Ужесточение надзора и регулирования финансового рынка со стороны Банка России стимулирует россиян к работе с устойчивыми банковскими организациями. О планах на 2014 год, о наиболее востребованных кредитных программах, об акцентах в законе «О потребительском кредите» и о том, почему банку необходимо понимать, сколько он зарабатывает на конкретном клиенте, рассказал в интервью NBJ заместитель президента-председателя правления ВТБ24 Анатолий ПЕЧАТНИКОВ.

«РОССИЯНЕ СТАЛИ БОЛЕЕ ОБДУМАННО ОТНОСИТЬСЯ К ВОПРОСАМ О ПОЛУЧЕНИИ КРЕДИТА»

NBJ: Анатолий Юрьевич, как бы Вы оценили экономическую активность населения? Какие кредитные программы наиболее востребованы россиянами?

А. ПЕЧАТНИКОВ: Сегодня по портфелям, которые сформированы, можно сделать однозначный вывод - люди предпочитают брать нужную сумму наличными деньгами в отделениях банка и тратить их по своему усмотрению. Основное направление расходов - приобретение товаров, но я не исключаю, что деньги берут и на перекредитование: закрытие ссуд, взятых в прошлом, погашение просрочек в других банках.

Если говорить о трендах, то очевидно: во втором полугодии 2013 года усилия Банка России, политических властей и СМИ привели к тому, что люди стали более обдуманно относиться к получению кредита и к вопросу о том, из каких источников и как они будут погашать привлеченные займы. Прежде всего это касается необеспеченных ссуд на неотложные нужды. Закономерной тенденцией, которая зародилась еще летом прошлого года, стало снижение активности коммерческих банков в кредитовании. Некоторые финансово-кредитные организации и вовсе сняли планы продаж со своих территориальных подразделений. Причина - рост объемов просроченной задолженности. Модели оценки платежеспособности и кредитоспособности, которые применялись до недавнего времени, были слишком либеральными. Они позволяли людям с неустойчивыми и низкими доходами получать достаточно большие кредиты, в результате чего такие клиенты не могли справляться с погашением займов. Я не беру в расчет теневой сегмент этого бизнеса, мошенников и маргиналов, намеренно вводящих банки в заблуждение. Я говорю о добропорядочных клиентах, которые искренне хотели улучшить качество своей жизни, но не смогли трезво рассчитать свои финансовые возможности для своевременного погашения платежей.

Свою роль сыграл и такой неприятный фактор, как замедление роста российской экономики: прирост ВВП по итогам 2013 года составил всего 1,3%. За этой цифрой стоит сокращение доходов населения, что также негативно сказалось на росте просрочки. К сожалению, 2014 год качественно не изменит ситуацию - она только обострится. Общий доход населения начнет падать, снизится и активность бизнеса. Эти тренды касаются ссуд наличными и POS-кредитов.

Если же говорить о целевых программах, таких как автокредитование и ипотека, то здесь ситуация с просрочкой намного лучше. Однако завершение 1 января 2014 года программы льготного автокредитования негативно отразится на рынке. В ипотечном же секторе мы наблюдаем активный рост спроса и увеличение совокупного кредитного портфеля. Здесь тенденция абсолютно противоположная той, которая сложилась на рынке потребительского кредитования, и это закономерный процесс.

NBJ: Ипотека действительно традиционно считается самым надежным и наименее рискованным кредитным продуктом. Насколько активно ВТБ24 занимается развитием данного направления бизнеса? Какую долю в его кредитном портфеле на сегодняшний день занимают ипотечные кредиты? Планируется ли дальнейшее увеличение доли?

А. ПЕЧАТНИКОВ: ВТБ24 - один из ключевых игроков на этом рынке. В общем розничном кредитном портфеле банка доля ипотеки составляет порядка 33% - больше, чем в целом по банковской системе, где доля ипотеки в совокупных кредитных портфелях финансовых организаций балансирует на уровне 28%. Действительно, ипотека - продукт стабильный, надежный и качественный. У нас нет структурных ограничений по развитию этого направления и по дополнительным объемам продаж. Поэтому, если в прошлом году мы выдали новых ипотечных кредитов почти на 230 млрд рублей, то в 2014-м мы замахнулись уже на выдачу 319 млрд. По этим данным вы видите, какой колоссальный рост заложен в наш бизнес-план. Крупные, устойчивые универсальные банки, которые могут себе позволить иметь низкомаржинальные долгосрочные кредитные портфели, конечно же, делают акцент на этом продукте. С точки зрения бизнеса ипотека -устойчивый актив с шестилетней дюрацией, позволяющий кредитной организации на длинном сроке получать процентную маржу.

NBJ: Не слишком впечатляющую, если сравнивать ее с аналогичным показателем по другим видам розничного кредитования.

А. ПЕЧАТНИКОВ: Да, но зато это стабильная маржа с низким риском. Мы данный продукт развиваем, постоянно занима­емся его оптимизацией, боремся за снижение ставок.

NBJ: Какова ситуация с просрочкой в ипотечном кредитовании?

А. ПЕЧАТНИКОВ: Мы не наблюдаем ухудшения качества в ипотеке. В настоящий момент риск по данному продукту составляет не более 0,1% годовых. При этом я должен отметить, что в 2008­2009 годах мы сформировали в нашем банке достаточно большие резервы под просрочку, которая тогда возникла. Сейчас за счет активной работы с просроченным старым портфелем, сформированным в те годы, у нас происходит восстановление резервов.

NBJ: Если сравнивать с Европой, то есть ли потенциал для снижения процентных ставок по ипотеке и по розничным кредитам?

А. ПЕЧАТНИКОВ: При инфляции 6,5% в 2013 году средние ставки по рынку на уровне 12,5% не выглядят драматически высокими. Главное - в 2013 году мы наблюдали очень позитивный и устойчивый тренд на снижение средней ставки по ипотеке, минимум на 0,7% годовых. В 2014 году, я думаю, ситуация будет развиваться в данном же направлении, если регулятор сделает акцент действительно на снижении инфляции и стоимости денег. Это автоматически приведет к тому, что стоимость фондирования будет оставаться на стабильном уровне, а значит, не возникнет предпосылок для роста ставок.

Мы оцениваем потенциал снижения как 0,6-0,8% годовых, но до уровня Европы, конечно, мы не дойдем. Это пока нереально, поскольку процентные ставки зависят от стоимости фондирования, уровня инфляции, операционных затрат банка, которые во многом складываются из требований регулятора. Например, срок хранения бумажных носителей по закону об архивном деле составляет пять лет после погашения кредита, а срок жизни самого кредита составляет в среднем шесть лет. Так вот, стоимость хранения даже одного листочка в течение 11 лет колоссальна: в нее закладываются и аренда склада, и учет, и контроль, и охрана. Кстати, мы активно работаем с регулятором по данному вопросу и другим направлениям, которые влияют на снижение ставок по ипотеке.

Я хотел бы отметить, что нормы резервирования тоже неадекватны. В сложившейся экономической ситуации на основании статистики происходит взвешивание этих активов на капитал. Капитал тоже стоит денег. Задача регулятора - адекватно оценивать риски на ипотечном рынке. Тогда на поддержку ипотечной активности банка потребуется меньший капитал, меньше резервов под эти кредитные портфели. У кредитных организаций, активно занимающихся ипотекой, увеличится прибыль и возникнет дополнительный стимул для развития данных операций.

Конечно, перечисленные аспекты способны снизить стоимость ипотечных продуктов для потребителей. Но в конечном счете ставку определяет рынок, и в настоящее время фундаментальных предпосылок для серьезных ее корректировок в сторону понижения нет.

«ВЛАСТИ РАБОТАЮТ НАД ТЕМ, ЧТОБЫ В РОССИИ ПОЯВИЛИСЬ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ ИНВЕСТОРЫ»

NBJ: Развитие ипотеки требует от банка наличия постоянных источников длинных денег. Как ВТБ24 решает вопрос о фондировании своей ипотечной деятельности? Проводите ли Вы сделки по секьюритизации портфелей ипотечных закладных?

А. ПЕЧАТНИКОВ: Во всем мире в качестве источника длинных денег выступают пенсионные и страховые компании. Ипотечные облигации длинные, они могли бы быть интересны тем институциональным инвесторам, которые имеют большие резервы и могут долгосрочно инвестировать их в ИЦБ. Но, к сожалению, в России налицо проблема с поиском такого рода покупателей. Сегодня правительство и регулятор работают над тем, чтобы и у нас появились инвесторы, которые будут покупать ипотечные бумаги, гарантирующие стабильные доходы. А пока по большому счету кроме Внешэкономбанка, являющегося отчасти институтом пенсионной системы, у нас нет других рыночных покупателей ипотечных ценных бумаг. Еще один долгосрочный инвестор - Росвоенипотека — за счет государственных средств субсидирует военнослужащим платежи по ипотечным кредитам. Есть иностранные инвесторы, но их не так много.

Тем не менее ряд сделок по секьюритизации мы провели. Однако на сегодняшний день основным источником фондирования ипотеки остаются депозиты физических лиц - порядка 80%. В целом для универсального розничного банка это достаточно устойчивый и надежный источник. Также ВТБ24 получает в Банке России фондирование в рамках РЕПО под залог наших ипотечных ценных бумаг. Да, это финансирование сроком до года, но такой инструментарий, направленный на краткосрочное регулирование ликвидности, у нас есть.

NBJ: Активное розничное кредитование требует наращивания филиальной сети банка. В 2013 году сеть ВТБ24 выросла на 344 офиса (число новых точек продаж увеличилось c 690 до 1 034). Расскажите о планах по дальнейшему расширению сети в 2014 году.

А. ПЕЧАТНИКОВ: Банк заметно нарастил мощность сети. Рост был и эффективным, и качественным. Это происходило по двум причинам: ТрансКредитБанк стал частью ВТБ24, следовательно, к нам присоединилось больше 250 точек продаж, кроме того, мы активно развивали собственную сеть.

Отмечу, что присоединение сети ТрансКредитБанка заметно расширило нашу географию, и теперь сервис ВТБ24 стал доступным еще в 97 городах страны, где проживает в общей сложности 3,5 млн человек. За короткий, по сути дела, срок нам удалось провести ребрендинг сети ТКБ. Сейчас перед нами стоит задача - научить персонал работать с продуктами ВТБ24. Не скрою: чтобы привести сеть к единому формату, было потрачено много усилий, как управленческих, так и финансовых. Проект по присоединению ТрансКредитБанка - один из крупнейших на рынке за последние годы;наша цель - сделать это разумно и экономически макси­мально эффективно.

У нас качественно и радикально улучшилась сеть. С такой динамикой роста клиентской базы, как у ВТБ24, для нас абсолютно очевидна необходимость развития инфраструктуры прежде всего в крупных городах, где проживает наибольшее количество клиентов. Скажу честно, мы не везде выдерживаем качество обслуживания и время ожидания в очереди, которое предусмотрено нашими стандартами. Такая ситуация вынуждает нас делать дополнительные инвестиции в инфраструктуру и открытие новых офисов. Параллельно с развитием сети мы расширяем возможности обслуживания через дистанционные каналы. Банк постепенно переводит рутинную транзакционную нагрузку из сети отделений в интернет-банк, мобильный банк, IVR. Задача - сконцентрировать сотрудников на сервисе, консультировании клиентов. Бизнес-план этого года с точки зрения объемных показателей (прироста числа клиентов и продаж продуктов) будет еще более напряженным, чем в прошлом году.

NBJ: Одна из причин роста клиентской базы - это переток в ВТБ24 клиентов из обанкротившихся банков?

А. ПЕЧАТНИКОВ: Последние события на рынке стимулируют население к работе с устойчивыми и крупными банковскими организациями. В данном направлении у нас идет активная работа как с физическими, так и с юридическими лицами. Мы надеемся, что наш банк -яркий пример финансового партнера, который на этот рынок пришел давно и навсегда. Хочу подчеркнуть, что мы постоянно экспериментируем и активно улучшаем качество нашего сервиса, услуг, продуктов, стараемся соответствовать тем потребностям, которые есть у наших клиентов. И если изначально мы старались развивать небольшие офисы площадью 600-700 кв. метров, то теперь основной фокус направлен на сегмент состоятельных клиентов. А для этого необходимо реорганизовать пространство наших дополнительных офисов, сделать его более просторным и комфортным.

В 2014 году у нас появятся новые офисы формата «Флагман» - крупные отделения площадью от 1 500 кв. метров. Такой формат предусматривает полный набор продуктов, предоставляемых на одной площадке. Просторные, комфортные помещения с отдельными зонами для обслуживания состоятельных клиентов, юридических лиц и малого бизнеса позволят нашим клиентам получать любую из заявленных услуг.

«В СИТУАЦИИ, КОГДА ВЫ ВЫДАЛИ 100 КРЕДИТОВ, А 30 ИЗ НИХ КЛИЕНТЫ НЕ ВЕРНУЛИ, КОЭФФИЦИЕНТ ПОЛЕЗНОГО ДЕЙСТВИЯ БАНКА РАВЕН 0,7, ЧТО ЯВЛЯЕТСЯ ОЧЕНЬ НИЗКИМ УРОВНЕМ»

NBJ: Рост просрочек в розничном кредитовании характерен для массового сегмента. Какова ситуация с этой стороны в сегменте состоятельных клиентов?

А. ПЕЧАТНИКОВ: Мы делали сегментный анализ с точки зрения клиенто-ориентированного подхода. У нас разработана система, которая классифицирует клиентов в зависимости от уровня ежемесячного дохода. Проанализировав риски по каждому из наших продуктов, мы увидели, что люди с более высокими доходами лучше платят по кредитам. Отмечу: этот фактор не только производная доходов. Чем выше уровень образования, востребованность на рынке труда, тем лучше наши клиенты платят по ссудам. В массовом же сегменте риски намного выше. Я считаю, что для защиты своих интересов банк обязан ответственно относиться к отбору заемщиков, и этот процесс активизировался летом 2013 года. Участники рынка переосмыслили свое отношение к бизнесу. Вывод - необходимо быть более социально ответственными, ведь это одна из важнейших гуманитарных функций. Если мы видим, что потенциальный клиент заведомо не справится с погашением кредита, он денег не получит, в противном случае это может привести человека к личной драме, а банк - к совершенно ненужным затратам. В ситуации, когда вы выдали 100 кредитов, а 30 из них клиенты не вернули, коэффициент полезного действия банка равен 0,7, что является очень низким уровнем.

Сейчас много говорится про угрозу кризиса в потребительском кредитовании. Да, проблема плохих долгов существует, но лишь для определенной клиентской группы, для конкретных кредитных продуктов и для отдельных банков, не имеющих устойчивой депозитной базы. Мы же ориентируемся на верхние по доходам клиентские сегменты, где кредитная нагрузка пока низкая.

NBJ: Какие кредиты ВТБ24 отдает на обработку внешним коллекторам? Практикует ли банк в принципе сотрудничество с коллекторскими агентствами, если да, то какие формы сотрудничества предпочитает ВТБ24?

А. ПЕЧАТНИКОВ: Мы достаточно активно сотрудничаем с коллекторами, но вместе с тем сбор проблемной задолженности обеспечивается и за счет работы нашей собственной службы взыскания. В вопросах аутсорсинга нужно искать баланс: в каком сегменте и что отдавать, а что лучше сделать собственными силами. Есть устоявшаяся практика: мы передаем коллекторским агентствам на основании агентского договора кредиты на маленькие суммы с просрочкой свыше 120 дней. В таких случаях сотрудникам банка нецелесообразно выезжать и разыскивать должников по месту их жительства и работы, это слишком дорогой процесс.

Если говорить о продажах портфелей просроченной задолженности, то мы привлекаем коллекторов, когда по мере отработки собственной службой сбора банку перестает быть интересно и выгодно держать такие активы на своем балансе. А вот на раннем этапе (до 60 дней просрочки) мы взаимодействуем с нашими клиентами дистанционно: звоним, отправляем SMS, письма. Мы пытаемся стимулировать должников к погашению кредитов, разъясняем им возможные варианты реструктуризации долга в том случае, если для этого есть основания - болезнь, потеря работы. Отмечу, что мы собираем долги достаточно эффективно.

NBJ: Способны ли новации в законе «О потребительском кредите» ограничить риски, связанные с закредитованностью населения?

А. ПЕЧАТНИКОВ: Я не увидел в законе особой новизны. По большому счету акцент в данном документе сделан на гуманитарную, социальную функцию банков и финансовых организаций, о которой я говорил выше. Мы, как банк, давно реализуем эти задачи в своей ежедневной практике: ведем разъяснительную работу со своими клиентами, крупным шрифтом прописываем суммы ежемесячных платежей, составляем лаконичные и ясные типовые договоры. Поэтому я не вижу большой ценности от этого закона для рынка и бизнеса. Он в основном направлен в адрес банков, которые ведут на рынке агрессивную политику. Возможно, закон их немного остудит.

Необходимо понимать, что каждая техническая деталь, которую предусмотрел законодатель, несет дополнительные операционные расходы. Сегодня, когда ежегодно у нас кредитуется миллион клиентов, это уже масштабы больших чисел. Именно поэтому я не вижу для рынка добавленной стоимости данного закона. Намного эффективнее действовал Банк России, когда вводил дополнительные повышенные нормы резервирования и увеличивал коэффициенты взвешивания активов на капитал, охлаждая пыл не особо адекватных участников рынка. Конечно, я понимаю озабоченность политических властей: когда в стране 30% населения балансирует на грани дефолта - это уже угроза для экономики. Но регулятивные методы, на мой взгляд, работают в таких ситуациях более действенно, чем законодательные новеллы.

«НАШИ АНАЛИТИКИ НА ОСНОВЕ МАТЕМАТИЧЕСКИХ МОДЕЛЕЙ ВЕДУТ КОНТРОЛЬ И УЧЕТ ВСЕХ РИСКОВ»

NBJ: Какое значение в банке придается выработке эффективной стратегии риск-менеджмента?

А. ПЕЧАТНИКОВ: Риск-менеджмент -ключевой драйвер финансового результата любой банковской организации. Если вы посмотрите на объем чистой прибыли в 2013 году в целом по всей банковской системе и на объем досозданных резервов, то увидите, что это сопоставимые цифры. Мы по своим показателям ожидаем 100 млрд рублей чистой прибыли в 2016 году, и по нашей стратегии порядка 100 млрд рублей пойдет на досоздание резервов. Следует учитывать, что 80% прибыли формируют доходы от кредитных операций, 20% - комиссионные от банковских операций и других сделок, что мало. Нам, конечно, хотелось бы, чтобы доля комиссионных доходов увеличилась, это позволило бы банку в целом меньше зависеть от кредитного риска. Мы стремимся повысить долю комиссионных доходов до 30%.

Управление риском - глобальная тема, это не только процедуры, по которым мы отбираем клиентов для кредитования, но и операционные, рыночные риски. Наши риск-политики на основе статистики, математических моделей ведут контроль и учет всех рисков, которые возникают в деятельности банковской организации. Я считаю, что ВТБ24 в этом отношении - один из самых прогрессивных банков в стране. Например, по операционным рискам накоплен более чем трехлетний опыт работы. По каждому направлению на основе мониторинга, системы оповещения ведется борьба за минимизацию убытков.

Приведу банальный пример: если наш клиент провел операцию в Москве, а через пять минут по его карте в Нью-Йорке проходит другая операция, то мы понимаем, что он физически не может ее осуществить, и тут же пресекаем мошенничество. Все это требует больших инвестиций, мощностей, необходимо строить вычислительные системы. Однако для нас принципиально важно, чтобы стратегия риск-менеджмента была очень эффективной.

NBJ: Каково Ваше мнение относительно того, что пока принято решение не рас­пространять страховую защиту на средства юридических лиц?

А. ПЕЧАТНИКОВ: Мне трудно быть объективным в данном вопросе. Я, как один из руководителей банка, понимаю, что для нашего бизнеса страхование средств юридических лиц невыгодно. Смысла в этом движении я не вижу и для потребителей. Возникает вопрос: с какими целями нужно защищать средства юридических лиц? Компании создаются для ведения бизнеса, извлекать прибыль - их уставная деятельность. Они действуют на свой страх и риск, под свою ответственность, и они обязаны выбрать для сотрудничества надежный банк. В нашем бизнесе много рисков, мы же научились этим управлять и разбираемся с возникающими вопросами. Почему бы другим юридическим лицам не научиться тому же?

NBJ: Как Вы оцениваете первые шаги финансового мегарегулятора? Может ли ужесточение надзора и регулирования иметь отрицательные последствия для развития национальной банковской системы?

А. ПЕЧАТНИКОВ: Я пока не увидел особого ужесточения финансового надзора. У нас же не изменились правила регулирования и ведения банковской деятельности. Регулятор решил перейти от предписаний и бесед с руководителями банков к действию, и это правильно. Законы необходимо исполнять. А если кредитная организация не в состоянии это сделать, значит она должна прекратить банковскую деятельность. Я полностью поддерживаю такую позицию регулятора. Банк России выполняет свою основную функцию, я не считаю, что он действует избыточно жестко. Известно, отзывам лицензий предшествует очень большая работа с кредитной организацией. И если собственники и менеджмент не реагируют на рекомендации и предостережения регулятора, то что еще ЦБ остается делать?

Я думаю, эта политика удаления с рынка недобросовестных участников будет продолжена и в 2014 году. Главные претензии регулятора - это дыры в балансе, обналичивание денежных средств и транзит таких средств. Разве подобные действия или явления отдельных игроков способствуют повышению стабильности в финансовой системе? Если акционеры и менеджмент не справляются с этими проблемами, лицензии на осуществление банковской деятельности необходимо отзывать.

NBJ: Заключительный вопрос нашей беседы: Ваше видение развития ВТБ24 в 2014 году, в том числе с точки зрения кредитования.

А. ПЕЧАТНИКОВ: Для меня 2014 год - это реальная попытка перейти на клиенто-ориентированый подход. Я говорю о совершенно практических вещах. Сейчас все очень усреднено во всех банковских продуктах. В результате, добросовестные клиенты платят за плохих. Это неправильно. Сегодня наши аналитики поставили перед собой задачу - понять, сколько банк зарабатывает на конкретном клиенте. Когда мы выявим надежных и лучших клиентов, тогда мы сможем предоставить каждому из них справедливую цену продукта.

Квинтэссенция клиентоориентиро-ванного подхода состоит в том, чтобы кредитная организация понимала, какой клиент приносит ей доход, а какой -убытки. Я надеюсь, что в 2014 году мы научимся это делать. Если это произойдет, у нас появится колоссальное конкурентное преимущество.