Картина, что и говорить, непривычная.В спокойные времена финансист предстает перед современниками совсемв ином образе: в голове у него калькулятор, в груди - мужественное сердце,а его нервы похожи на стальные канаты, способные вынести и «наезды»конкурентов, и перепады котировок акций на рынке. Но Вудхауз описывалфинансистов, только начавших оправляться после Великой депрессии 1929года. Тогда люди по собственному опыту знали: в минуты жизни трудные банкиры не только рыдают, но даже прыгают с крыш небоскребов, бросаютсяпод поезда, а то и просто стреляютсяи вешаются. Сейчас такое случается реже. Однако, как подчеркивают психологи, потери и даже страх перед потерями еще вполне способны привестибанкира в состояние аффекта и пробудить в нем суицидальные настроения.

ПЕРВЫЕ ЛАСТОЧКИ НОВОГО КРИЗИСА

За примерами не надо далеко ходить:нынешний мировой финансовый кризис вступил в свою острую фазу только полтора-два месяца назад, а налицоуже две его жертвы - топ-менеджерИФГ «Партнер» Сергей Мурафери один из руководителей преуспевающей финансовой компании Olivant, акционер российского МДМ-банка КиркСтивенсон. И российский финансист,и британский миллионер пыталисьпокончить жизнь самоубийством,правда, результаты этих попыток оказались различными. Сергея Мурафераудалось спасти и отправить - правда,в крайне тяжелом состоянии - в институт Склифосовского на излечениеи психологическую реабилитацию.

Кирку Стивенсону повезло меньше:25 сентября он бросился под поездоколо железнодорожной станции Тэплоу в Букингемшире. Летальный исход, увы, был обеспечен.

Любопытная деталь: новостьо попытке самоубийства Сергея Мурафера его коллеги и сторонние наблюдатели, похоже, восприняли безудивления. Источник, близкий к руководству ИФГ «Партнер», списалнеадекватное поведение бизнесменана сложные финансовые проблемы,возникшие у Мурафера в результатеобвального падения фондового рынкав августе-сентябре текущего года.При этом он пояснил, что речь шлао сотнях миллионах потерянных рублей и что к принятию трагическогорешения Мурафера подтолкнул тотфакт, что у его компании были «завуалированные проблемы», существовавшие не один год. Кризис обнажилих, вот и все.

История с Кирком Стивенсоном,как говорится, совсем из другой оперы.Его партнеры по Olivant, родныеи близкие до сих пор теряются в догадках, что могло заставить миллионерапойти на самоубийство. Глава OlivantЛагман Арнольд заявил, что никакихсерьезных угроз для компании, гдеСтивенсон был одним из акционеров,не существовало.Однако некий источник, на который ссылается TheGuardian, высказал предположение,что Стивенсона «столкнули с платформы» не реальные финансовые потери,а патологический страх перед ними.Мол, миллионер не смог вынести мысли, что кризис может частично илиполностью «съесть» его состояние, которое на данный момент включает 3,6 млн, различную недвижимостьв Англии, акции компании Olivant и,возможно, другие активы, информация о которых не разглашается.

Финансовый кризис может действовать как невроз и запускатьмеханизм разрушения психики

КЛУБ ВЕЛИКИХ САМОУБИЙЦ СТАРОГОИ НОВОГО СВЕТА

Новости об удавшемся суициде КиркаСтивенсона и неудавшемся суицидеСергея Мурафера, конечно, потряслимировое финансовое сообщество. Однако если составить список «трепетных банкиров», пытавшихся свестисчеты с жизнью из-за кризисов, то наши герои займут в нем далеко не первые места. И имена их «соседей» будуткуда более громкими и известными:достаточно сказать, что одно из первых мест здесь займет представительшестого поколения знаменитой банковской династии Ротшильдов!

Амшель Ротшильд покончилжизнь самоубийством в 1996 году, чтостало полной неожиданностью для егоразветвленной и сказочно богатой семьи. Горечь утраты отягощал тот факт,что именно Амшеля клан Ротшильдасчитал наиболее удачливым финансистом и прочил в наследники банковской империи. Что побудило этогопреуспевающего бизнесмена свестисчеты с жизнью, осталось загадкой.Коллеги Ротшильда по ЛондонскомуСити говорили, что здесь не было ничего личного, просто бизнес: мол, финансист впал в депрессию из-за убыточной работы банковского подразделения Rothschild Asset Management Ltd(именно эту структуру возглавлял Амшель). Однако против этой версии говорило то, что ситуация с банком небыла катастрофической: может, онаоставляла желать лучшего, но стабильную, хоть и небольшую прибыль лондонский банк продолжал получать.

Бульварная же пресса со своей стороны уверяла, что в «казусе Ротшильда»не было никакого бизнеса, только личное: мол, до самоубийства его довеласмерть родителей и постоянные ссорысо сводным братом Эвелином Ротшильдом, возглавлявшим международную финансовую империю. Психологи же считают, что могла сказатьсянеблагоприятная наследственность:Амшель стал не первым самоубийцейв семье Ротшильдов, в 1923 году на тотсвет по доброй воле отправился его дедЧарльз, незадолго до этого заболевший энцефалитом.

Не менее громким, чем смертьАмшеля Ротшильда, стало самоубийство Джесси Ливермора, человека, которого до сих пор считают одним изнаиболее удачливых и предприимчивых игроков фондового рынка двадцатого века. В свое время его имя нетолько гремело на американскомфондовом рынке, но и потрясало дооснования Нью-Йоркскую фондовуюбиржу. Во время кризиса 1907 годадошло до того, что руководство NYSEбуквально валялось у Ливерморав ногах, умоляя прекратить игру напонижение котировок акций. В тотгод Джесси Ливермор заработал первый миллион долларов. В 1929 году онимел сто миллионов долларов и гордое имя виновника начала Великойдепрессии. Ему удалось предугадатьначало кризиса и заблаговременноначать игру на понижение. Результат - огромное состояние, черная зависть коллег и искренняя ненавистьмиллионов рядовых инвесторов.

Может, эта зависть и ненависть, аможет, новый курс Рузвельта привели к тому,что в начале 30-х годов блестящей карьереЛивермора был положен конец. В одинпрекрасный день он снова поставил своесостояние на карту и снова проиграл его. Ужепривычный к таким временным неудачам,Ливермор сделал несколько попыток вернутьвсе, что было нажито непосильным трудом. Однако фортуна от него отвернулась, ничего не получалось, и великий трейдер не выдержал: в 1940 году он застрелился,закрывшись в номере отеля.

В 1955 году финансовый рынокСША потрясла очередная трагическаяновость: в своем летнем доме застрелился президент Bank of InternationalSettlement Леон Фрейзер. Страсти вокруг этого события подогревались двумя факторами. Первый из них - не было ни малейших оснований утверждать, что причиной ухода Фрейзераиз жизни стали финансовые неприятности или «наезды» со стороны конкурентов или правительства. И второй Фрейзер славился на рынке как человек необыкновенной смелостии стойкости, он прошел добровольцемвсю Первую мировую войну, хотя доначала боевых действий выступал с пацифистскими речами. В предсмертнойзаписке Фрейзер указывал, что причиной его самоубийства стала депрессия,которая «стабильно развивалась».Родные и близкие банкира указывалина то, что он так и не смог оправитьсяпосле смерти жены, которая произошла за два года до рокового выстрелав доме в Северном Гранвилле.

Д. Ливермора боялся весь рынок.А он боялся нищеты

Самоубийство А. Ротшильда тожесвязывали с финансовыми проблемами

КОМПЕТЕНТНО

НАТАЛЬЯ ЦВЕТКОВА,член-корреспондент Российскойакадемии педагогических и социальных наук

Финансовый кризис, конечно, может действовать как спусковой крючок: запускать невроз.

Но надо учитывать: психика любого человека устроена таким образом, что механизм самосохранения срабатывает, даже когдачеловек находится в остром невротическом состоянии и живетс ощущением, что все пропало и просвета не будет. От мыслио самоубийстве до самоубийства как такового жертву неврозаотделяет огромная дистанция. Ее преодолевают крайне редкодаже те, кто теряет все: близких людей, состояние, статус.

Научно доказано, что в спокойной ситуации, когда общество не«лихорадит», то есть нет никаких серьезных потрясений, такихкак экономический кризис и, как следствие, социальной напряженности, в мире насчитывается всего один процент людей,способных к суициду в подавленном состоянии.

В странах с развитой экономикой рост самоубийств среди бизнесменов обусловлен особым менталитетом: обостренное чувствоответственности иногда становится несовместимым с жизнью.При этом многие воспринимают банкротство компании как личную трагедию, несмываемое клеймо, которое не позволит житькак раньше. Но эти субъективные факторы толкают к гробовойдоске владельцев компаний, а не наемных «топов». Нанятыйглава фирмы не ассоциирует корпоративную трагедию с личнойкапитуляцией.

Зато «топы» чаще подвержены неврозам, так как они постоянноживут в атмосфере прогнозов и предостережений.

Доказано, что в состоянии высокого напряжения предполагаемаясхема развития событий часто воспринимается как реальная ситуация. Вот почему ожидание кризиса действует на нервы кудасерьезнее, чем объективная реальность. В итоге даже вполнездравомыслящие управленцы начинают делать рискованныешаги в надежде подстраховаться, часто ошибаются и еще большетеряют контроль над собой.

ЯПОНИЯ - СТРАНАБАНКИРОВ-КАМИКАДЗЕ?

 И тем не менее, вопреки расхожему убеждению, в США и европейских странахбанкиры в кризисные времена не практиковали массовых самоубийств и не выбрасывались из окон небоскребов, какэто принято говорить, «пачками». Иноедело Япония. Здесь суициды среди финансистов - куда более распространенное явление. Возможно, поэтому и смотрят на них совсем иначе, чем в Европеи США: не превращают в сенсацию,а рассматривают как естественное развитие событий в случае, если речь идето руководителях и владельцах банков,терпящих бедствие. Мол, самурайскийкодекс чести предписывает в этом случаевести себя достойно и платить за допущенные ошибки собственной жизнью.

Одним из самых запоминающихсяподобных случаев стало самоубийствов 1998 году главы компании JapanHighway Public Corp. Тошихидэ Сасаки.

Здесь никто и никогда не подозревалнеких личных мотивов в действиях банкира: было ясно, что виной всему азиатский кризис, потрясший японскую банковскую систему. Все проблемы компании, возглавляемой Тошихидэ Сасаки,«полезли наружу». В этом случае всебыло совсем иначе, чем в случаях с суицидами Амшеля Ротшильда, ДжессиЛивермора и Леона Фрейзера. Никакихбанальных выстрелов в висок: все обставлено в изысканном восточном стиле. Предсмертная записка, в которойтоп-менеджер взял на себя вину за недостойное поведение своих подчиненных, и парк музея изящных искусствХиросимы как место самоубийства.

56-летний финансист повесился на одном из деревьев в этом парке. Практически в то же время свел счеты с жизнью и коллега Тошихидэ, занимавшийпост исполнительного директора JapanHighway Public Corp.

Впрочем, топ-менеджеры JapanHighway Public Corp. оказались не одинокими в своем самоубийственном порыве. В том же 1998 году добровольноушел из жизни один из крупнейшихяпонских банкиров второй половиныXX века 60-летний Тадайо Хонма.

На протяжении ряда лет он занимал высокий пост в Bank of Japan - японскомЦентральном банке, а за несколько недель до самоубийства ушел в NipponCredit Bank (NCB) - одно из крупнейшихбанковских учреждений Японии.

По иронии судьбы, азиатский кризисбольнее всего ударил именно по этомустарейшему банку в Японии (он был создан сразу же после окончания американской оккупации, в 1951 году). Однако неэто, по словам наблюдателей, предопределило трагический конец Тадайо Хонмы. Крах NCB он еще пережил бы, а воттот факт, что из Bank of Japan ему пришлось уйти из-за скандала, явно подорвал психику банкира. Поэтому его самоубийство, совершенное по неписаному кодексу банкирско-самурайскойчести, показалось японскому обществучуть ли не естественным. Не вызвал особого изумления и тот факт, что примеруТадайо Хонмы последовал через некоторое время и его преемник на посту исполнительного директора Bank of Japan.В мае 1998 года Такаюки Камашидо, который, кстати, был ровесником и бывшим сослуживцем Хонмы, покончилжизнь самоубийством, оставив короткую записку «Я больше не могу». Чтоконкретно он не смог вынести, таки осталось неясным.

Владимира Рачука сначала сочли самоубийцей. А потом задумались: не слишком ли выгоднойбыла его смерть для «товарищей по работе» и «любящей» жены?

РОССИЯ: ХРУПКАЯ ГРАНЬ МЕЖДУУБИЙСТВОМ И СУИЦИДОМ

В нашей стране, слава богу, суицидысреди финансистов - явление нечастое.Зато в непродолжительной, но бурнойистории национального банковскогорынка было уже несколько случаевпредполагаемых самоубийств, которыена деле оказывались убийствами. Одноиз самых громких из них - смертьпредседателя правления Ярбанка Сергея Савина в 2005 году. Он был найденмертвым в собственном гараже, и сначала прокуратура вынесла решение оботказе в возбуждении уголовного делапо признакам насильственной смерти.Однако еще до истечения срока гистологической экспертизы, на которую отводится месяц, следственные органы«отыграли назад», и прокуратура возбудила уголовное дело по признакампреступления, предусмотренных ст.105 ч. 1 УК РФ - «Умышленное убийство». На рынке заговорили о том, чтоСавина подкосили проблемы банкаи неразборчивость в бизнес-связях:мол, эти опасные связи как раз и привели к тому, что банкир рассталсяс жизнью неожиданно для себя и, похоже, совсем не добровольно.

Трагическая смерть Сергея Савина, какими бы причинами она ни была спровоцирована, вызвала в памятидругую историю: о внезапной смертипредседателя правления знаменитогобанка «Чара» Владимира Рачука.

25 ноября 1995 года программы новостей на всех телеканалах объявилио его скоропостижной кончине и тутже озвучили первую версию следствия - самоубийство. Наиболее убедительной при этом была версия о том,что Рачук не вынес давления со стороны солнцевских бандитов, которые«пасли» банк «Чара». Пошел в ванную и утопился.

Однако практически сразу жеверсия самоубийства сменилась надругую, официальную: Рачук палжертвой сердечного приступа, охранник, взломавший дверь ванной, пытался его спасти, но не смог. Это объяснение публику, впрочем, не удовлетворило, что и неудивительно, еслиучесть, что вдова Рачука, основательница банка «Чара» Марина Францева,вышла замуж за молодого красавца,находившегося в близком родствес криминальным авторитетом ОтариКвантришвили, всего через 40 днейпосле смерти мужа. Такая поспешность «веселой вдовы» заставила людей задуматься о том, не слишком ливовремя умер Рачук и не помогли лиему в этом, представив все происходящее сначала как самоубийство, а потом как несчастный случай.

АКЦЕНТ

БАНКИР ГОСПОДА БОГА - САМОУБИЙЦАИЛИ ЖЕРТВА ЗЛОДЕЕВ?

Одно из самых известных в современнойистории «убийств-самоубийств» смерть Роберта Кальви, прозванного заблизость с Ватиканом «банкиром Господа Бога». В свое время - 26 лет назад оно так потрясло современников, чтокинорежиссер Форд Коппола инсценировал его в третьей части «Крестногоотца». Правда, там нет ни малейших сомнений в том, что смерть Роберта Кальви, найденного в июне 1982 года повешенным под одним из мостов Лондона,была насильственной. Судебно-медицинская экспертиза установила, чтопричиной смерти стало удушье, но вскоре смерть Кальви была признана самоубийством, а дело закрыто. Причина суицида выглядела весьма убедительно:банкир предположительно повесилсячерез сутки после своего увольненияс поста председателя правления банкаAbrosiano, развалившегося из-за многомиллионных долгов кредиторам, средикоторых был и Ватикан. Понадобилось20 лет, чтобы самоубийство было признано убийством, а предполагаемые«душители» Роберта Кальве оказалисьна скамье подсудимых.