А ведь как хорошо все начиналось. Встретились два талантливых человека и решили создать совместный бизнес. Уже вскоре слава об их успехах разнеслась по всей России. Кто не знал в начале 90-х эти две фамилии - Владимир Гусинский и Борис Хаит? Кто не слышал о Мост-банке и телекомпании НТВ? В их союзе скромный любитель книг и музыки Хаит прекрасно дополнял импульсивного и честолюбивого Гусинского. Но прошли годы. И где теперь этот банк?

Маски-шоу

В 9.25 утра в пятницу 2 декабря 1994 г. президент Мост-банка Владимир Гусинский в сопровождении охраны выехал на работу со своей дачи в подмосковном поселке Успенское. Сразу за воротами поселка за кортежем банкира увязалось четыре машины с вооруженными автоматами людьми в масках. Началась погоня: машины Гусинского старались оторваться, а преследователи вклинивались в кортеж, подрезали, обгоняли колонну, а потом резко тормозили. Через 45 минут такого экстрима Гусинский все-таки доехал до здания московской мэрии на Новом Арбате (бывшее здание СЭВ), где располагался Мост-банк, и бегом бросился в свой офис.

Еще через семь часов сотрудники Службы безопасности президента РФ - именно они оказались людьми в масках - под дулами автоматов укладывали охранников «Моста» в грязный снег прямо на автомобильной стоянке перед зданием мэрии. Перепуганный Гусинский наблюдал за этим из кабинета несколькими этажами выше. Представление длилось до 10 вечера, после чего «люди в масках» сдали задержанных охранников в 43-е отделение милиции и уехали.

На следующий день президент России Борис Ельцин отправил в отставку начальника Московского управления Федеральной службы контрразведки Евгения Савостьянова - по всей видимости, за попытку снять осаду Мостбанка. Владимир Гусинский через несколько дней уехал за границу и отсиживался там три месяца. А с легкой руки охранников «Моста» в русском языке появился новый фразеологизм - с тех пор силовые акции с участием сотрудников силовых ведомств называют не иначе как «маски-шоу».

От рождения до банка

Борис Григорьевич Хаит появился на свет 7 декабря 1951 г. в белорусском городе Гродно, а Владимир Александрович Гусинский-6 октября 1952 г. вМоскве. Оба родились в еврейских семьях. Им в каком-то смысле повезло уже с рождения: в 1953 г. умер Сталин, и уже можно было не бояться быть расстрелянным по политическому доносу. Как в 1937-м был расстрелян дед Гусинского, а его бабка провела в девять лет в лагерях.

Тихий, скромный Боря и любящий прихвастнуть, амбициозный Вова сильно различались еще в детстве. Гусинский, например, с гордостью вспоминал потом, что подростком избил какого-то обидчика обрезком водопроводной трубы. Хаит же вообще хвастался редко.

Окончив школу, Гусинский поступил в Московский институт нефтяной и газовой промышленности им. Губкина, где преподавала его мать. Учиться в Москву после школы приехал и провинциал Хаит. Он поступил в Институт инженеров железнодорожного транспорта имени Ф.Э. Дзержинского по специальности «инженер-энергетик». Тогда в армию призывали студентов, и оба будущих создателя «Моста» отдали этот долг родине. Правда, Борис после получения диплома в 1974 г. отправился работать по распределению энергетиком в Центральную клиническую больницу Министерства путей сообщения, а Владимир так никогда с нефтью и газом не поработал. Он поступил в Государственный институт театрального искусства (ГИТИС) им. А.В. Луначарского, где учился у Бориса Ивановича Равенских.

Когда Гусинский в 1980 г. окончил ГИТИС, его по распределению направили в Тульский областной театр, где Владимир взялся за постановку мольеровского «Тартюфа». Внешне он совершенно не походил на режиссера и выглядел скорее этаким программистом в джинсах и очках. Но быстро показал себя сторонником авангардных решений. Он вставил в свою постановку «Тартюфа» сцены из написанной Михаилом Булгаковым «Жизни Мольера» и несколько сонетов Шекспира. Также он постарался сделать все роли главными, а играть заставил буквально всех: от осветителей до помощника режиссера.

Спектакль приковывал внимание зрителей с самого начала, когда на сцену вылетал башмак, а за ним кувырком служанка. За успехом в Туле начались гастроли по всему Советскому Союзу. Наибольший успех был в Киеве - там «Тартюф» собрал четырехтысячный зал. К тому моменту Гусинский хорошо освоил не только режиссуру, но и театральный маркетинг. Когда его театр приезжал в новый город, продавать билеты на главную улицу выходили актеры в сценических костюмах. Неизбалованным советским зрителям это очень нравилось.

Однако в Туле Гусинский задерживаться не стал и вернулся в Москву в 1985 г., как только закончился срок послевузовского распределения, режиссером постановок Международного фестиваля молодежи и студентов. На следующий год он режиссировал первые Игры доброй воли в Москве. А между делом занимался частным извозом и ставил районные праздники.

Пока Владимир Гусинский собирал аншлаги, Борис Хаит работал по диплому и не спеша строил свою карьеру. Отработав пять лет по распределению, он в 1979 г. перешел в Московский научноисследовательский рентгено-радиологический институт. Там работал сначала начальником отдела, а под конец - заместителем директора. Ушел оттуда Хаит лишь в 1990 г., уже будучи хозяином нескольких преуспевающих фирм.

Рождение банка

В кооператоры Владимир Гусинский и Борис Хаит подались одними из первых в стране. В 1985 г. Гусинский стал заместителем директора в кооперативе, созданном Виталием Крюковым. Тогда же он познакомился и с Борисом Хаитом. В 1986 г. Гусинский и Хаит открыли свое первое «совместное предприятие»-кооператив «Металл». Кооператив был производственный, но производил он буквально все-от гаражей до женских украшений. Партнерство строилось на разделении сфер ответственности, сложившемся из естественных склонностей учредителей. Гусинский взял на себя общение в самом широком смысле этого слова, а Хаит отвечал за производство. Сотрудничество оказалось удачным, и приятели впредь работали вместе. В то же время они познакомились

Еще в те времена, когда Владимир ездил на ВАЗ-2104, он предпочитал никого не пропускать на дороге пусть даже с риском для жизни

В то же время они познакомились и с будущим мэром Москвы Юрием Лужковым. Тот работал в московском исполкоме и отвечал за все московские кооперативы. «Все кооператоры Москвы знали: если что надо - приходи к Лужкову», - вспоминал Гусинский. Лужков считал его одним из лучших бизнесменов и с тех пор охотно сотрудничал с Гусинским.

Благодаря хорошим связям с московскими чиновниками следующим предприятием Хаита и Гусинского стал созданный в 1988 г. консультационно-информационный кооператив «Инфэкс». Круг его деятельности столь же широк, как и у «Металла»: от торговли квартирами до консультации иностранных бизнесменов, желающих вести дела в стране Советов. Поэтому, когда были введены налоговые льготы для совместных предприятий, создать свое СП труда не составило. Партнером «Инфэкса» стала американская юридическая фирма Arnold & Porter. Вместе они создали СП «Мост», которое было зарегистрировано 24 мая 1989 г. В октябре 1989 г. на базе СП был создан и Мост-банк. Позже американцы СП покинули, и акционерами Мост-банка стали принадлежащее Владимиру Гусинскому АО «Владимир и сыновья» и созданное Борисом Хаитом АОЗТ «СТАС». Банк был центром, вокруг которого объединились почти все принадлежащие Владимиру Гусинскому и Борису Хаиту фирмы. Банк обеспечивал эти компании самым дефицитным в то время ресурсом«живыми» деньгами. А заодно открывал прямой доступ к очень выгодным в 1990-е гг. валютно-финансовым операциям. Еще через два года Хаит и Гусинский окончательно оформили свою финансово-промышленную группу как холдинг АО «Группа «Мост». Это было началом расцвета группы, банка и публичной карьеры Гусинского.

В соответствии со своим характером партнеры поделили и должности. Владимир стал президентом Мост-банка, затем - гендиректором Группы «Мост». Он встречался с нужными людьми, проталкивал интересы «Моста» в коридорах власти. Борис занял посты председателя совета директоров Мост-банка и заместителя генерального директора Группы «Мост». Занимался он непосредственно организацией работы.

Параллельная жизнь

Лужков здорово помог новорожденному Мост-банку. Благодаря ему в 1992 г. банк получил от Москвы в собственность семь зданий общей площадью 70,3 тыс. кв. м. Этого было более чем достаточно для всего «Моста». Сдавая излишки площадей, холдинг мог рассчитывать на несколько миллионов долларов в год дополнительной прибыли.

Еще большей находкой для Мостбанка стало принятое в июле 1993 г. Временное положение об уполномоченных банках правительства Москвы. Основным из них был Мост-банк. К началу 1994 г. в Мост-банк были переведены наиболее значимые счета городского бюджета, включая два счета Департамента финансов правительства Москвы: текущий по исполнению бюджета города и филиальный бюджетный. Источники в Мост-банке тогда упоминали, что остатки по этим счетам составляли от 100 до 500 млрд. руб. Это была примерно пятая часть в 2,3 трлн. руб. валюты баланса Мост-банка на конец 1994 г.

И чем лучше шли дела у банка, тем больше Владимир Гусинский был склонен демонстрировать свое богатство и могущество. Так, он без лишней скромности любил заметить собеседнику, что всего в жизни добился лишь благодаря собственным талантам и энергии. Именно тогда за Гусинским прочно утвердилось прозвище «Гусь». Конечно, власть развращает, но про него это сказать было нельзя - он всегда был таким. Еще в те времена, когда Владимир ездил на ВАЗ-2104, он предпочитал никого не пропускать на дороге - пусть даже с риском для жизни пассажиров и собственной судьбы. Хаит потом вспоминал, что его партнер никогда ни с кем не советовался, а решения часто принимал под влиянием эмоций. Если учесть, что в Мост-банке Владимир Гусинский практиковал жесткое авторитарное управление, то смесь получалась гремучей. Но при всем том Гусинский был великолепным организатором и легко располагал к себе людей. И, конечно, с таким кипучим характером он не мог не расширять постоянно сферу своего влияния.

Вместе с влиянием ширилось и число врагов. Первый ушат холодной воды вылила на группу «Мост» и Владимира Гусинского весной 1992 г. «Литературная газета» в статье «Страх», где «Мост» был назван скупившей треть Москвы мафиозной структурой.

Несмотря на статью, вскоре к Гусинскому обратился заведующий отделом экономики «Независимой газеты» Михаил Леонтьев и предложил создать свою газету. Банкир согласился, и 23 февраля 1993 г. газета «Сегодня»увидела свет.

В начале 1993 г. была создана и телекомпания НТВ. План создания собственного телевидения Владимиру Гусинскому предложили ушедшие с первого канала Евгений Киселев и Олег Добродеев. В августе Мост-банк выделил НТВ кредит на сумму $1,65 млн. В октябре НТВ выпустило на пятом канале Санкт-Петербурга программу «Итоги». Стоит отметить, что тогда глава Мост-банка говорил, что главная задача новых газет и телевидения - это получение прибыли. Вначале компания НТВ и строилась как типичный венчурный проект. Кроме «Моста» кредиты на создание телекомпании дали банки «Столичный» и «Национальный кредит». Но скоро связанное со СМИ политическое влияние стало для Гусинского гораздо важнее финансовой отдачи. Через год после создания НТВ Мост-банк выплатил долги остальным партнерам, и Гусинский с Хаитом остались единственными владельцами будущего «Медиамоста».

Как закалялся «Мост»

Расцвет Мост-банка пришелся на 1993-1994 гг. У Владимира Гусинского сложились прекрасные отношения с Борисом Федоровым, который занимал пост министра финансов в марте 1993январе 1994 г. При нем Мост-банк стал уполномоченным банком российского правительства и был допущен к торгам «золотыми сертификатами» Минфина. Венцом лоббистских усилий Гусинского был выделенный правительством компании «Росвооружение», монополисту по торговле российским оружием, кредит в 1 трлн. руб. Его значительная часть была размещена на счетах Мост-банка, клиентом которого являлось «Росвооружение».

Однако, чем лучше шли дела у «Моста», тем больше это раздражало конкурентов. И виноват во многом был сам Гусинский со своим хвастовством и вызывающим поведением. Это смущало даже Хаита, который не без оснований опасался, что любая кампания против его партнера неизбежно скажется на банке и всей группе. Тогда совладельцы «Моста» всерьез опасались за свою жизнь и не скупились на создание собственной службы безопасности, которая насчитывала до тысячи сотрудников и была самым мощным частным вооруженным формированием в Москве. Руководили службой безопасности отставные высшие офицеры КГБ СССР. Когда Гусинский говорил об этом, то подчеркивал: «Мы, не задумываясь, возьмем на работу самого черта, если он гарантирует нам безопасность». Но даже такие профессионалы временами оказывались бесполезны.

Как утверждал начальник Службы безопасности президента России Александр Коржаков после ухода в отставку, в ноябре 1994 г. осадить банкира его попросил лично президент страны. И 2 декабря президентская служба безопасности буквально осадила офис «Моста». Когда руководители «Моста» с удивлением обнаружили, что бесполезным оказалось даже вмешательство управления Федеральной службы контрразведки Москвы, они не на шутку испугались. Тогда Гусинский первый раз привлек для своей защиты журналистов. Пресс-конференцию провели прямо во время осады. С этого момента журналисты докладывали миллионам россиян о каждом движении чиновников, имеющих отношение к «Мосту». Это принесло свои плоды: заведенное против службы безопасности «Моста» уголовное дело спустили на тормозах, и попытки физического давления больше не повторялись. Тем не менее Гусинский провел следующие три месяца за границей.

Еще больший удар получил бизнес Мост-банка. Юрий Лужков в первую очередь был госчиновником. Уже в январе 1995 г. он подписал распоряжение о создании Московского муниципального банка - Банка Москвы, куда теперь и переводилось большинство бюджетных счетов города. В банковских кругах заговорили о том, что перед «Мостом» встал вопрос выживания. Тогда владельцы решили переориентировать Мост-банк на работу в рознице. Банк за несколько месяцев открыл свои филиалы по всей Москве и стал регулярно повышать процентные ставки по депозитам. И в результате смог удержаться в тридцатке крупнейших банков России по размеру капитала.

Интересно, что учредители «Моста» на основании пережитого пришли к совершенно разным выводам. Для Владимира Гусинского стало очевидно, что СМИ являются эффективным оружием. Теперь он во всю использовал собственные масс-медиа для давления на власть и конкурентов. Борис Хаит, наоборот, полагал, что «маски-шоу» были следствием политических интриг его партнера. Еще больше его пугали сотни миллионов долларов, которые Мостбанк вкладывал в НТВ.

Хаит был прав. Несмотря на успехи в рознице, за 1995 г. состояние Мостбанка так ухудшилось, что в начале 1996 г. Сбербанк отказался его кредитовать, а совет директоров ЕБРР посчитал банк недостаточно надежным, чтобы переводить через него западную финансовую помощь.

Однако политические интриги Гусинского открыли для «Моста» новый источник финансирования. Весь 1996 г. продолжалась предвыборная кампания перед президентскими выборами. Рейтинг Бориса Ельцина в начале года был очень низок, популярность Геннадия Зюганова наоборот росла. Перед такой угрозой случилось невероятное: в марте в Давосе Гусинский помирился с Березовским. Они объединили усилия подконтрольных им телекомпаний НТВ и ОРТ, и страна несколько месяцев наблюдала завораживающее действо под лозунгом «Голосуй или проиграешь», на котором танцевал даже президент.

Когда Борис Ельцин победил на выборах, на его сторонников пролился денежный дождь. «Медиа-Мост» тогда получил многомиллионные кредиты Внешэкономбанка, а «Газпром» купил 30% его акций за $120 млн. Ни о каком участии в управлении речи не шло. «Мы просто платили, чтобы нам давали спокойно работать», - говорил об этом президент «Газпрома» Рэм Вяхирев.

Развод по политическим мотивам

Борис Хаит накануне президентских выборов сломал ногу и четыре месяца лечил ее в Лондоне. Когда он вернулся в Москву, Владимир Гусинский мыслил уже масштабами государства, а не одной компании. «Он предложил изменить наши партнерские отношения, - вспоминает Хаит. - Я согласился». 27 января 1997 г. Гусинский ушел с постов в Мостбанке и Группе «Мост» и сосредоточился на своих СМИ, став президентом ЗАО «Медиа-Мост». Кресло президента банка занял Борис Хаит. Тем не менее действия Гусинского продолжали сотрясать Мост-банк и всю группу «Мост». Так, осенью 1997 г. НТВ с большой помпой показало фильм Мартина Скорсезе «Последнее искушение Христа». Это вызвало шквал протестов лидеров Русской православной церкви и митинги верующих у телецентра «Останкино». Кончилось все тем, что фильм был показан, а священники некоторых московских храмов, а за ними и архиепископ Алтайский и Барнаульский Антоний призвали прихожан забрать свои деньги из Мост-банка и не смотреть НТВ.

Ав начале 1998 г. Мост-банк остановил процесс слияния своей карточной системы с контролируемым Владимиром Потаниным ОНЭКСИМбанком. Участники рынка полагали, что разрыв был связан с провалом проекта Гусинского по покупке на аукционе 25% акций «Связьинвеста». Этот пакет в конце 1997 г. приобрел пул компаний во главе с Потаниным.

Поняв, что Мост-банк всегда будут связывать с Владимиром Гусинским, Хаит решил уйти из «Моста» в страховую компанию «Спасские ворота», которую он купил еще в 1995 г. «Мне нужен был бизнес, который не зависел бы от принятого в то время в группе «Мост» подхода к ведению дел», объяснял он свой поступок. В сентябре 1998 г. Хаит стал президентом ЗАО «Страховая группа «Спасские ворота». Окончательно он покинул Мост-банк в начале 1999 г., когда Владимир Гусинский сделал очередную крупную ставку в политической игре - на парламентских, а затем президентских выборах 2000 г. он поддержал через собственные СМИ Юрия Лужкова, Евгения Примакова и Григория Явлинского. Но страховщика-Хаита это уже не волновало. «Развод» партнеров занял почти два года, в результате доля Хаита в «Мосте» уменьшилась с 46,5 до 8,5%. Теперь президентом Мост-банка стал Джаванфар Замани, который до этого уже занимал в нем пост председателя совета директоров.

Участие в предвыборной гонке 1999 г. было последним шансом Гусинского спасти Мост-банк после финансового кризиса августа 1998 г. Тогда за несколько дней объем только снимаемых через банкоматы «Моста» в Москве денег вырос с 5 до 15 млн. руб. в сутки. И это с учетом того, что во многих банкоматах не было денег. «Политически тактичное» руководство Банка России терпеливо не трогало Мост-банк на протяжении всей предвыборной гонки. Наоборот, Мост-банк в октябре 1998 г. получил от ЦБ крупнейший стабилизационный кредит в размере 2,3 млрд. руб. под залог 76% его акций. Кредит так и не был возвращен. Весь 1999 год на рынке шли разговоры о том, что Мост-банк соответствует определению «проблемный банк» и в нем надо вводить временную администрацию. Но ее ввели лишь 20 апреля 2000 г. - когда Владимир Путин уже успел «равноудалиться» от всех олигархов. С этого момента судьба Мост-банка была предопределена. В октябре Внешторгбанк выкупил его акции у ЦБ. Позже новый собственник отказался от санации и предпочел Мост-банк ликвидировать. В апреле 2001 г. у «Моста» была отозвана лицензия.

Жизнь после смерти

Новым расчетным банком «Медиа-Моста» весной 2000 г. стал Имидж-банк, который Владимир Гусинский купил еще в 1993 г. В марте 2002 г., когда Гусинский за долги лишился своих российских активов, он продал Имиджбанк нескольким башкирским компаниям.

Сейчас Гусинский живет в Израиле. Ему принадлежат купленные в 1999 г. 25% акций концерна «Маарив» («Вечерняя молитва»), второй по величине медиа-компании в Израиле. Один из четырех вещающих в этой стране русскоязычных каналов RTVI (Russian Television International). Пакет акций новостного канала «Исраэль хадашот». Торговый центр в Хайфе. Гусинскому также принадлежат четырехкомнатная квартира на Средиземноморском побережье Израиля, вилла в Испании стоимостью $100 млн. поблизости от элитного местечка Марбельи-Сотогранде. Там же у него 50 гектаров земли, купленной в лучшие времена за $12 млн. В России же у Гусинского остался лишь трехэтажный дом с участком в 35 соток в поселке Чигасово на 27-м км Рублево-Успенского шоссе.

Борис Хаит остался в России и продолжает спокойно работать президентом страховой группы «Спасские ворота».