В кризис возрастает цена ошибки, которую банки могут по тем или иным причинам допустить, – в том числе и цена операционных сбоев, выходов из строя банкоматов, порталов финансово-кредитных организаций и т.д. Соответственно, возрастают и нагрузка на ИТ-департаменты банков, и требования к работе информационных систем. О развитии и применении информационных технологий в современном российском банкинге, о планах Росбанка по развитию своей ИТ-инфраструктуры и о том, какие решения сейчас можно отнести к числу передовых, рассказал в интервью NBJ директор по информационным технологиям Росбанка Денис СОТИН.

NBJ: Каковы, с Вашей точки зрения, основные тенденции на рынке банковских информационных технологий? Изменились ли они существенным образом за последние год-полтора?

Д. СОТИН: На мой взгляд, в текущих условиях и в среднесрочной перспективе в секторе банковских информационных технологий в России основной акцент будет сделан на сокращение расходов. Этот процесс будет происходить за счет оптимизации инфраструктуры, упрощения ландшафта, повышения эффективности и уровня зрелости действующих процессов. Кардинально новых решений, на мой взгляд, ожидать не стоит. 

В основном я прогнозирую качественное развитие имеющихся продуктов и решений. Кроме того, крупные банки в первую очередь уделят серьезное внимание пересмотру архитектурных принципов построения ИТ-ландшафта, переходу к модульной архитектуре, аутсорсингу сервисов, а также к рассмотрению альтернативных технологических решений, основанных в том числе на СПО (свободном программном обеспечении).

NBJ: Какие направления бизнеса, по Вашим оценкам, наиболее нуждаются в автоматизации?

Д. СОТИН: В современных условиях практически любое направление банковского бизнеса связано с автоматизацией и не может обойтись без нее. Тем не менее, с учетом количественных показателей по клиентским операциям, а также с учетом необходимости крайне оперативного и гибкого изменения предлагаемых продуктов и сервисов, одним из основных направлений автоматизации является розничный бизнес. На подобных больших объемах любой недостаток автоматизации розничных процессов приводит к значительным расходам на ручной труд. Также крайне требовательны к автоматизации онлайн-операции со сложными расчетами и механизмами проводок. В частности – в сегменте CMIB (Capital Markets & Investment Banking).

NBJ: Возникли ли за этот период некие новые прорывные технологии, которые, по Вашему мнению, в среднесрочной перспективе будут активно использоваться банками в рамках автоматизации своей деятельности?

Д. СОТИН: Появились определенные интересные решения как от традиционных вендоров, так и от альтернативных поставщиков. Однако, повторюсь, речь идет скорее об эволюции имеющихся продуктов, нежели о принципиально новых технологиях.

NBJ: Сейчас очень популярна тема импортозамещения, в том числе и в сфере высоких технологий. По Вашему мнению, в состоянии ли наша страна решить эту задачу в сфере ИТ? 

Д. СОТИН: Если говорить о Росбанке, то мы используем в своей работе многие разработки отечественных поставщиков решений. Естественно, при выборе таких решений банк оценивает их соответствие своим потребностям, функциональность, уровень поддержки и т. д. Эти же критерии будут применены и в будущем, вне зависимости от того, будет ли идти речь об отечественном решении или об импортном. 

При этом мы понимаем, что даже при использовании зарубежных платформ их внедрение, развитие и сопровождение все-таки целесообразно осуществлять силами отечественных игроков, к которым мы относим не только российские компании, но и, например, белорусские. На российском рынке уже есть множество примеров отличных программных продуктов отечественных компаний, большое количество решений в области информационной безопасности и т.д. Безусловно, по некоторым классам программных и аппаратных решений появление российских аналогов на данный момент вряд ли возможно без серьезных долгосрочных вложений. Но работы в этом направлении также ведутся, что не может не радовать хотя бы с точки зрения дополнительной конкуренции на рынке, приводящей к снижению цен и повышению качества сервиса. Нельзя ведь отрицать, что в итоге такое развитие ситуации выгодно конечному пользователю. 

При создании соответствующих условий для компаний-производителей успехов можно достигнуть практически по всем технологическим направлениям. При этом речь может идти не только о прямой помощи, но и о предоставлении различных преференций отечественным разработчикам.

NBJ: Мы живем в период, когда в любой момент санкционная война может выйти на новый уровень – в том числе могут быть введены санкции на поставки российским компаниям продукции западных вендоров. По Вашему мнению, какие риски могут возникнуть в случае добровольного или вынужденного отказа банков от западных ИТ-решений и перехода на отечественные разработки?

Д. СОТИН: Это две различные ситуации. При вынужденном отказе очевидны риски форс-мажорного поиска альтернативных отечественных решений, риски обеспечения миграции, недостаточности (в ряде случаев) квалифицированных внутренних и внешних ресурсов для развития и сопровождения новых решений и т.д. 

При добровольном переходе, естественно, обеспечивается должный анализ и планирование этого процесса, учет особенностей целевого решения, возможность проведения различных нагрузочных тестов, возможность дополнительной кастомизации под потребности банка и т.д. Все это нивелирует риски перехода. 

NBJ: Как изменилась динамика затрат Вашего банка на информационные технологии в связи с событиями последнего года? Возросло ли внимание к проблемам ИТ со стороны руководства и акционеров банка?

Д. СОТИН: В прошлом году в связи с утверждением стратегии развития бизнеса Росбанка до 2017 года было принято решение о разработке новой ИТ-стратегии на 2015–2017 годы. При этом мы ориентировались на собственное долгосрочное видение целевого ИТ-ландшафта банка, соответствующее лучшим практикам, в том числе практике других банков группы Societe Generale. К настоящему моменту новая ИТ-стратегия уже принята и мы приступили к ее реализации. Она предусматривает значительное изменение ИТ-ландшафта банка в среднесрочной и долгосрочной перспективе. 

NBJ: Она, скорее всего, разбита на несколько этапов?

Д. СОТИН: Безусловно. На данном этапе мы ориентируемся в первую очередь на оптимизацию внутренних ИТ-процессов (имеющегося ИТ-ландшафта, включая инфраструктуру) и повышение эффективности работы сотрудников. 

Касательно планирования ИТ-бюд-жетов, на примере Росбанка могу сказать, что у нас было детальное планирование бюджета на этот год, которое началось еще с августа прошлого года. Поэтому на сегодняшний день мы обладаем достаточно четким пониманием по цифрам и направлениям. Мы относимся к тем банкам, которые не сократили бюджеты на проекты, поскольку мы считаем, что в текущих условиях важно сохранить темп развития. Кроме того, реализация ИТ-проектов помогает исполнению бизнес-стратегии Росбанка. Сейчас мы уже приступили к планированию бюджета на следующий год, и могу сказать, что мы рассчитываем остаться примерно на том же уровне инвестиций в развитие, не сокращая расходы по проектной компоненте.

NBJ: Часто можно услышать о том, что есть способ существенно сократить расходы банков на развитие своей ИТ-состав-ляющей, и этот способ – передача ряда функций на аутсорсинг. Какова Ваша позиция по поводу аутсорсинга в сфере ИТ? Какие сферы в Вашем банке отданы на аутсорсинг, если в Росбанке в принципе прибегают к этому инструменту?

Д. СОТИН: Как и большинство крупных банков, мы используем услуги аутсорсинга. Во многих случаях аутсорсинг достаточно эффективен, и тому есть простое объяснение: компания-аутсорсер специализируется на определенных сервисах, оптимально выстроив свои процессы, и при этом уже оказывает услуги различным организациям. Это дает большую гибкость в использовании ресурсов и в конечном счете позволяет выполнять больший объем работ, при этом зачастую более качественно. 

Для ключевых банковских систем мы используем преимущественно собственные центры разработки, однако прибегаем к услугам сторонних организаций для передачи им ряда работ по тем или иным задачам, чтобы не создавать «узкое горлышко» вследствие возможной занятости внутренних ресурсов. С другой стороны, ряд приложений у нас находится практически полностью на разработке в компаниях-аутсорсерах, со стороны банка производится постановка задачи, контроль разработки, приемка результатов. Кроме того, на аутсорсинге находится часть работ по обеспечению тестирования. Также на полное сопровождение сторонним организациям передана часть аппаратных комплексов и соответствующего middleware. 

NBJ: Расскажите, пожалуйста, о наиболее важных проектах в сфере ИТ, которые были реализованы в Вашем банке в 2014 году и в первые девять месяцев 2015 года, и о тех проектах, которые продолжают реализовываться сейчас.

Д. СОТИН: В 2014 году основное внимание было сосредоточено на обеспечении различных потребностей бизнес-подразделений банка, а также на оптимизации процессов обслуживания клиентов, операционных процессов и на повышении стабильности работы ключевых банковских систем. 

В части розничного бизнеса были успешно технически реализованы различные виды депозитов, кредитных продуктов для клиентов – физических лиц, в том числе рефинансирование потребительского кредитования и автокредитования. Также был расширен функционал дистанционного банковского обслуживания. Кроме того, активно развивались платежные сервисы через удаленные каналы доступа, был значительно расширен перечень получателей платежей через банкоматы, интернет- и мобильный банк.  В корпоративном бизнесе были созданы новые услуги для клиентов в части развития клиринговой платформы Росбанка для обеспечения глобальных банковских операций корпоративных клиентов, а также корпоративных клиентов группы Societe Generale. Естественно, все эти задачи потребовали серьезных доработок ИТ-систем, которые были успешно внедрены в рамках указанных проектов.

В числе основных задач прошлого года также были стабилизация и оптимизация работы основных систем банка, направленные на повышение уровня их доступности, надежности, а точнее на оптимизацию внутренних алгоритмов. В рамках проекта была проведена замена аппаратно-программных комплексов, осуществлен перевод базы данных на новую версию Oracle, обновлены интерфейсы обмена, проработано disaster recovery решение для ключевых систем банка, оптимизированы внутренние алгоритмы, значительно повышен уровень документированности системы. 
В этом году мы запустили новое мобильное приложение банка для различных устройств, внедрили и развиваем новую интеграционную платформу, начали крупный проект по реинжинирингу корпоративного хранилища данных, по реализации нового бэк-офисного приложения для блока CMIB. Реализуются проекты по внедрению нового CRM-решения, модернизации и развитию функциональности контакт-центра, а также ряд иных проектов, нашедших отражение в стратегии банка до 2017 года.

NBJ: Вы перечислили те задачи, которые банк либо решил, либо будет решать до конца 2015 года. А сформулированы ли уже конкретные планы и задачи на 2016 год?

Д. СОТИН: Мы планируем завершить реорганизацию ИТ-блока банка до конца 2015 года. В 2016 году мы продолжим оптимизацию оптимизации текущей архитектуры ИТ-процессов, их автоматизацию на всех уровнях, продолжим работы по обеспечению качества разрабатываемого ПО, уровня доступности систем. В части поддержки бизнес-инициатив, на мой взгляд, мы будем преимущественно сосредото-чены на основных крупных проектах, инициированных в 2015 году. Но при этом, конечно, появится ряд новых проектов, основанных на потребностях бизнес-подразделений.