Макет делового центра «Москва-Сити» с башней «Россия» (на переднем плане)

Приезд в Россию одного из лидеров архитектуры хай-тек легендарного Нормана Фостера вызвал отнюдь не праздный интерес и в банковской среде. На лекцию мэтра в Москве, проходившую в необустроенном цехе бывшего винзавода, собралось 3 тыс. гостей, десятки тысяч специалистов и ценителей современного зодчества посетили масштабную экспозицию «Пространство и время» в ГМИИ им. А.С. Пушкина. Оказалось, что идеология офисных и банковских зданий Фостера гораздо интересней их скандальной формы или олимпийской высоты.

«Кредитная история» сэра Нормана Фостера

ведет отсчет с начала 80-х со здания HongKong & Shanghai Bank в Гонконге. Циклопическое сооружение строилось прямо над старым низким строением, в котором не переставали трудиться банковские служащие. HongKong & Shanghai Bank до сих пор считается одним из знаковых проектов стиля хай-тек. Архитектор вынес на фасады и торцы металлоконструкции, расчленил горизонтали здания расположенными под углом трубами, демонстрируя структуру сооружения. Такое решение должно было олицетворять всесилие систем связи и информационных технологий, оснащенность ими банка, что было вполне в духе начала 80-х с их торжеством яппи.

В 90-х в творчестве Фостера появился совершенно новый акцент. «Я уверен, что есть уединение в толпе, луч солнца в пасмурный день, звездное небо в городе», - эти слова стали одним из кредо архитектора. Хай-тек неожиданно повернулся лицом к человеку в здании Kommerzbank во Франкфурте. Построенный в 1994-1997 гг. небоскреб интересен не высотой в 298,74 м (абсолютный рекордсмен в Европе), и не экзотической формой. Он считается первой экологической мегаструктурой в Европе - архитектура сооружения, рассчитанного на 2400 сотрудников, подчинена экологии и энергосбережению.

 Норман Фостер

Треугольное в плане здание построено так, что на нескольких высотных отметках этажи перемежаются этажами-садами, где растут настоящие деревья, где можно отдыхать и пить кофе. Эти насквозь прозрачные этажи-сады с высокими потолками открывают путь естественному свету в атриум здания. А поскольку с разных сторон небоскреба сады разбивают ритм этажей на разной высоте, атриум и входящие в него внутренние помещения оказываются как бы в перекрестье солнечных лучей. Избежать обычной для атриумов духоты удается благодаря «умным окнам» специальной системе автоматического открываниязакрывания окон, обеспечивающей продуманное охлаждение всего здания. Так, для банковских офисов создается неожиданная среда, а естественная инсоляция и вентиляция, на радость хозяевам, снижают энергопотребление колосса.

Предвосхищая запросы Generation X

Но самое удивительное, что внимание архитектора к экологии и стилю офисной жизни стало катализатором его авторских успехов. Так случилось с ныне легендарным «огурцом» - зданием страховой компании Swiss Re, по которому наравне с Биг Беном сегодня узнают Лондон. Проектируя небоскреб, Фостер стремился к тому, чтобы естественный свет максимально долго задерживался во внутренних уголках здания вплоть до нижних этажей. В цилиндрической башне можно было, по идее, добиться этого, «пробив» вертикальные световые колодцы сверху вниз. Но солнце не стоит на месте, и, миновав зенит, оно тут же погрузило бы внутренние офисы во мрак. И тогда, стараясь угнаться за солнцем, архитектор «закрутил» световые колодцы в спираль, наискось разбив ими этажи. Заодно была разбита и скука офисной «сетки». Так, цилиндр закрутился в корнишон, полукруглые бока которого открыли многим не только вид на город, но и невиданное прежде чудо - звездное небо.

 Успешность подходов Фостера определяет не только рыцарское достоинство, в которое произведен в прошлом рабочий из Манчестера, но и способность угадать чаяния среднего класса Европы. С его усталостью от карьерной гонки, поиском идеальной среды обитания, антиглобалистским неприятием холодности корпоративных структур. Всего того, что в культовой книге Дугласа Коупленда «Generation X» названо «бегством конторских крыс» - распространенное в среде молодых служащих нежелание работать во вредных для здоровья офисных помещениях, подверженных «синдрому больных зданий». Тот же феномен позже нашел отражение в десятках фильмов, книг и статей. Страх перед кондиционерами, клаустрофобия, дефицит солнца. Экологический хай-тек претендует стать ответом на вызов, и, похоже, корпоративный капитализм снова проявляет удивительную способность бороться с собственными противоречиями не путем их разрешения, а путем их сглаживания.

Приживется ли «Россия» в России?

Недалеко то время, когда твореньем Нормана Фостера можно будет полюбоваться и в Москве. Для делового центра «МоскваСити» архитектор проектирует башню «Россия» высотой в 640 м. В ней предполагается разместить офисы и апартаменты, и уже известно, что в ее основании планируется крытый каток (экстравагантно для небоскреба, но, может быть, это то, что нужно душным летом в обеденный перерыв). Кроме того, сооружение будет «абсорбировать» дождевую воду и снег, которые покроют часть потребностей в воде и сэкономят энергию. Но приживется ли «хай-тек с человеческим лицом» в России? Вопрос остается открытым. В отечественной истории есть пример обращения к зданиям, ориентированным на «нового человека», и он неутешителен. В 1920-х гг. архитекторы русского авангарда предложили целое созвездие решений, которые должны были подарить солнце, уединение, многофункциональность. Мало того, их эксперименты были поддержаны и профинансированы. Так, для любителей солнца появились прогулочные галереи на крышах, как на знаменитом доме-пароходе Наркомифина архитектора Гинзбурга, для любителей уединения - балкончики на торцах здания, как на доме Наркомзема, или смотровая площадка с винтовой лестницей, как в правительственном санатории «Сосны». К сожалению, уровень общей культуры быта похоронил эти новации. Например, галерея на доме-пароходе оказалась по соседству с пентхаусом наркома, и сотрудники как-то не спешили на прогулки. Только на рубеже нового тысячелетия вкус к жизни и поголовное увлечение дизайном снова подняли вопрос о качестве офисной среды.

Не все удачные на Западе решения можно повторить в России

Kommerzbank во Франкфурте

Полноценное развитие банковской архитектуры в России возродилось только к середине 90-х. Подходы варьировались от реконструкции обширных старинных зданий, как в случае со штаб-квартирой Конверсбанка в Москве на Гончарной улице, разместившейся в городской усадьбе XVIII века, до возведения огромных административных комплексов с «нуля», как, например, генерального офиса Сбербанка на столичной улице Вавилова. Причем, по имеющейся информации, при проектировании последнего проводилось анкетирование сотрудников, ставившее целью, в частности, узнать, как должен выглядеть идеальный офис. Максимальное проникновение естественного света стало одним из главных пожеланий заказчика.

Что касается облика банковских зданий, то определяющего стиля в 90-х не существовало, как, впрочем, не существует и теперь. Встречаются и неоклассицизм, и конструктивизм, и постмодернизм. И, конечно, хай-тек.

Но не секрет, что и при проектировании новых зданий, интересы обитания сотрудников не ставились архитектору в качестве приоритетной задачи. Да и сейчас многие ли из хозяев бизнеса задумываются об этом? На Западе интерес к капризам сослуживцев вызван не только повышением сознательности менеджмента, но и внедрением новых бизнес-технологий, в частности CRM и латерального маркетинга. Офисная сетка в отличие от природы к личной креативности служащих мало располагает. Тогда как хороший микроклимат объективно способствует лояльности сотрудника, не говоря уж о его трудоспособности.

Понятно, что не все удачные на Западе решения можно повторить в России. Впрочем, это вопрос технологии, а вот насколько будет комфортным пребывание сотрудников в офисе, оценят ли они собственное счастье и оправдывает ли имидж дорогую архитектуру - вопрос скорее не к архитекторам, а к банкирам.