Совет директоров Центробанка вопреки ожиданиям финансового рынка поднял на октябрьском заседании ключевую ставку сразу на 0,75 процентного пункта (п.п.) до 7,5%. Демонстративная жёсткость объясняется просто – пока не поздно, регулятор намерен остановить разогнавшуюся инфляцию. Из-за «скромного урожая овощей, роста издержек в животноводстве, проблем в мировых логистических цепочках» она достигла в конце второго месяца осени 7,8% в годовом выражении. Более того, уже на следующем заседании ставка может снова повыситься, еще на 1 п.п., предупредила в ходе пресс-конференции председатель Банка России Эльвира Набиуллина. Всё логично: если прогноз регулятора по инфляции превышает цель на уровне 4%, то ЦБ повышает ставку. Чем больше разрыв между целью и прогнозом, тем выше ставка.

Кто выиграет от этих резких шагов? Во-первых, воинственный настрой регулятора, решительно настроенного обуздать растущие инфляционные ожидания, будет на руку крупным банкам с госучастием. В том числе за счёт увеличения чистой процентной маржи по дорожающим кредитам. Чистая прибыль банковского сектора за девять месяцев составила почти 1,9 трлн руб., что на 65% больше в сравнении с тем же периодом прошлого года. Причём половину всей прибыли банков – 49,3% или 937 млрд руб. – заработал «Сбер», а еще 204 млрд руб. – ВТБ. По прогнозу ЦБ, по итогам 2021 г. банки впервые заработают 2,5 трлн руб. Львиную долю общего заработка снова получат эти «двое из ларца». Средним и небольшим частным банкам достанутся только «крошки с барского стола».

Во-вторых, как считает ряд депутатов в Госдуме, жёсткая денежно-кредитная политика ЦБ выгодна спекулянтам, поскольку российские ценные бумаги получают импульс к повышению курса, а нацвалюта становится более крепкой.

А вот для отечественной экономики повышение ключевой ставки грозит остановкой экономического роста. Причём кредиты для промышленных предприятий станут дороже на фоне локдауна и рекордного оттока капитала из России. По информации Института «Центр развития» НИУ ВШЭ, в третьем квартале 2021 г. чистый отток капитала частного сектора подскочил до 34 млрд долларов, максимального уровня с начала 2015 г. Всем понятно, что это не предел. Скорее всего, пик ставок ЦБ и максимальное замедление деловой активности мы увидим в первом квартале 2022 года.

Проиграет и госбюджет. Например, из-за роста ключевой ставки существенно увеличится размер компенсации банкам-участникам программ льготной ипотеки. В этом году траты бюджета на возмещение банкам выпадающих процентных доходов на 14 млрд руб. превысили запланированный бюджетом объём, сообщил в Госдуме замминистра финансов Алексей Моисеев. При этом расчёты ведомства явно не учитывали последнее повышение ставки ЦБ на 0,75 п.п.

Может проиграть и здравый смысл. Всё громче звучат голоса участников финансового рынка о том, что «поздно пить Боржоми», и жёсткий курс регулятора не поможет обуздать инфляцию, поскольку она носит немонетарный характер. В первую очередь это касается импортируемых потребительских товаров и комплектующих. Если на мировом авторынке возник дефицит чипов, то издержки российских производителей вырастут при любой денежно-кредитной политике Банка России. Или каким образом ЦБ может повлиять на взлёт цен на мировом рынке металлов? Из-за роста экспорта металлопроката внутри страны возник острый дефицит арматуры и стальных конструкций. Всего за несколько месяцев этого года эти материалы подорожали почти в три раза. Застройщики хладнокровно перенесли расходы на покупателей жилья. Стоимость квадратного метра жилья в России с начала пандемии выросла почти на 40%, признала глава Банка России Эльвира Набиуллина, выступая в сентябре в Совете Федерации.

Очевидно, что ЦБ определился со своими приоритетами. Но рост российской экономики в этот заветный список точно не входит.

Приятного чтения!

С уважением, шеф-редактор
Сергей Артёмов