Ипотечный кризис в США для России оказался позитивным событием, произошедшим в нужное время. Разразись он несколькими годами позже, последствия были бы гораздо серьезней.

В Америке ипотечное кредитование играет важнейшую роль в экономике страны, достигая 60-70% ВВП. В России этот показатель составляет всего 1-1,5% ВВП. Если бы данный рынок рухнул, то даже такой вариант развития событий не отразился бы на других отраслях, например, на недвижимости или всей банковской системе в целом.

В США была высока доля subprime кредитов, в некоторых штатах она достигала 40%. Только в Калифорнии их было выдано на сотни миллиардов долларов. На этом фоне рос и уровень дефолтов: в 2005 году он был равен 3,3%, в 2006 - 4,5%. Каждая 693-я семья лишилась дома, за счет такого колоссального роста предложения домов цены на недвижимость упали.

В России такое развитие событий не оказало бы значительного влияния на стоимость жилья. С помощью ипотеки у нас осуществляется всего 10% сделок на рынке недвижимости. Даже если уровень дефолтов достиг бы 10-15%, то увеличение предложения заложенного жилья составило бы всего 1-1,5% общего рынка недвижимости.

В Америке доля ипотечного кредитования достигает около 70-80% розничных кредитных портфелей банков, а значит, свертывание этого вида услуг ведет к серьезной дестабилизации рынка. В России же доля ипотечного кредитования составляет примерно 13% розничного портфеля, что не может оказать большого влияния на работу всего сектора.

До того момента, как кризис в США приобрел общемировые масштабы, российские банки вели активную охоту за ипотечными клиентами. Из-за жесткой конкуренции многие в нарушение мировых стандартов снижали требования к заемщику. Так была упрощена проверка платежеспособности клиентов, общепринятой практикой стало устное подтверждение дохода, привлечение близких родственников заемщика в качестве созаемщиков.

Падение качества кредитов, естественно, привело к росту дефолтов. В первом полугодии 2007 года, по данным АИЖК, доля просроченных кредитов выросла более чем втрое с 0,75% (261 млн руб.) до 2,5% (1,3 млрд руб.).

До кризиса рынок ипотечного кредитования увеличивался в 2-2,5 раза за год. К 2010 году его размеры составили бы $90 млрд или 5,5% от ВВП. Если бы ипотечный кризис в США сейчас не остановил негативные тенденции в российской банковской сфере, то к тому времени около 50% всех выданных кредитов относились бы к категории рисковых! И сам кризис привел бы к коллапсу всей национальной банковской системы и сильно ударил бы по смежным отраслям экономики.

Сегодня доля рисковых кредитов в портфелях российских банков составляет 5%, причем крупные игроки могут без опасений держать в портфеле до 10% высокорисковых займов.

В сложившейся ситуации можно прогнозировать повышение здоровой конкуренции, а следовательно - и качества кредитов.

Средние банки будут продавать свои ипотечные портфели, и эта тенденция усилится. По нашим оценкам, небольшие банки уже договорились о продаже 20-30% ипотечных кредитов крупным участникам рынка, как частным, так и с государственным участием. В целом за 2007 год сумма сделок в этом сегменте может превысить $1 млрд.

Мелкие банки, имевшие на балансе большую часть рисковых кредитов, могут оказаться на грани разорения, часть банков могут вообще свернуть работу по ипотечному кредитованию.

Сейчас банковскому сообществу необходимо стремиться к стандартизации бизнеса, сформулировать такие понятия, как стандартные и нестандартные (sub-prime) кредиты, а также объединить усилия для снижения доли рисковых портфелей.

...то русскому здорово

Январская встряска фондовых рынков заставила содрогнуться и рядовых инвесторов, и профессионалов. Интересно, но первые проявили выдержку, здраво рассудив: уж коли где убыло, там непременно прибыть должно. А вот у финансовых гуру нервы сдали. Они заговорили об экономической катастрофе.

Олег Вьюгин, председатель Совета директоров МДМ-банка, выступая на Глобальном инвестиционном финансовом форуме (Global Investment and Finance Forum), прошедшем в Москве в декабре 2007 года, предостерегал коллег и чиновников от благодушного созерцания. Внешнее благополучие российской экономики, говорил он, не должно успокаивать. Проблем следует ожидать от высокой инфляции и от международного долгового рынка. Он закрылся из-за кризиса в США примерно до середины года или до той поры, когда инобанки оценят свои убытки, и выставят новый уровень маржи. В связи с «перерывом» российские компании и банки, которые обязаны погасить в 2008 году кредитные долги в размере $80 млрд, понесут серьезные потери. Чтобы их избежать, банки должны рефинансировать свои обязательства. В этом им помогут либо краткосрочные кредиты Центробанка, либо госбюджет средствами налогоплательщиков, либо у банков появится возможность рефинансирования с помощью рыночных механизмов. Если этого не произойдет, подчеркнул О. Вьюгин, рост банковской системы значительно замедлится.

Между тем на Всемирном экономическом форуме в Давосе министр финансов РФ Алексей Кудрин, уверенно исключив трудности отечественных банков, лучился оптимизмом: «Россия не понесла существенных потерь от мирового кризиса. Интерес к России как к острову стабильности будет возрастать, так как экономика США на грани рецессии, а рост мировой экономики замедляется».

Центральный банк РФ тоже высказывается за то, что кризисная волна обошла страну. «Мы наблюдали коррекцию на мировых рынках - прежде всего на рынках акций. Не думаю, что она серьезно повлияет на российскую банковскую систему, поскольку банковские институты у нас неактивно приобретают акции», - полагает Константин Корищенко, зампредседателя Банка России.

Но слово «кризис» все-таки щекочет нервы. Егор Гайдар, директор Института экономики переходного периода, убежден, что надежды на то, что Россия станет тихой гаванью для иностранного капитала, не подтверждаются историей мировых кризисов. При таких передрягах инвесторы выводили деньги с развивающихся рынков и размещали их в американские казначейские бумаги, а не наоборот. К сожалению, мнения финансовых гуру во многом с ним совпадают.