Довелось недавно беседовать с финансовым директором одной очень крупной строительной компании. Спрашиваю, как у них сегодня складываются отношения с банками, не повлиял ли и на них пресловутый кризис ликвидности? Оказывается, проблемы мирового финансового рынка уже затронули наши компании - и не только финансовые.

Раньше, отвечает мне босс, банкиры стояли к ним в очередь, мечтая выдать кредит. Еще бы, компания имеет безупречную деловую репутацию на протяжении многих лет. Теперь в банке им очень вежливо отказывают в кредитах, предлагая зайти за деньгами через месяцдругой. Как же вы будете выкручиваться, задаю очередной вопрос. Если денег так и не будет, начнем сворачивать инвестиционные программы, в худшем случае может начаться срыв сроков выполнения плановых работ, отвечает мой собеседник...

Сегодня эксперты расходятся во мнениях, когда восстановится глобальный финансовый рынок. По самым оптимистичным оценкам, окончания ипотечного кризиса в США и кризиса ликвидности в Америке и Европе можно ждать не раньше середины 2008 года. Пессимисты же обмениваются такими «подарками», какой, к примеру, преподнес банкирам и инвесторам в конце прошлого года британский финансист Гай Хэндс. Под Рождество он разослал им книгу, которая называется «Великий обвал 1929 года».

МНОГОЭТАЖНАЯ АМЕРИКА

Больше всего сейчас в Америке опасаются начала рецессии. Восемьдесят лет назад ее просмотрели. И фондовый кризис 1929 года в США перерос в Великую депрессию. Правительство США и президент Герберт Гувер тогда успокаивали рынок утверждениями, что проблемы есть, зато дальше будет только лучше. Кризисные явления лишь очистят экономику от неэффективного производства. Однако убытки росли, как снежный ком, и по стране прошла волна банкротств. За четыре года в Америке разорилась треть банков. Кризис и разорение банков привели к падению доходов и сокращению кредитования, что, в свою очередь, вело к снижению потребления и сворачиванию производства. Одновременно росло число безработных, доля которых среди трудоспособного населения достигла 25%.

Поэтому сегодня в Соединенных Штатах внимательно следят за статистикой по безработице и уровнем потребления. В сентябре прошлого года безработица в США выросла до максимального уровня с лета 2006 года и оставалась на

О вероятности значительного экономического спада говорится в докладе ООН, посвященном экономическим перспективам наступившего года. В нем приводятся два возможных сценария развития событий - базовый и пессимистический. По базовому глобальная экономика довольно спокойно переживет трудности США. Мировой рост чуть замедлится и составит вместо 3,7%, как было в прошлом году, 3,4%.

Второй сценарий - пессимистический. По нему экономика Соединенных Штатов впадает в рецессию. Инвестиции в строительство там сокращаются на треть, цены на жилье снижаются на 15%. Рост потребительского спроса, который составлял последние годы в среднем 3%, останавливается, доллар ослабевает на 20%. Рецессию в США прогнозируют также аналитики Morgan Stanley и Goldman Sachs. А по мнению экспертов Merrill Lynch, она уже реальность.

Да что говорить, если сам Алан Гринспен, бывший шеф Федеральной резервной системы США оценивает вероятность рецессии в 50%. Более того, он указал на то, что экономика начинает демонстрировать первые признаки стагфляции, когда совпадают замедление экономического роста, растущая инфляция и безработица.

За последние несколько месяцев на кредитные рынки для поддержания ликвидности были выброшены сотни миллиардов свеженапечатанных долларов. При этом сам кризис они не погасили. Ликвидность в систему влили, указывает аналитик рейтингового агентства «Standard & Poor's» Екатерина Трофимова, но она не поступила в кредитную деятельность. Деньги в экономике остались и подогревают инфляцию.

По мнению профессора Стэнфордского университета Михаила Бернштама, Соединенные Штаты впервые столкнулись с ситуацией, когда ничего реально нельзя сделать. Банковская система страны очень сильно разрослась, работает с очень сложными финансовыми инструментами. Иной раз регулятору сложно бывает отслеживать назревшие проблемы. В частности, сейчас вылезла одна из них - очень многие займы давались за пределами балансов банков, они не считали их займами, поскольку сразу же продавали через облигации инвесторам. Но при этом банки не откладывали необходимые средства и в резервные фонды.

Кредитный мультипликатор увеличился до бесконечности. По некоторым оценкам он достиг уровня 14-15, когда каждый наличный доллар привязан к цепочке из 14-15 одновременно действующих кредитных транзакций, т.е. на ипотечные закладные выпускались пакеты ипотечных облигаций, на них - облигации финансовых институтов. Облигации финансовых институтов являлись обеспечением кредитов, полученных другими финансовыми институтами.

В этом огромном 14-этажном доме ФРС может изменить лишь фундамент, говорит господин Бернштам, но она вряд ли увидит, что происходит на седьмом или десятом этажах, тем более не может влиять на происходящие там события. Это проблема нового времени.

Именно по причине скрытых потерь, оценить масштабы катастрофы сложно. Если убытки окажутся значительными - они могут достичь $450 млрд, то крупнейшие игроки рынка США потеряют значительную часть не только своей прибыли, но и собственного капитала. В такой ситуации есть риск, что банкам придется продать наиболее ликвидные активы и сократить свои расходы, а это обычно ведет к массовым увольнениям. Ясность в этом вопросе наступит в феврале-марте, когда будут опубликованы полные финансовые результаты за прошедший год.

ВСЕ ПОДОЗРЕВАЮТ ВСЕХ

Поскольку ипотечные кредиты перепродавались помногу раз, они есть в портфеле чуть ли не каждой финансовой структуры. Причем это относится не только к американцам, но и к французам, немцам и другим европейцам, которые подписывались у своего банка на финансовые продукты, не связанные с этим риском, а оказалось, что и в них присутствует частица перепроданных американских ипотечных кредитов.

Не случайно ряд экономистов называет возникшие в мире проблемы не кризисом ликвидности, а кризисом доверия. И никаким центробанкам не под силу его решить. Дело в том, что деньги в мире есть. Их даже очень много. Но паника, охватившая финансовые рынки, заставляет инвесторов хранить деньги «под матрасом». Они не осмеливаются их оттуда доставать, так как не уверены, что, пустив их в дело, завтра при необходимости смогут сами рефинансироваться. Так что сегодня задача номер один для мировой финансовой системы - заставить банки доверять друг другу.

Рост безработицы в США дал основание экспертам прогнозировать повторение экономического кризиса 1929-1933 годов

Что касается глобального экономического кризиса, Михаил Бернштам полагает, что толчком к нему будет служить не тот факт, что два миллиона американских домовладельцев не смогут оплачивать ипотечный кредит. Он произойдет, если завтра резко упадет цена на нефть. Тогда сырьевые компании, набравшие многомиллиардные кредиты, не смогут их вернуть. Возьмем, Россию, где только внешний долг отечественных компаний сегодня зашкаливает за $400 млрд. И это долг одного довольно небольшого заемщика. А если представить, что нечто подобное случится в большом круге развивающихся стран? Поэтому внимание всей мировой финансовой элиты приковано к Китаю. Сможет ли он поддерживать высокие темпы развития при очевидном торможении американской экономики. Дело в том, что по некоторым сырьевым товарам Китай обеспечивает до 90% ежегодного прироста потребления в мировом масштабе. В случае серьезного замедления этой азиатской экономики - ниже 8% роста ВВП в год - общемировой рост спроса на энергоносители может сократиться на четверть. Такой исход весьма вероятен. Ведь в самом Китае все чаще звучат панические нотки о перегреве экономики. Предпринятые правительством этой страны усилия охладить ее пока не увенчались успехом. Более того, проблемы на основных финансовых рынках могут привести к дополнительному притоку капитала в Китай. От этого может быть только хуже, так как приводит к появлению гигантских пузырей. Так фондовый рынок материкового Китая вышел на четвертое место в мире по объему капитализации и теперь уступает только США, Японии и Великобритании. Эксперты тревожатся, что там образовался пузырь, а они имеют свойство резко сдуваться.

На этот риск указывает и аналитик по глобальным рынкам исследовательской компании Emerging Portfolio Fund Research Global Кэмерон Брандт. Он считает, что «притаившиеся» деньги инвесторов рано или поздно должны начинать работать. Куда они пойдут? Не исключено, что развивающиеся рынки станут тихой гаванью для инвесторов. И это может стать основной тенденцией наступившего года.

Риск состоит в том, что страны третьего мира едва ли способны будут переварить деньги всех инвесторов, которые бегут туда от финансового кризиса в развитой части планеты. Поэтому рано или поздно, считает профессор экономики Массачусетсского технологического института Риккардо Кабальеро, поток средств снова хлынет на американский рынок.

Основным конкурентным преимуществом Соединенных Штатов остается хорошо развитая финансовая система. Именно по этой причине американская экономика еще достаточно долго сохранит позиции сильнейшей, говорит старший экономист Центра экономических и финансовых исследований и разработок Ксения Юдаева, что станет главным сдерживающим фактором развития там полномасштабного кризиса. В нем никто не заинтересован - ни сами США, ни Китай, ни Россия, ни Европа. Доллар является мировой расчетной денежной единицей. Если с ней произойдут неприятности, то это очень больно ударит по остальным странам.

В сложившихся условиях Центральным банкам приходится несладко, полагает Михаил Бернштам, им нужно учиться новой стратегии и тактике поведения на рынках капитала, а это всегда трудно. Нынешние финансовые проблемы - тревожный звонок для современного института центральных банков, соглашается Стефен Роуч, председатель совета директоров Morgan Stanley Asia, они проспали момент, когда им надо было вмешаться. Мир не может себе позволить двигаться от одного пузыря к другому, говорит Роуч, сегодня необходимо провести глубокую ревизию института центральных банков. Пока еще не поздно.

Теперь внимание всей мировой финансовой элиты приковано к Китаю: сохранит ли он высокие темпы развития?

РОССИЯ - ЧАСТЬ ГЛОБАЛЬНОГО РЫНКА

Все-таки прав был первый заместитель председателя Банка России Геннадий Меликьян, когда в августе прошлого года начал бить тревогу по поводу роста внешних заимствований отечественных кредитных организаций. «В среднем по банковской системе уровень внешних займов составляет 15% от пассивов банков, а у некоторых организаций значительно выше», сообщил летом Меликьян. По его словам, международные эксперты заимствования в объеме до 20% пассивов считают «более или менее нормальными», менее 25% «плохими», 30% «очень плохими», а более 30% «практически недопустимыми». Тогда Геннадия Меликьяна обвинили в нагнетании нервозности, более того, некоторые банкиры признали его высказывания провокационными, мол, такими неосторожными словами был вызван в России кризис доверия 2004 года.

Однако спустя пару месяцев, на рынке заговорили совсем по-другому. И в адрес Банка России посыпались одна за другой благодарности. На фоне разворачивающегося во всю мощь мирового кризиса ликвидности наш Центробанк впервые проявил недюжинные способности по своевременному оказанию помощи кредитным организациям. ЦБ быстро отреагировал на то давление, которое происходило извне и, реформировав, упростив систему рефинансирования, способствовал стабилизации на рынке. Особенно щедро хвалили как раз господина Меликьяна.

Сегодня общая сумма российского внешнего долга остается внушительной и доходит до $430 млрд. Примерно половина этой задолженности приходится на государственные компании и банки, прежде всего, на «Газпром», «Роснефть» и ВТБ. Среди негосударственных структур крупнейшими заемщиками за рубежом являются нефтяные компании. Что касается банков, то совокупный долг отечественных кредитных учреждений перед западом перевалил стомиллиардный рубеж. За прошедшие семь лет их внешние долги выросли в 14 раз и уже вдвое превышают собственный капитал по системе в целом. Свои обязательства перед Западом наращивали в основном те российские банки, которые не связаны с теми или иными финансово-промышленными группами и, соответственно, у которых просто не было других внутренних источников финансирования.

Первый зампред ЦБ Геннадий Меликьян еще в прошлом году предостерегал банки от излишних заимствований за рубежом

Рано или поздно долги приходится отдавать. Одних только процентов по кредитам, которые российские банки и компании назанимали на Западе, уже набежало на $40-45 млрд, говорит первый заместитель председателя Банка России Алексей Улюкаев. По оценке международного рейтингового агентства Standard & Poor's в этом году отечественным кредитным организациям предстоит погасить порядка $30 млрд платежей по синдицированным кредитам и евробондам. Зависимость отдельных крупных банков от внешнего финансирования оказалась настолько велика, что у экспертов вызывает опасения их дальнейшая судьба. Очень многие из этих кредитов краткосрочные, их занимают, потом отдают и снова перезанимают, говорит профессор Стэнфордского университета Михаил Бернштам, так что самая серьезная проблема для российских банков и компаний - проблема рефинансирования.

Однако деньги на западных рынках в прошлом году заметно подорожали, а такой привлекательный инструмент долгосрочного фондирования, как секьюритизация, и вовсе исчез из лексикона инвесторов. В итоге ряд российских банков вынужден был сократить программу внешних заимствований, что незамедлительно сказалось, в частности, на объемах ипотечного кредитования. Например, осенью Москоммерцбанк сначала вовсе приостановил выдачу кредитов по ипотеке, затем возобновил, но уже с более жесткими требованиями к заемщикам. Из-за выплат по внешним займам Банк Москвы в ноябре продемонстрировал убыток в 1,2 млрд рублей. А осеннее размещение облигаций нового банка «Тинькофф Кредитные Системы» (ТКСБанк) и вовсе закончилось провалом, даже обещания высоких доходов не смогли соблазнить зарубежных инвесторов. Урок американского кризиса не прошел даром и для других кредитных организаций, требования к заемщикам в итоге ужесточили многие банки.

Между тем, кредитный аналитик агентства Standard & Poor's Екатерина Трофимова подчеркивает, что если бы «эта пертурбация на мировых финансовых рынках произошла года через дватри, на российской банковской системе она отразилась бы в более серьезной степени. Для российской банковской системы это очень серьезный сигнал для того, чтобы правильно перестроиться и скорректировать свое развитие». Характерен пример соседнего Казахстана, по которому мировой кризис ликвидности ударил особенно болезненно. Там к началу кризиса внешний долг банков составлял примерно половину всех их пассивов, и в целом объем этой части банковского долга приблизился к 40% ВВП страны. Если до мировых финансовых проблем такой «образ жизни» нашего соседа считался едва ли не образцом, о чем писал, в частности, неоднократно и наш журнал, то после Казахстан стали приводить в пример уже в другом качестве, как «не надо жить» в долг.

Для России все может обернуться большими проблемами, если в мире начнется полномасштабный экономический кризис. В октябрьском номере (2007) НБЖ старший советник ФСФР, член совета директоров Инвестторгбанка Юрий Данилов опубликовал статью, в которой предупреждал о приближении глобального кризиса мировой экономики. Он убежден, что рано или поздно это случится. И тогда России может не хватить своих золотовалютных резервов, чтобы поддержать всех. «Помогать в первую очередь будут не банкам, а госкорпорациям», считает Данилов.

В этом году нам также придется зафиксировать замедление темпов роста отечественной экономики. Во всяком случае, в первые полгода, когда будет особенно остро ощущаться дефицит кредитных средств. Сейчас банки могут привлекать только синдицированные кредиты. Рынки секьюритизации и евробондов будут закрыты предположительно до июля. В выигрыше окажутся те банки, которые активно привлекали депозиты населения - Сбербанк, банк «Возрождение», Банк Москвы. На фоне мировых проблем увеличится их маржа, поскольку ставки по вкладам выросли незначительно, а ставки кредитования увеличились сильно. Сбербанк в конце года привлек такой выгодный синдицированный кредит, что остальные игроки рынка «просто лопнули от зависти». Трехлетний синдицированный займ объемом $ 750 млн обошелся банку в LIBOR + 0,45 % годовых. По поводу удачной сделки гуру долгового рынка Белла Златкис из Сбербанка сказала буквально следующее: «Мы оказались терпеливыми, за наше терпение нам воздалось. Мы начали думать о синдицированном кредите и структурировать сделку еще в сентябре, дождались своего окошка и звездного часа. В этом и заключается искусство удачно занять. Но для того чтобы иметь возможность выбирать оптимальные условия, нужно иметь хороший баланс. И он у нас есть. Нам не приходится бежать за деньгами по любой цене».

В одном интервью председатель совета директоров строительной корпорации Mirax Group Сергей Полонский назвал интересным для компании американский рынок недвижимости: «Изза кризиса земля там продается по грошовым ценам. Через 3-5 лет она будет стоить намного дороже». Одним словом, неизвестно, кто от кого через несколько лет будет больше зависеть: российская экономика от американской или наоборот...