По мнению специалистов, главная идея мегарегулятора - стимулировать банковский сектор к ответственно­му подходу к принимаемым рискам. Ужесточение резервных требований должно подтолкнуть финансовые ор­ганизации к проведению более взве­шенной кредитной политики. Однако, как отмечают наблюдатели, у этой медали вполне может оказаться и другая сторона: банки будут вынуж­дены ужесточать требования к заем­щикам, что не замедлит сказаться на объемах как розничного, так и корпо­ративного кредитования.

ПРИВИТЬ НЕЛЮБОВЬ К НЕОБЕСПЕЧЕННЫМ КРЕДИТАМ

Банк России повысил минимальные ре­зервы на потери по необеспеченным потребкредитам, выданным начиная с 1 января 2014 года. С 1.03.2014 банки уже формируют резервы на возможные потери по ссудам для непросроченных и минимально просроченных кредитов вдвое выше, чем раньше. Это очеред­ная проверка на прочность тех банков, которые работают в высокорисковом сегменте, считают специалисты.

«Повышение требований безус­ловно повлияет на сокращение объе­мов выдаваемых ссуд. Наряду с ужесто­чением регулирования, на охлаждение сегмента потребительского кредитова­ния будут воздействовать как минимум еще две сильные тенденции. Первая -общее замедление экономического ро­ста и связанное с этим снижение объ­емов кредитных портфелей. Вторая -пересмотр банками требований к заем­щикам в сторону ужесточения, которое мы наблюдаем с осени 2013 года. Похо­же, активные игроки на рынке потреби­тельского кредитования сами осознают, какие риски могут реализоваться из-за чрезмерно высоких темпов роста, и путем ужесточения требований к заем­щикам стремятся найти лучший баланс риска и доходности», - убеждена веду­щий аналитик Standard & Poor's Ирина Велиева.

По мнению ЦБ, розничные банки не всегда адекватно оценивают риски, связанные с резким скачком потреби­тельского кредитования, который не совсем коррелируется с ростом эконо­мики. В результате регулятор ужесто­чает требования к расчету достаточно­сти капитала и формированию резер­вов по потребительским ссудам. В то же время эти меры могут привести и к обратной тенденции: когда увеличи­вается риск, нужно привлекать гораздо больше клиентов, то есть увеличивать темпы роста продаж, чтобы сохранить уровень рентабельности. «Выходом,

на мой взгляд, может стать политика по концентрации розничного кредито­вания на обслуживании сотрудников, получающих зарплату на карты банков. Регулятор оставляет размер резервов по ссудам, предоставленным «зар-платникам», на более низком уров­не по сравнению с другими портфеля­ми необеспеченных ссуд. Кроме того, под политику ужесточения не попадает ипотечное кредитование, как продукт с низким уровнем риска», - отмеча­ет вице-президент Московского Инду­стриального банка Юрий Птицын.

С точки зрения директора по рын­кам капитала и связям с инвестора­ми Восточного экспресс банка Вик­тора Тимонина, объемы выдаваемых кредитов продолжат расти, но менее быстрыми темпами, так как требова­ния по резервированию влияют только на капиталоемкость бизнеса. Эксперт отмечает, что регуляторные изменения дали толчок банкам к пересмотру своих политик по рискам.

«Ужесточение резервирования не является главным фактором, сдержи­вающим динамику кредитования. Ухуд­шение экономических показателей и реальное снижение качества клиент­ской базы - вот что тормозит этот про­цесс в первую очередь. Вместе с тем сохраняется напряженность с ликвид­ностью. Она не отражается в ставках по межбанку или в нормативах лик­видности, так как межбанк стал рын­ком для очень небольшого числа кре­дитных организаций. Но если банки демонстрируют нормативы с большим запасом, это указывает на напряжен­ность рынка. Получается, что многие финансовые учреждения вынуждены держать реально избыточную ликвид­ность в ожидании новой волны пани­ки вкладчиков, увеличивать портфель ценных бумаг или открытые валют­ные позиции. Это касается и «корпора-та», и розницы. На этом фоне измене­ние уровня резервов - не определяю­щий фактор. Хотя в потребительском кредитовании регулятивное ужесточе­ние явно идет с опережением рыноч­ных трендов. Здесь требования изме­нились сильнее и быстрее, чем реаль­но ухудшаются портфели в розничном кредитовании», - анализирует ситуа­цию заместитель генерального дирек­тора «Эксперт РА» Павел Самиев.

По мнению заместителя началь­ника департамента кредитных рисков Нордеа Банка Ольги Хантимировой, поскольку именно необеспеченные ссу­ды являются для банков самыми до­ходными, то даже существенное увели­чение нормы резервирования не при­вело к заметному снижению темпов роста объема потребительского безза­логового кредитования.

«ЦБ вводит требования к форми­рованию резервов на возможные поте­ри по ссудам для непросроченных и минимально просроченных креди­тов вдвое выше, чем раньше, увеличи­ваются коэффициенты риска при рас­чете Н1 в зависимости от стоимости кредитов. Даже для игроков, у кото­рых потребительское кредитование не является целевым сегментом и зани­мает незначительную долю в рознич­ном кредитном портфеле, создание до­полнительных резервов будет суще­ственной нагрузкой. Как поведут себя банки в текущей ситуации после изме­нений, введенных для кредитов, выдан­ных после 1 января 2014 года, покажет время. Возможно, они продолжат кре­дитование, невзирая на высокую риско­ванность операций, но повышая при этом ставку с целью частично компен­сировать расходы на резервирование. Или им придется пересматривать свою кредитную политику», - подчеркивает Ольга Хантимирова.

Начальник управления анализа кредитных рисков Инвестторгбанка Максим Сасаев уверен, основные про­блемы коснутся тех кредитных учреж­дений, которые не создавали адекват­ных резервов по обесцененным ссудам, большинство из которых стали про­блемными после кризиса 2008-2009 годов. «Плохие» долги переводили в срочную задолженность с отсрочкой платежа по основному долгу и процен­там на конец срока договора и в даль­нейшем по ним осуществляли неодно­кратную пролонгацию. «Не секрет, что банки используют некоторые креди­ты для искусственного регулирования нормативов, а также для финансирова­ния бизнесов конечных бенефициаров банка. В условиях отсутствия стабиль­ного денежного потока, позволяющего обслуживать данные ссуды, и наличия признаков нереальной деятельности компаний-заемщиков, ЦБ указывает на необходимость оценивать эти кре­диты как сомнительные с созданием по ним существенного резерва», - про­гнозирует эксперт.

«В целом мы не ожидаем драмати­ческого снижения объемов кредитова­ния из-за данного фактора, хотя опре­деленную дополнительную нагрузку на капитал эта мера обеспечит. Воз­можно, многие финансовые институты произведут диверсификацию портфеля в сторону увеличения доли обеспечен­ных кредитов и кредитов, предостав­ляемых клиентам, уже обслуживаю­щимся в банке, а также скорректируют свои аппетиты к риску. В любом случае поскольку резервированию по новым минимальным ставкам будут подле­жать кредиты, выдаваемые с 1 янва­ря 2014 года, у банков еще есть время изменить свою кредитную полити­ку в отношении данной группы ссуд и выбрать наиболее приемлемый вари­ант работы на рынке розничного кре­дитования», - убежден директор депар­тамента розничного бизнеса и управле­ния региональной сетью Росгосстрах Банка Вилен Ли.

НЕ СОШЛИСЬ ОЦЕНКАМИ?

Основные проблемы, возникающие у банков в ходе осуществления надзора, связаны в первую очередь с различным восприятием или трактовкой отдель­ных пунктов Положения № 254-П, ко­торое определяет порядок формирова­ния резервов на возможные потери по ссудам. Как часто мнения банков и ре­гулятора не сходятся по вопросам об определении  категорий кредитов и, соответственно, об объемах формируе­мых резервов под кредиты?

Разночтения в основном касаются ужесточения резервирования по инве­стиционным кредитам, считает Юрий Птицын (Московский Индустриальный банк). «В условиях отсутствия выруч­ки на инвестиционной стадии проекта закономерно предоставление заемщи­ку отсрочки исполнения обязательств, в том числе уплаты процентов, что позво­ляет клиенту эффективно распорядить­ся денежными потоками и начать пога­шение обязательств исходя из реаль­ных возможностей. Однако это влечет за собой требования по значительному резервированию, особенно после всту­пления в силу последних изменений в Положение № 254-П. На фоне спада экономической активности и ужесточе­ния условий предоставления ликвидно­сти повышенные расходы на резервиро­вание точно не способствуют развитию кредитования и росту инвестиций», -анализирует ситуацию эксперт.

По мнению Виктора Тимошина (Восточный экспресс банк), основная проблема в том, что система начисле­ния резервов является механической и не отталкивается от реальной бизнес-модели банка. «На самом деле опреде­ление риска гораздо сложнее, чем про­сто коэффициент, который мы долж­ны присвоить однородной группе кре­дитов. В идеале желательно отталки­ваться от предсказательных моделей и матриц перехода, используемых меж­дународными аудиторами в соответ­ствии с МСФО. Они отражают лучшие подходы, которыми обладает банков­ская индустрия для определения кре­дитного риска», - убежден аналитик.

Эксперты подчеркивают, что по­правки в Положение № 254-П позволи­ли бы снять с банков избыточную ре­зервную нагрузку.

«Несмотря на то что Положение № 254-П постоянно претерпевает изме­нения, его можно и нужно дорабаты­вать, уточняя формулировки и внося поправки в действующую редакцию. Например, Положение № 254-П рас­сматривает кредитование на покупку автотранспортных средств как обеспе­ченное залогом кредитование, а креди­тование под залог автотранспортных средств - как необеспеченное. Суть продуктов разная, но риски по этим продуктам мало различаются. Если бы Положение № 254-П позволяло фор­мировать резервы исходя из рисковой составляющей продукта, то излишней резервной нагрузки в данном случае можно было бы избежать», - выска­зывает свою точку зрения Вилен Ли (Росгосстрах Банк).

Павел Самиев (Эксперт РА) счи­тает, что есть некоторые спорные моменты относительно целых секто­ров - лизинга, факторинга, МФО. Вто­рой момент - широкое использование кредитных рейтингов, как внутрен­них, так и внешних. Сейчас в отдель­ных случаях это влияет на отнесение к категории качества.

Если финансовая ситуация в стра­не стабилизируется, позитивное воз­действие на рынок кредитования субъектов малого предприниматель­ства может оказать повышение ста­туса поручительств фондов поддерж­ки предпринимательства и фондов содействия кредитованию субъектов МСП. «Банк России, похоже, не воз­ражает против коррекции Положения № 254-П в случае уточнения требова­ний к таким фондам. Дополнительные требования регулятора касаются повы­шения транспарентности бизнеса фон­дов и установления лимитов кредито­вания одного заемщика или группы связанных заемщиков. Эти требования представляются вполне обоснованны­ми и, полагаю, не вызовут серьезных возражений у банковского сообще­ства», - убежден главный экономист Института фондового рынка и управ­ления Михаил Беляев.

Более сдержанная позиция у Оль­ги Хантимировой (Нордеа Банк): «За много лет существования Положения № 254-П банки в основном научились понимать позицию регулятора и те сиг­налы, которые ЦБ посылает профес­сиональному сообществу через те или иные изменения в Положении. В Банке России достаточно хорошо выстроена система семинаров, адресных ответов кредитным организациям на вопросы, вызывающие неоднозначное толкова­ние. Периодически публикуются разъ­яснения ЦБ по наиболее часто возника­ющим вопросам, проходят публичные обсуждения большинства планируемых поправок к документу».

«Имеет смысл подробно рассмо­треть механизм ограничения ссуд для субъектов среднего и малого бизне­са. Если для частных клиентов все про­писано достаточно точно и грамотно, то разделы взаимодействия с юрлица-ми и классификации ссуд можно улуч­шить. В противном случае пострадают смежные сегменты, такие как лизинг и факторинг», - прогнозирует директор департамента розничных кредитных рисков Росбанка Ольга Махова.

Предпосылка к избыточной ре­зервной нагрузке, которая неявно со­держится в формулировке вопроса, не всегда оказывается верной. Неадекват­ное создание резервов на возможные потери Банк России часто упомина­ет в качестве одной из причин отзыва лицензий в последнее время. С другой стороны, в рамках текущего регулиро­вания российские банки имеют лишь базовые инструменты для оценки и расчета резервов (продвинутый под­ход Базеля II в части кредитного риска по-прежнему недоступен). «В случае если ЦБ будет дальше двигаться по пути гармонизации локальных требо­ваний с международными, банки в пер­спективе получат право использовать более продвинутые модели, и это смо­жет ослабить регулятивную нагрузку на капитал», - комментирует Ирина Вели-ева (Standard & Poor's).

ИГРА ПО НОВЫМ ПРАВИЛАМ

Российские банки с 2014 года начали жить в реалиях Базеля III, рассчитывая новые нормативы достаточности ка­питала, которые станут «подушкой безопасности» на случай кризисов. Участники рынка теперь должны рас­считывать три норматива достаточ­ности капитала вместо одного, как это было раньше. Дополнительно к норма­тиву достаточности совокупного капи­тала (10%) появляются достаточность базового капитала (5%) и основного (5,5%, а с 2015 года - 6%). Как выпол­нение этих новых требований может от­разиться на нашей банковской системе?

«Это будет способствовать замед­лению темпов роста банковских акти­вов. Кроме того, увеличатся потребно­сти системы в новом капитале. Спрос не у всех получится компенсировать естественным приростом капитала за счет заработанной прибыли. На уров­не отдельных игроков проблема будет решаться по-разному - за счет привле­чения дополнительных средств от су­ществующих акционеров, походом к сторонним инвесторам за гибридны­ми инструментами либо выходом на IPO», - анализирует ситуацию Ирина Велиева (Standard & Poor's).

Ольга Махова (Росбанк) коммен­тирует: «Многие рекомендации Базе­ля направлены на взвешенную оценку рисков при выдаче кредитов, особенно корпоративных. Необходимость резер­вировать возможные потери значитель­но сократит место для маневра многим банкам, специализирующимся на кре­дитовании. С другой стороны, игроки рынка будут тщательнее анализировать любые заявки, что должно позитивно отразиться на снижении уровня долгов и наполнении портфелей».

Стандарты Базеля III должны спо­собствовать повышению устойчивости банковской системы в целом и финан­совых институтов в отдельности, укре­пить способности кредитных органи­заций по преодолению кризисных яв­лений, уверен Михаил Беляев (ИФРУ). «Процесс перехода на новые стандар­ты может временно осложнить жизнь банков. Для них ужесточаются количе­ственные и качественные требования к капиталу, что в определенной сте­пени сковывает их кредитные воз­можности, вводятся дополнительные ограничения по привлечению заемных средств, повышаются требования к си­стеме внутреннего риск-менеджмента. Однако постепенность перехода долж­на сделать эту нагрузку вполне посиль­ной для участников рынка», - считает специалист.

Эксперты отмечают, что первый этап перехода российских банков на стандарты Базеля III проходит пока без особых проблем. Нормативы доста­точности капитала выполняются прак­тически всеми игроками рынка. «Пола­гаю, практически все кредитные орга­низации смогут выполнить требования по созданию защитного буфера, кото­рый они должны будут сформировать до 2019 года. Несколько более жесткие требования Банк России готов приме­нять в отношении системно значимых банков. Такое внимание регулятора вряд ли радует руководство и акци­онеров системно значимых банков. В основном это устойчивые и эффек­тивно работающие кредитные учреж­дения, и вряд ли дополнительные регу­лятивные требования могут создать для них серьезные проблемы», - комменти­рует Михаил Беляев (ИФРУ).

Впрочем, наряду со сдержанными оптимистическими оценками звучат и критические замечания, и предупреж­дения - как бы не перегнуть с новыми регуляторно-надзорными требовани­ями и не спровоцировать ухудшение общей конъюнктуры на рынке.

«Низкий уровень капитализации остается одним из основных факто­ров, негативно влияющих на креди­тоспособность российских банков, а ужесточение требований к капиталу и нормативу его достаточности приве­дет к тому, что многим игрокам при­дется ужесточить требования к каче­ству заемщиков, к стоимости креди­тов. Это в целом негативно скажется на темпах кредитования. Сокращение объемов кредитования, естественно, не сможет не сказаться на темпах эко­номического роста в России. Перейти же оценку рисков на основе внутрен­них рейтингов в текущем году вряд ли удастся большому числу банков. В этом отношении будут важны и под­ходы Банка России к качественной оценке банковских методик», - под­черкивает Юрий Птицын (Московский Индустриальный банк).

Виктор Тимотин (Восточный экс­пресс банк) прогнозирует: «Капитала в системе не хватает, и ужесточение тре­бований, естественно, снизит рост кре­дитных портфелей. В сложившейся макроэкономической и политической ситуации банкам приходится полагаться на внутренние ресурсы, повышать эффек­тивность и бороться за прибыльные сег­менты, чтобы обеспечить себя капиталом и продолжить развитие. Это дает толчок к переоценке бизнес-моделей и заставля­ет задумываться над их фундаменталь­ностью. В долгосрочном плане слабые и безыдейные игроки покинут рынок, остальные адаптируются и найдут новые решения, что должно позитивно сказать­ся на развитии системы в целом».

«Спорить с тем, что новый Базель нужен, на мой взгляд, странно. Однако надо учесть два фактора. Первый - ско­рость перехода. Быть одной из первых стран в этом процессе - не очень понят­ная цель. Зачем торопиться, особенно с учетом того, что целый ряд развитых стран притормозили переход, уточняют некоторые детали?» - задается вопро­сом Павел Самиев (Эксперт РА).

Впрочем, по мнению аналитика, экономическая стагнация и нестабиль­ность доходов - два фактора, которые сейчас тормозят развитие российско­го банковского рынка куда сильнее, чем ужесточение резервных требова­ний и требований к капиталу. Пока это ужесточение вызывает, как отмечают наблюдатели, лишь «легкую рябь на воде». Но в среднесрочной перспекти­ве именно ужесточение регулирования способно стать куда более заметным фактором, и уж точно к нему придет­ся отнестись со всей серьезностью.