НБЖ: Александр Юрьевич, готовясь к встрече с вами, я порылся в Интернете и выудил оттуда информацию о битвах за Конверсбанк, которые были всего несколько лет назад и в которых участвовали такие мощные игроки, как АльфаБанк, МДМ-Банк, Минатом: Правильно ли я понимаю, что победителями в этом эпическом сражении как раз стали отец и сын Антоновы?

А. Антонов: Нет, все это происходило до нас. Мы приобрели банк уже уМельниченко, это было в 2002 г.

НБЖ: Какая дорога привела вас в финансово-кредитную сферу? Отчего вы занялись именно таким бизнесом?

А. Антонов: До 1993 г. я был главным прибористом на одном из предприятий Минсредмаша, имел ученую степень. Предприятие размещалось в Таджикистане и занималось добычей и обогащением урановой руды. Но с развалом Союза там активно пошли процессы деградации, криминал поднял голову, начались вооруженные столкновения между разными группировками. Русскоязычное население почувствовало себя, мягко говоря, неуютно. Мы тоже приняли решение об отъезде. Сначала сын перебрался в Москву, став студентом МИФИ, а затем и вся семья переехала.

Володя, отучившись два года, перевелся в банковский колледж, а я ушел на вольные хлеба, занялся коммерцией. Работал менеджером в отделе ценных бумаг банка «Интерпрогресс». Сын после колледжа закончил Плехановскую академию, его взяли на работу в Сбербанк, затем в Лефкобанк, потом он основал свою финансовую компанию, куда и меня пристроил.

Потом случился кризис, и многие банки оказались в затруднительном положении. К нам обратился один из членов совета директоров Академхимбанка. Этот банк попал в очень сложную ситуацию. У него застряли бюджетные деньги, за которые нужно было отвечать. Это был академик, один из вице-президентов Академии наук и при этом человек абсолютно не амбициозный. «Выручайте, братцы, возьмите банк в управление». У нас уже был кое-какой опыт, и мы занялись Академхимбанком. Нам отдали долю в бизнесе, почти 49%. Много? Но вы учтите, что банк тогда не стоил практически ничего.

Я занимался строительством сети и технологиями, а сын взял на себя клиентскую работу. Года через два нам удалось урегулировать ситуацию с долгами, мы получили валютную лицензию, стали открывать дополнительные офисы, затем филиалы. И к 2002 г. поняли, что этот банк достиг своего потолка. У него на балансе было уже миллиардов пять, он прочно входил в сотню первых банков.

Сегодня мы понимаем, как надо вести себя в той или иной стране, какие технологии использовать

НБЖ: Кстати, а кто тогда был у вас главным - сын или вы?

А. Антонов: Я никогда не пытался верховодить. Просто старался уберечь сына от каких-то непродуманных решений. Ведь все происходило быстро, темп был сумасшедший. Я делал так, чтобы Володе ничего не мешало сосредоточиться на бизнесе. А бизнес у него получался очень хорошо: он находил общий язык с клиентами и они ему доверяли.

НБЖ: Все-таки за счет чего вам удалось тогда вытащить банк?

А. Антонов: Во-первых, непомерный труд. Старались день и ночь. Вовторых, правильная клиентская работа. И в какой-то степени везение.

В 2002 г. мы пришли к решению, что бизнес необходимо расширять. Следовало приобрести банк несколько другого формата, чем «Академхим». И тут поступило предложение от владельцев «Снораса». Но на «Академхим» мы не могли его оформить, потому что у того был недостаточный капитал и ЦБ Литвы не дал бы разрешения на подобную сделку. Тогда же на рынке появилось предложение от Мельниченко о продаже Конверсбанка. Мы остановились на нем, предварительно выяснив, что, как приобретатель, «Конверс» бы устроил литовскую сторону.

«Снорас» нам отдавали недорого, к тому же и ЦБ Литвы хотел поменять владельцев. Правда, их вначале смущало то, что покупатель из России, но своих не нашлось, поэтому пришлось смириться. Там тоже потребовались титанические усилия для того, чтобы вытащить банк. Сын практически не выезжал из Вильнюса, очень плотно занимался всеми делами. В итоге нам удалось решить проблемы с недобросовестными литовскими заемщиками, причем все это было сделано совершенно законными средствами и при активной поддержке местных властей.

Академхимбанк тоже вошел в формируемую группу, правда, мы его переименовали, теперь он называется Конверсбанк-Москва.

НБЖ: То есть, если говорить о вхождении в Литву, то вы нашли общий язык с властными структурами западного государства?

А. Антонов: Нашли. Как говорится, обе стороны продемонстрировали сугубо прагматический подход. А серьезных политических разногласий между нашими странами не существовало.

НБЖ: Это правда, что, прежде чем приступить к делу, вы тщательно изучали опыт банковских систем других государств? И в какой степени удалось им воспользоваться?

А. Антонов: Изучали. Правда, я сопровождал в основном российский бизнес, а Володя сосредоточился на зарубежных активах. И сегодня мы понимаем, как надо вести себя в той или иной стране, какие технологии использовать. Везде есть как общие правила, так и свои особенности, которые надо учитывать. Зная все это и используя юридическую поддержку той страны, куда заходишь, можно реализовать любые планы. Важно только понимать, ради чего ты все это затеваешь.

Мы прекрасно сознаем, что не можем тягаться с такими крупными игроками, как ВТБ, РОСБАНК или Сбербанк. Это системообразующие банки, входящие в первую десятку, и мы не ставим своей целью конкурировать с ними. Мы планируем свое развитие в другом направлении. Мы в состоянии предоставить клиентам, живущим в системе глобального мира, те возможности, которые крупные банки предоставить не могут. Не могут именно в силу своих масштабов. Там другая скорость реакции на пожелания клиентов.

Мы сейчас интересуемся восточными регионами, которые плотно работают с Китаем, Вьетнамом, Южной Кореей

Мы решили, что, если сможем консолидировать управленческие процессы тех структур, которые находятся за пределами России, а также расширить географию бизнеса внутри страны, то тем самым получим интернациональную корпорацию с хорошим качеством обслуживания - особенно для клиентов, занимающихся экспортно-импортными операциями на пространстве бывшего Союза.

Рынки очень взаимосвязаны. Мы пытаемся обслужить восстанавливаемый товарооборот на этих рынках. В Литве это получилось, в Латвии тоже. В связи с приобретением Группой Инвестбанка в Калининграде мы планируем интегрировать в эти процессы также и Калининградскую область. Сейчас есть планы по продвижению на территорию Эстонии. И в то же время мы пытаемся предоставить возможность по обслуживанию финансовых потоков для наших зарубежных клиентов, которые работают с отдаленными российскими регионами. Это, например, Красноярский край (АКБ «Енисей)», Свердловская область (Банк «Гран»), Поволжье. Там колоссальный промышленный потенциал.

НБЖ: А что это за история с отлучением вашей банковской группы от участия в системе страхования вкладов? Какие претензии были у Банка России?

А. Антонов: К Конверсбанку и Конверсбанк-Москва была претензия по двум позициям. Первая: ненадлежащие активы при формировании капитала. Вторая: неясная структура собственности. Мы все оформили как положено, и сейчас вопрос снят. Кстати, остальные четыре банка из нашей группы никаких проблем с системой страхования не имели.

Сейчас рассматриваются разные варианты развития бизнеса. Если мы поймем, что следует два «Конверса» слить в один, и получим при реализации этого процесса поддержку ЦБ, то будем их сливать. Или, быть может, отдадим предпочтение другой схеме развития бизнеса.

НБЖ: Несколько месяцев назад ваша пресс-служба сообщила о том, что близка к завершению сделка по приобретению пакетов акций еще трех российских банков - московского ИнтерПрогрессБанка, калининградского Инвестбанка и Банка «Гран» (Екатеринбург). В мае Группой было объявлено о покупке 100% акций английского банка Pointon York. То есть экспансия продолжается: Скажите, а по какому принципу вы скупаете банки? И существует ли рубеж, при достижении которого ваши аппетиты будут удовлетворены?

А. Антонов: Каждый из этих банков своей филиальной сетью покрывает какую-то территорию. Например, Инвестбанк в Калининграде конкурирует даже со Сбербанком, его отделения расположены по всей области. Гранкомбанк входит в пятерку самых больших в Свердловской области. С их включением в Группу мы значительно расширяем свои сети и решаем еще одну важную проблему - получаем профессиональный менеджмент на местах. Рассматривая предложения по сделкам такого рода, мы обращаем внимание на то, чтобы регион был экономически интересным, а возможные приобретения соответствовали нашей общей стратегии.

Что касается рубежей, то их пока не видно. Мы сейчас интересуемся восточными регионами, которые плотно работают с Китаем, Вьетнамом, Южной Кореей.

НБЖ: То, что вы расширяете свой бизнес, не удивительно. Удивительно, что вы активно, если не сказать агрессивно, работаете на западных финансовых рынках. Ведь у нас в России принято как раз бояться прихода иностранных банков. А вы купили литовский Bankas Snoras, латвийский Latvijas Krajbanka, английский Pointon York. МФГ Конверсбанк имеет отделения в Эстонии, Беларуси, Украине: Как вам удается выстраивать отношения с западными регуляторами, властями, партнерами?

А. Антонов: Общебанковские процедуры, по которым действуют регуляторы, очень похожи на наши, российские. Мы, кстати, склонны недооценивать собственные достижения. Что касается, например, нашего ЦБ, то за последние годы он принял много исключительно важных, я бы сказалисторических, решений для развития экономики. Возьмем ту же систему страхования вкладов или целый ряд инструкций, которые видоизменяют всю экономическую ситуацию. Правила, по которым живут центробанки всего мира, практически одинаковы.

Если же говорить о взаимоотношениях с властями, то специфика в каждом случае, конечно, есть.

НБЖ: Скажите честно: приходится давать взятки?

А. Антонов: Коррупционное давление везде разное. Но в Прибалтике оно отсутствует. Полностью отсутствует. Причины две: очень разумное законодательство и очень разумные налоговые требования. Взяток мы не даем ни там, ни здесь.

НБЖ: Россия обставляет участие иностранных банков на своих финансовых рынках целым рядом ограничений. На ваш взгляд, действительно надо опасаться прихода западных банков?

А. Антонов: Надо опасаться. Увы, будем откровенны, мы пока карлики по финансовой мощи, если сравнивать с ведущими западными державами. Их потенциал таков, что они способны без особых усилий захватить наш финансовый рынок за год-два. Если, конечно, мы будем сидеть сложа руки - я имею в виду государство.

НБЖ: Сейчас многие стали заниматься розницей и достигли в этом впечатляющих результатов. А вы и здесь применили какое-то «секретное оружие». Говорят, у вас в Литве и Латвии действует целая сеть мини-банков, устроенных по уникальной технологии. Можно об этом подробнее?

А. Антонов: Почему эти мини-банки открыты в Прибалтике, а не в Москве? Объясняю. Россия в 1990-е гг. пережила серьезные криминальные потрясения. В результате ЦБ издал инструкцию, которая регламентирует защищенность кассовых узлов. Один из пунктов этой инструкции требует размещать кассовые узлы только в капитальных зданиях. И это правильно. Что там ни говори, а у нас повышенная криминогенная обстановка. В Прибалтике картина другая, там нет таких рисков, поэтому там стало возможным реализовать проект подобных полумобильных минибанков. Там есть банкомат, два кассира, сейф: Сейчас в Литве уже около 300 таких точек. Накопленный опыт мы распространяем и на Латвию, там принято решение поставить такие мини-банки в каждом поселении.

Это, можно сказать, тоже «банкизация», только с учетом местной специфики.

НБЖ: Может быть, и России уже пора отменить эту инструкцию?

А. Антонов: Рановато снижать требования к защищенности кассовых узлов. Да, криминальная ситуация сейчас не такая острая, как в середине 90-х, но все равно инциденты случаются. Происходят нападения на инкассаторов, на пункты обмена валюты, на операционные кассы. Года три назад и мы с этим столкнулись: напали на обменный пункт, убили кассира.

НБЖ: Если бы вы вышли на трибуну, с которой голос доходит до самых верхов, то что бы сказали?

А. Антонов: Собственно говоря, многое из того, что я бы хотел сказать, было озвучено на недавнем съезде АРБ в Колонном зале. Я горячо поддерживаю предложение о принятии внятного законодательства по банковским холдингам и группам. Возможно, надо при Ассоциации создать рабочую группу, которая займется разработкой такого закона или хотя бы сформулирует его основные векторы.

Александр Антонов хорошо себе представляет, как надо расширять бизнес. И может доходчиво объяснить это другим

Далее. Процедура слияния. Она тоже нуждается в усовершенствовании. Вот сейчас с принятием закона о Є5 млн. многие банки начали бы сливаться, вместо многочисленных карликов мы бы имели вменяемое число нормальных банков. Однако такая процедура должна быть понятной, несложной и - самое главное корреспондироваться с Гражданским кодексом.

Коррупционное давление везде разное. Но в Прибалтике оно отсутствует

ЦБ издал революционное положение, которым вводится достаточно жесткий порядок оценки заемщика. Те заемщики, которые не могут внятно объяснить состояние своего баланса, даже если они раньше у нас успешно кредитовались, теперь либо получают отказ, либо приводят баланс в соответствие с новыми требованиями, и мы им говорим: «Ребята, вот вам требования - выполняйте их, тогда и получите кредит». Но почему это только ЦБ делает? А где налоговые органы? Пусть и они подключатся к этому процессу. Они должны быть впрямую заинтересованы, чтобы заемщики «обелялись».

НБЖ: Почему вы решились на поддержку именно автоспорта? Или это бизнес-проект?

А. Антонов: МФГ Конверсбанк с прошлого года поддерживает российскую гоночную команду. Автоспорт - это новое для России направление, и для того чтобы в нем развиваться, требуются существенные затраты. Результаты наших вложений уже дают о себе знать: по итогам 2005 г. команда Convers Team заняла 3-е место в Le Mans Endurance Series. А в сезоне этого года наша команда под названием Convers MenX будет единственной, представляющей Россию в популярной серии. Нам нравится автоспорт, и, потом, это хорошая инвестиция.