наиболее высокими темпами роста за период с первого квартала 2021 года. С марта 2022 года продолжает сокращаться потребность организаций в работниках, заявленная в службах занятости. По-видимому, это результаты достигнутого так называемого «сбалансированного роста» экономики.

На сегодняшний день, по мнению замглавы администрации президента Максима Орешкина, дефицит ресурсов и кадров мешают экономическому развитию, медленно идут структурные изменения, недостаточно быстро внедряются новые технологии. Со стороны Банка России прозвучал упрёк российским компаниям в недостаточной активности «высвобождения» работников, что якобы мешает эффективному распределению рабочей силы. В данном случае не учитывается необходимость сохранения квалифицированных специалистов, от которых в решающей степени зависит эффективность производства.

Главой Минэкономразвития было заявлено, что «в текущих условиях некоторый рост безработицы даже может помочь и структурной перестройке, и перетоку рабочей силы на более производительные рабочие места». Вероятно, это в наибольшей степени может помочь регионам Северо-Кавказского округа, особенно Дагестана и Ингушетии, где уровень безработицы в несколько раз превышает как средний по России, так и по данному федеральному округу.

Оценивая ситуацию в целом, министр экономического развития Максим Решетников отметил, что макроэкономическая ситуация в России сейчас более сложная, чем в последние годы, из-за крепкого рубля, нехватки трудовых ресурсов, высоких ставок и бюджетных ограничений. Было заявлено, что в первой половине 2026 года замедление российской экономики продолжится, а восстановление темпов роста начнётся не раньше конца года. Таким образом, ведомство, в целом ответственное за развитие экономики, в последнее время стало менее оптимистично оценивать ближайшее будущее российской экономики.

На этом фоне МВФ улучшил прогноз по росту российской экономики по сравнению с январем текущего года с 0,8 до 1,1% за 2026 и 2027 годы.

Опубликованный Минэкономразвития 12 мая прогноз на 2026 год по большинству пунктов заметно хуже того, что был представлен в сентябре прошлого года. Положительным можно назвать только тот факт, что министерство ожидает пока не падения экономики, а только замедления.

В контексте рассматриваемых проблем имеет место интересный факт. В мае ЦБ зафиксировал сокращение ВВП России на 0,5% в первом квартале 2026 года. Члены экспертного сообщества и представители Госдумы акцентировали внимание на том, что статистику представил именно Центробанк, а не Росстат, который, вообще-то говоря, и должен рассчитывать эти показатели.

Вопрос носит принципиальный характер, связанный с корректностью оценки данного показателя. В мировой практике ВВП рассчитывается на основе использования системы национальных счетов, которая в свое время отсутствовала в СССР, отсутствует и в России. Поэтому Росстат рассчитывает данный показатель некоторым агрегатным способом. Каким образом это делает ЦБ, – сказать сложно. Тем более, что прогнозы Центрального банка тоже не всегда сбываются.

Хорошо уже то, что ЦБ не озвучивает появляющиеся оценки изменения ВВП по отдельным месяцам года. Последний раз, согласно официальным сообщениям, в марте был зафиксирован рост ВВП на 1,8% с последующими уточнениями, что это показатель год к году.

Те, кто делают такие заявления, по-видимому, не в курсе, что по действующей методологии анализа ВВП данный показатель рассчитывается, как минимум, по кварталам, да и то в режиме предварительной оценки. Это правило действует в мировой практике, им руководствуется и Росстат. Зная методологию расчёта ВВП на трёх стадиях его формирования, трудно себе представить, какие процессы могут реально отражать оценки за месяц по принципу «год к году».

В целом в сложившейся ситуации, учитывая негативные прогнозы Минэкономразвития и ряда других ведомств, ответственных за обеспечение развития экономики страны, решить поставленную задачу поддержки экономического роста довольно сложно. Неслучайно глава государства Владимир Путин на одном из совещаний в конце мая обратил внимание правительства на необходимость уделять вопросам поддержки экономического роста «первостепенное внимание». Позже было подчеркнуто, что «рост экономики должен стать более устойчивым».    

I Отрицательная разница между объёмом средств банков на счетах в Банке России и объёмом кредитов со стороны Банка России.

II Чистое привлечение средств - разница между объёмом средств клиентов и предоставленных им кредитов.

III Расчёт осуществлен на основе косвенного метода, который исходит из изменения статей всего баланса, а не только наличных денежных средств, с учётом финансовых результатов, что позволяет оценить достаточность поступлений для деятельности в целом.

IV Потребность в заёмных средствах – разница между объёмом хозяйственных обязательств (кредиторской задолженности) и величиной предстоящих поступлений (дебиторской задолженности).

Текст: Юрий Степанов, Ирина Моргачёва

Материал также опубликован в печатной версии Национального банковского журнала (май 2026)