СЕГОДНЯ ГРЕЦИЯ, ЗАВТРА ИТАЛИЯ, ПОСЛЕЗАВТРА ВЕСЬ ЕВРОСОЮЗ?

Сказать, что 2011 год прошел под знаком греческого долгового кризиса, и правильно, и неправильно. Правильно – потому что ни одна страна Европейского союза, наверное, не привлекала к себе столь пристального внимания, как родина Гомера и Геродота. Неправильно, потому что довольно быстро выяснилось: Греция – далеко не единственное «слабое звено» ЕС. По мнению нобелевского лауреата Пола Кругмана, «фундаментально неплатежеспособны» Португалия и, возможно, Ирландия. Условно платежеспособны Испания и Италия.

Представлять себе, что произойдет, если в этих странах будут нарастать кризисные явления, в 2011 году рисковали немногие политики и экономисты. Возможно, поэтому основные усилия и тех и других были направлены на вывод Греции из состояния долгового хаоса. Все-таки страна небольшая и по размеру, и по своему «вкладу» в ВВП объединенной Европы. Можно успокаивать себя тем, что ее дефолт не вызовет системных потрясений в европейской экономике.

Правда, к настоящему моменту -то есть к декабрю 2011 года - неясно, насколько удалось излечить «греческий грипп». Правительство Греции сейчас обсуждает с частными инвесторами возможность списания долга по суверенным облигациям на 50% - с 206 млрд евро до 100 млрд евро. Пессимисты, впрочем, утверждают, что даже если инвесторы пойдут навстречу Афинам, ничего хорошего из этого не выйдет. Греция, по их мнению, нуждается минимум в 70-процентном списании суверенного долга, а на это держатели облигаций точно не пойдут: их и так с трудом заставили начать переговоры об «облегчении» греческого долга на 50% (первоначально речь шла лишь о 21-процентном списании). Огорчает экспертов не только то, что предлагаемые меры по спасению Греции являются половинчатыми. Даже если ситуацию в ее экономике удастся стабилизировать, останутся вопросы, что делать с прочими должниками, хватит ли у стран-доноров ЕС средств, чтобы «выкупить» их по аналогии с Грецией? Что ждет Лиссабонский договор -«переписка» в сторону законодательного закрепления права Брюсселя вмешиваться в бюджетную политику государств - нарушителей фискальной дисциплины, как это предлагает канцлер Германии Ангела Меркель, или, напротив, в сторону предоставления государствам - членам ЕС большей свободы при определении своей фискальной политики, как это предлагает премьер-министр Великобритании Дэвид Кэме-рон? И, наконец, один из главных вопросов, на который политические власти ЕС боятся отвечать: а не было ли ошибкой само создание «зоны евро»?

Еще недавно все эти вопросы – особенно последний из них – казались чем-то из области фантастики. Но уходящий 2011 год принес миру много нового и не очень радостного. На фоне так и не потушенного долгового «пожара» в Греции и разгорающихся долговых «пожаров» в Испании, Италии, Португалии уже не кажется странным, что видные экономисты называют введение евро «ужасной ошибкой». Что канцлер Германии сравнивает нынешнюю ситуацию в Европе со Второй мировой войной, и что Греции в рамках решения ее долговых проблем предлагают выставить на свободную продажу Акрополь и другие исторические ценности – а то и часть собственной территории. Суровые времена требуют решительных действий, неординарных предложений и сравнений.

РЕЙТИНГОВОЕ ДОМИНО

В 2011 году последовала серия громких заявлений со стороны ведущих мировых рейтинговых агентств о лавинообразном понижении кредитных рейтингов ряду стран Европы.

Так, в середине 2011 года Fitch Raitings, Standard&Poor's, Moody's последовательно понизили кредитные рейтинги стран еврозоны, охваченных долговым кризисом. Были ухудшены прогнозы РДЭ (рейтингов дефолта эмитента) Греции (рейтинг которой упал практически на дно), Португалии, Испании и Италии. Также были понижены кредитные рейтинги крупнейших банков этих стран. Так, 14 октября агентство Fitch снизило рейтинги банков UBS, Lloyds и Royal Bank of Scotland. Еще 12 крупным кредитным организациям поставлен «негативный» прогноз, так что им также грозит понижение рейтинга в обозримом будущем.

В список банков, за которыми Fitch будет наблюдать на предмет снижения рейтинга, попали французские Crédit Agricole и BNP Paribas, а также немецкий Deutsche Bank. Это решение вызвано продолжающимся долговым кризисом в Европе. Вышеуказанные организации владеют вложениями в государственные обязательства стран, испытывающих сейчас трудности, а также тесно связаны с банковскими системами этих государств.

Напомним, что в 2011 году рейтинговые агентства были строги не только к странам Старого Света. Так, в августе Standard&Poor’s приняло беспрецедентное решение - понизить долгосрочный суверенный кредитный рейтинг США с ААА до АА+ с «негативным» прогнозом на фоне опасения относительно роста бюджетного дефицита и госдолга страны. По информации на конец ноября 2011 года Standard&Poor’s сохранило суверенный кредитный рейтинг США на том же уровне.

Под «занавес» года - 29 ноября -сюрприз мировой экономике преподнесло другое международное рейтинговое агентство. Fitch снизило долгосрочный прогноз по суверенному долговому рейтингу США до «негативного», но оставило его на уровне «ААА». Ухудшение прогноза до «негативного» со «стабильного» подразумевает 50-процентную вероятность понижения рейтинга страны в течение ближайших двух лет. «Негативный прогноз отражает пошатнувшуюся уверенность Fitch в принятии своевременных налоговых мер, необходимых для оздоровления государственных финансов США», — отмечается в заявлении агентства.

Куда больше, чем США и европейским странам, в плане динамики рейтингов повезло государствам с развивающимися рынками - по крайней мере, некоторым из них. На фоне волны снижения рейтингов и ухудшения рейтинговых прогнозов Standard&Poor's повысило долгосрочный рейтинг Бразилии в иностранной валюте до «BBB» с «BBB-» и долгосрочный рейтинг в местной валюте до «A-» с «BBB+». Повышение рейтинга отражает достойную макроэкономическую политику властей страны, объяснили в агентстве. О достойной макроэкономической политике властей США и государств Евросоюза в 2011 году как-то не принято было говорить.

ИНОГДА ИХ ВОЗВРАЩАЮТ

В конце года кризис снова «постучался» в Россию. Но в этот раз Центральный банк оказался во всеоружии. Не дожидаясь, пока оборона будет прорвана, он начал вводить регуляторные послабления и возвращать «из архива» антикризисные инструменты, позволившие банковскому рынку сравнительно безболезненно пережить конец 2008 - первую половину 2009 года.

На финансовом форуме ФИНАС в Германии, состоявшемся в конце ноября, первый заместитель председателя Центрального банка Алексей Улюкаев сообщил, что ЦБ готов задействовать свой арсенал антикризисных инструментов. «Набор инструментов - ординарных, экстраординарных и чрезвычайных, который мы создали в конце 2008 - начале 2009 года, никуда не исчез. Мы просто приостановили их действие, за исключением, конечно, тех, которые были введены на ограниченный период времени (например, субординированные кредиты, которые предоставлял банкам ВЭБ). Инструменты неограниченного срока действия остаются. Сейчас мы видим, что на рынке сложилась ситуация высокого спроса на финансовые инструменты Центрального банка. И мы видим, что эта ситуация не краткосрочная, а долгосрочная. Однажды мы уже делали шаги, направленные на поддержку банковской системы в период кризиса, и готовы их совершить снова», - заявил Алексей Улюкаев.

При этом Улюкаев отметил, что некоторые меры к концу года регулятор уже «реанимировал». Так, Банк России расширил возможности рефинансирования банков под залог ценных бумаг: были снижены на две ступени рейтинговые требования к ценным бумагам из ломбардного списка. Также были снижены дисконты и поправочные коэффициенты: для принимаемых в обеспечение облигаций федерального займа был установлен поправочный коэффициент 1 и нулевой дисконт, нулевой дисконт установлен и для облигаций Банка России. Регулятор ввел новый инструмент рефинансирования - под залог золота. «Уже более 10 банков заключили соглашение. Некоторые из них уже депонировали металл. Это расширяет горизонт возможностей», - рассказал первый зампред Центрального банка.

Но на этом Банк России не намерен останавливаться. Планируется дальнейшее расширение возможностей рефинансирования банков, в частности, ЦБ готов предоставлять кредиты под залог кредитных требований к научным учреждениям и холдинговым структурам. Также Банк России планирует отказаться от требования к банкам предоставлять финансовые документы заемщиков за последние три года. Не исключает Алексей Улюкаев и возвращения из «архива» такого инструмента 2008-2009 годов, как рефинансирование банков под кредиты стратегическим предприятиям, не имеющим рейтинга, а также операции РЕПО.

«Ряд предприятий, особенно связанных с оборонным комплексом или атомной промышленностью, в принципе не могут иметь рейтинга, потому что они связаны с государственной тайной и не могут раскрывать информацию для рейтинговых агентств. Мы будем рассматривать этих заемщиков наравне с рейтингуемыми заемщиками, потому что отсутствие у них рейтинга — это объективное обстоятельство», – сказал А. Улюкаев.

Характеризуя операции РЕПО с акциями, он отметил, что это не очень хороший механизм, потому что он стимулирует банки принимать на свой баланс несвойственные им активы. «Но тем не менее у многих банков эти активы уже есть, поэтому изымать из пространства рефинансирования этот инструмент неправильно», — сказал первый зампред ЦБ.

КАПИТАЛ ГОЛОСОВАЛ НОГАМИ

На протяжении всего 2011 года капитал утекал из России довольно высокими темпами. Так, за январь - сентябрь этого года (информация на конец ноября -прим. ред.), по данным Центробанка, из России ушло уже 494 млрд долларов.

Такая неутешительная статистика заставила Банк России резко повысить прогноз по оттоку капитала из РФ в 2011 году - с 36 млрд до 70 млрд долларов. Об этом говорится в уточненном проекте «Основных направлений денежно-кредитной политики». Напомним, что по итогам 2010 года из России утекло 38,3 млрд долларов.

«Важной причиной активизации вывоза капитала за рубеж стало изменение настроений иностранных инвесторов, осуществлявших в условиях возросшей нестабильности на мировых финансовых рынках вывод средств из российских инструментов, а также повышение привлекательности вложений резидентов в иностранные активы на фоне неблагоприятного инвестиционного климата в российской экономике», - говорится в уточненном проекте ЦБ.

При этом первый зампред ЦБ Алексей Улюкаев еще в середине сентября заявлял журналистам, что в сентябре -декабре этого года Центробанк ожидает нулевой отток капитала из РФ. «Мы считаем, что в период с сентября по декабрь будет примерно нейтральная позиция», - сказал г-н Улюкаев тогда. Как стало очевидным впоследствии, надежды руководства ЦБ не оправдались. Зато имеет все шансы оправдаться прогноз заместителя главы Минэкономразвития Андрея Клепача, заявлявшего, что отток капитала из России в 2011 году может превысить показатель кризисного 2009 года, когда из страны утекло 57 млрд долларов. Больший отток капитала был зафиксирован лишь в 2008 году - 129,9 млрд долларов.

Андрей Клепач считает, что в следующем году также сохранится тенденция оттока капитала из России. Чиновник объясняет столь пессимистичные прогнозы разрастанием долгового кризиса в странах еврозоны, ухудшением условий кредитования и повышением рисков для экспортных отраслей. По мнению г-на Клепача, притока капитала в Россию не следует ожидать до второй половины 2012 года, когда инвесторы оценят результаты выборов и дальнейшие перспективы российской экономики. И это, наверное, самый оптимистичный сценарий развития событий.

САНИРОВАТЬ НЕЛЬЗЯ, БАНКРОТИТЬ!

Может показаться иронией судьбы тот факт, что рекордные страховые выплаты пришлись не на период «пика» кризиса, а на сравнительно спокойные посткризисные времена. Однако факты - упрямая вещь. В декабре 2008 года «антирекорд» по страховым выплатам установил Тюменьэнергобанк: после отзыва у него лицензии Агентству по страхованию вкладов пришлось «изъять» из фонда страхования вкладов 5 млрд рублей. 2011 год ознаменовался куда более крупными выплатами.

Первым на звание «чемпиона» в уходящем году претендовал Соцгор-банк, лишившийся лицензии 18 апреля 2011 года и «выкативший» АСВ счет на 6 млрд рублей. Стоит отметить, что регуляторы оттягивали банкротство банка, как могли. Так, по предварительным итогам проверки в феврале 2011 года ЦБ вынес решение ввести полугодовой запрет для Соцгорбанка и его филиалов на операции по привлечению депозитов, а также ввел запрет на продажи населению собственных ценных бумаг. Однако эти меры не смогли предотвратить крах банка.

Вне конкуренции оказался АМТ-Банк, который превзошел своих коллег по несчастью практически в два раза. Размер страховых выплат АСВ составил в этом случае почти 13 млрд рублей. И АСВ по праву передало титул «самый крупный страховой случай с начала существования в России системы страхования вкладов» российской «дочке» казахстанского банка.

Но история АМТ не закончилась отзывом лицензии. Некоторые вкладчики были не согласны с решением АСВ и настаивали на том, что банк является социально значимым финансовым институтом, а значит, должен быть отправлен на санацию. Противники банкротства ссылались на то, что формально банк попадает под критерии санации: в кризис считалось, что оздоровление финансово-кредитной организации целесообразно в случае, если объем вкладов физлиц в нем превышает 5 млрд рублей, а в АМТ-Банке объем депозитов составлял 15,7 млрд рублей. Однако АСВ, а вместе с ним и арбитражный суд решили: то, что хорошо в кризис, не всегда полезно в мирное время, поэтому все возражения вкладчиков были отклонены. Возможно, при принятии решения, санировать или банкротить АМТ, учитывался тот факт, что Агентство находилось под впечатлением от ситуации, обнаружившейся в Банке Москвы. Терпение, как известно, не безгранично. Впрочем, как и фонд страхования вкладов.

САНАЦИЯ ГОДА – БАНК МОСКВЫ

Наверное, не совсем справедливо называть операцию по спасению Банка Москвы «санацией-2011» - скорее, следует говорить о самом масштабном проекте по оздоровлению российской финансово-кредитной структуры со времени вступления в силу Закона «О дополнительных мерах для укрепления стабильности банковской системы в период до 31 декабря 2011 года». То есть за трехлетний период (так называемый закон о санации был принят 27 октября 2008 года).

Агентство по страхованию вкладов (АСВ) предоставило на закрытие «дыры» в балансе Банка Москвы 295 млрд рублей из средств Центрального банка. Еще около 100 млрд рублей в капитал БМ внесла группа ВТБ, ставшая новым собственником актива. Понадобятся ли банку еще «сторонние вливания» для преодоления трудностей - открытый вопрос: оптимисты считают, что предоставленных агентством и собственником средств вполне достаточно для «разруливания» ситуации с «плохими» кредитами. Пессимисты уверены, что предоставленные 400 млрд рублей - лишь вершина айсберга.

История с Банком Москвы была, бесспорно, одной из самых обсуждаемых и самых дискуссионных в 2011 году. Благодаря ей на повестке дня оказались несколько ключевых для банковской системы вопросов. Продемонстрировал ли «казус БМ» неэффективность банковского надзора в России, или нет? Что нужно сделать для совершенствования этого надзора - а значит, и для того, чтобы аналогичные «казусы» не повторялись? Как и в каких пунктах должна быть ужесточена ответственность собственников и руководителей банков? Должно ли государство спасать так называемые системообразующие банки за счет средств налогоплательщиков, и если да, то какими должны быть механизмы этого спасения? И, конечно, весьма актуальный в свете наступающего 2012 года вопрос: кто же все-таки чаще всего несет в себе системные риски? Крупнейшие банки, которые в России в большинстве своем подконтрольны государству, или небольшие финансово-кредитные структуры, банкротство которых не приведет ни к «эффекту домино» на банковском рынке, ни к дестабилизации экономики или социальной сферы?

Сказать, что на все эти вопросы найдены ответы, значит, сильно переоценить (в лучшую сторону) итоги 2011 года. Но «информация к размышлению», как говорилось в культовом советском фильме, есть. Есть и интересные откровения: например, экс-первый зампред Банка России Геннадий Меликьян поведал, что Банк Москвы состоял из двух частей: внешней, ведущей нормальную банковскую деятельность, и скрытой, обслуживающей интересы кредиторов, близких к бывшим собственникам банка. В странах с развитой экономикой подобные «составные» банки делят в рамках санации на «плохую» и «хорошую» части: плохую ликвидируют, хорошую передают новым собственникам. Но поступить так же с Банком Москвы, входившим несколько лет подряд в ТОП-5 российских банков, похоже, не хватило духу.

«ПЛОХИЕ ДОЛГИ» - СНОВА ПРОБЛЕМА

Нельзя сказать, что в первой половине 2011 года российские банки сильно беспокоились по поводу доли проблемных кредитов в своих кредитных портфелях. Легко понять, почему: кредитование, особенно клиентов - физических лиц, набирало силу. Эксперты прогнозировали, что при сохранении позитивных тенденций в экономике проблемные кредиты «растворятся» в общем потоке – причем значительную часть этого потока сформируют «свежие» займы, предоставленные в 2010 – первой половине 2011 года. То есть в период, когда экономика России, оправившись от последствий кризиса, пошла в рост.

Однако вторая половина года принесла с собой изменение тенденций, настроений и прогнозов. Под влиянием негативных внешнеэкономических факторов российский финансовый рынок стал проявлять признаки волатильности. Его участники незамедлительно вспомнили «дела недавно минувших дней»: обвал фондовых индексов осенью 2008 года, банкротство нескольких банков по принципу «домино», стремительный рост доли «плохих» долгов в портфелях финансово-кредитных организаций. На этом фоне оптимистичные заявления о том, что проблемные кредиты – больше не проблема для банков, отошли на второй план, а ближе к концу года и вовсе начали затихать.

Позицию пессимистов наиболее точно сформулировало международное рейтинговое агентство Moody’s Investors Service. По мнению аналитиков агентства, активность банков в сфере кредитования будет в течение ближайших 12–18 месяцев (прогноз был опубликован в октябре 2011 года) оставаться невысокой. В 2012 году рост объемов кредитов, предоставленных банками, составит 5–10% вместо ранее прогнозируемых агентством 10–15%. При этом качество «плохих» долгов, «выстреливших» в 2008– 2009 годах, будет восстанавливаться медленнее, чем ожидалось, а доля проблемных кредитов, подлежащих списанию, составит в 2012 году 12%.

Не слишком обнадеживающие прогнозы. Однако российские эксперты не склонны их оспаривать: по мнению аналитиков, процесс сокращения доли проблемных кредитов действительно будет идти медленно. Виной тому не только неблагоприятная внешнеэкономическая ситуация, но и внутренние факторы: неэффективная правоприменительная практика в России и несовершенство законодательства, регулирующего взаимоотношения между кредитором и должником.

ДВЕ ОТСТАВКИ – ДВА СЦЕНАРИЯ

2011 год оказался богатым на перемены в руководстве двух важнейших для банковского рынка госструктур – Центрального банка и Министерства финансов. В начале августа стало известно о том, что в отставку с должности первого заместителя председателя Банка России подал Геннадий Мели-кьян. А в последних числах сентября стало известно о том, что пост главы Минфина оставляет Алексей Кудрин.

Отставки объединяло то, что обе они оказались для рынка неожиданными: и Меликьян, и Кудрин являлись «старожилами». Алексей Кудрин возглавлял Министерство финансов России на протяжении 11 лет, Геннадий Меликьян работал в системе Банка России с 2003 года - сначала в должности заместителя председателя Банка, с 1 февраля 2007 года - в должности первого зампреда. До того чтобы отметить пятилетний юбилей с момента назначения на должность председателя Комитета банковского надзора Банка России, он недоработал всего полторы недели.

Итак, в обоих случаях общая черта -  внезапность отставок. Дальше начинаются различия. Геннадий Меликьян ушел по собственному желанию - как отмечают наблюдатели, без «нажима» с чьей-либо стороны. Глава ЦБ Сергей Игнатьев продемонстрировал лояльность к своему бывшему первому заму, заявив, что понимает его желание уйти в отставку, но не считает это решение правильным и сожалеет о нем. История с отставкой Алексея Кудрина была совсем другой. Как известно, «редкая птица долетит до середины Днепра» и редкий министр «вылетит» из правительства после решительного и прилюдно озвученного (да еще и протранслиро-ванного по всем каналам телевидения) требования президента. Да еще чтобы вдогонку ему прозвучало пожелание: освободить посты в Совете по финансовым рынкам, Национальном банковском совете, а также в других структурах, в том числе международных, где Кудрин представлял интересы России.

Громкие внезапные отставки -обычно предвестники больших перемен в ведомствах, откуда только-только ушли руководители или вторые лица в руководящем звене. Однако никто не ожидает, что уход Меликьяна повлечет за собой пересмотр или корректировку надзорной политики Банка России. В случае с уходом Кудрина прогнозы совсем другие. Наблюдатели считают, что нагрузка на бюджет увеличится, потому что никто не будет защищать «государеву казну» с той же самоотдачей, как бывший министр финансов. По крайней мере - точно не будет в течение ближайших нескольких месяцев, до проведения президентских выборов и момента формирования нового правительства.

2009 ГОД НЕ ПОВТОРИЛСЯ

В конце 2009 года Центральный банк зафиксировал снижение процентных ставок: в сентябре впервые после кризиса было отмечено снижение средневзвешенной ставки по кредитам с 15,2% до 14,7%, а в октябре - и ставок по депозитам с 10,8% до 10,6% (в расчет не включены вклады «до востребования»). Так, на протяжении двух лет финансовый рынок шел вниз и скатился до невиданных ранее «глубин» - 7,9% по кредитам (июль - август 2011 года) и 5% по депозитам, кроме депозитов «до востребования» (июль 2011 года).

Европейский кризис развернул рынки на 180 градусов. В конце осени существенно сократился объем ликвидности на рынке, и конкуренция за средства населения снова начала набирать обороты. Как следствие, ставки по депозитам пошли вверх. Чтобы банки не повторили ошибки 2008-2009 годов и не впали в депозитную «горячку» (не привлекли с рынка чрезмерно дорогих средств, которые впоследствии будут не в состоянии «переварить»), правительство поручило Центральному банку контролировать и по мере необходимости «усмирять» наиболее активных участников рынка.

Для реализации этой задачи Минфин внес в правительство закон, предусматривающий наделение Центробанка правом регулировать максимальную ставку по вкладам на постоянной основе. В 2008 году в качестве антикризисной меры ЦБ временно получал правоконтролировать ставки по вкладам. Срок «полномочий» истек в 2010 году. Поэтому весь 2011 год ЦБ мог ограничивать максимальные ставки по вкладам только с помощью «настоятельных рекомендаций».

Несмотря на то, что слово регулятора, пусть даже и рекомендательное, для большинства участников рынка -закон, особенно «нуждающиеся» банки предпочитают к нему не прислушиваться. По словам заместителя председателя Центрального банка Алексея Симанов-ского, в зоне повышенного контроля ЦБ находятся финансово-кредитные организации, в которых заявленная доходность по депозитам выше максимальной ставки 10 крупнейших банков плюс 1,5-процентного пункта. То есть на конец 2011 года «порог спокойствия» составляет 10,5%. Но внимание ЦБ могут привлечь и банки со ставками ниже этого уровня, если они ведут агрессивную политику по привлечению средств, а также проводят активные операции (в том числе кредитование) сомнительного качества. К концу года «на карандаш» регулятору попали уже несколько десятков банков. При этом Алексей Симановский уточнил, что предельная ставка будет примерно одинаковой для всех банков, к которым будет применена эта мера, чтобы «не создавать арбитража».

Интересно, что документ наделяет Центральный банк правом контролировать не только максимальный, но и минимальный размер ставок по вкладам. В законопроекте, размещенном на сайте Минфина, указано, что ставка должна быть «не ниже двух третей ставки рефинансирования Банка России по банковским вкладам в рублях и не ниже ставки LIBOR по банковским вкладам в иностранной валюте».

С помощью этих нехитрых мер правительство и Центральный банк надеются удержать участников от «перегибов» как в одну, так и в другую сторону и таким образом снизить процентный риск.

СЧЕТ В ПОЛЬЗУ ЗАЕМЩИКОВ

В ноябре 2011 года вступил в силу федеральный закон, который запрещает банкам вводить моратории на досрочное погашение кредита физическому лицу. Закон РФ от 19.10.2011 № 284 внес поправки в статью 809 Гражданского кодекса РФ, которая на данный момент позволяет досрочно погашать кредит только с согласия кредитора. В прежней версии банки вносили в кредитные договоры условия, по которым досрочное погашение кредита в течение определенного срока с момента получения (как правило, 3–6 месяцев) было или запрещено полностью, или сопровождалось требованием дополнительной платы - комиссии, штрафа. Теперь для досрочного погашения кредита согласия кредитора не требуется, однако заемщик должен уведомлять его о полном или частичном досрочном погашении кредита не менее чем за 30 дней до дня возврата.

Что интересно, поправки к Гражданскому кодексу имеют обратное действие, то есть обновленные положения распространяются на кредитные договоры и договоры займа, заключенные до дня вступления в силу новых правил игры.

Конечно, это решение не обрадовало банковское сообщество. Только недавно банки пережили первую «волну» возвращения комиссий за открытие и ведение ссудного счета, и вот почти без перерыва на горизонте показалась вторая «волна».

Примечательно, что Роспотребнад-зор не исключает возможности того, что в сфере взаимоотношений банков с заемщиками появятся новые перспективные законодательные инициативы, в рассмотрении которых его эксперты обязательно примут участие. Могут быть признаны «вне закона» некоторые другие комиссии и штрафы. Например, ВАС намерен признать незаконным установление в кредитном договоре штрафа за отказ заемщика от получения кредита. За границей практика периода «охлаждения» уже существует, его длительность исчисляется 1-2 неделями (cooling-off period).

Роспотребнадзор и ВАС с такой скоростью выступают с инициативами о внесении изменений в регулирование рынка потребительского кредитования, что остальные госведомства могут им только позавидовать. Тот же Минфин всерьез задумался о том, чтобы отказаться от многострадального закона «О потребительском кредите», который не может появиться на свет уже восемь лет. Не исключен вариант, что пробелы в законодательстве, оставляющие возможности для злоупотреблений как со стороны банков, так и со стороны клиентов, будут устранены путем внесения поправок в действующие документы.

ПРИБЫЛЬ: БОЛЬШЕ, ЧЕМ РАНЬШЕ, НО МЕНЬШЕ, ЧЕМ ХОТЕЛОСЬ

В 2010 году банковский сектор показал рекордную прибыль - 5734 млрд рублей, что почти втрое больше, чем аналогичный показатель, зафиксированный по итогам 2009 года. Правда, озвучивая цифры, руководство Банка России предупредило, что рекорд в значительной степени был обеспечен за счет «роспуска» созданных в кризис резервов.

Однако полученные результаты воодушевили как руководство Центрального банка, так и самих участников рынка: многие из них ожидали, что в 2011 году результаты по прибыли «побьют» показатели 2010 года. За ориентир был взят прогноз экс-первого зампреда Центрального банка Геннадия Меликьяна, который предсказал, что в 2011 году прибыль может превысить 900 млрд рублей. «Это будет не просто абсолютный рекорд, а почти в 2 раза выше, чем в самом рекордном году», - радовался Геннадий Меликьян. При этом руководство Центрального банка выражало надежду, что фактор роспуска резервов в меньшей степени будет влиять на прибыль 2011 года: драйверы роста изменятся, и прибыль банков будет расти за счет доходов от основной деятельности.

Первые полгода ситуация на рынке развивалась в соответствии с этим оптимистичным сценарием. Банки активно наращивали кредитные портфели, доля просрочки, наоборот, сокращалась. Однако в конце года темпы роста кредитования замедлились, что повлекло за собой ухудшение прогнозов годовой прибыли. Возглавляющий банковский надзор зампред ЦБ РФ Алексей Симановский сообщил, что суммарная прибыль российских банков за 2011 год окажется ниже 900 млрд рублей и может составить 750–800 млрд рублей.

Как минимум третья часть из ожидаемой прибыли придется на долю Сбербанка, который за восемь месяцев практически выполнил годовой план. Так, в начале сентября 2011 года было заявлено, что Сбербанк ожидает получить прибыль в 230-250 млрд рублей. Позже он объявил, что прибыль до уплаты налогов составила 282,1 млрд рублей, превысив результат восьми месяцев 2010 года в 2,5 раза. Чистая прибыль составила 225,8 млрд рублей -в 2,6 раза больше итогов аналогичного периода 2010 года. Оба показателя - рекордные для Сбербанка.

Можно предположить, что сократят свой вклад в показатели прибыльности некоторые частные коммерческие банки, а также ВТБ, прибыль которого уменьшилась в 47 раз по сравнению с прошлым годом.

Так или иначе, рекорд прошлого года будет побит. Нет повода не порадоваться этому - особенно с учетом того, что даже самые «завзятые» оптимисты не обещают российскому банковскому сектору сверхприбыли в 2012 году.