На месте Мастер-Банка мог бы быть каждый? Каждый, кто проводит сомнительные операции, предоставляет лицам и компаниям, аффилированным с владельцами банка, кредиты на нерыночных условиях и искажает отчетность с целью «не посадить» Н6 (максимальный размер риска на одного заемщика или группу связанных заемщиков). И, похоже, регулятор рынка в лице Банка России стремится показать: «каждый», занимающийся подобными вещами, не только может оказаться на месте Мастер-Банка, но рано или поздно непременно окажется на нем.

При этом длительность жизни финансово-кредитной организации (Мастер-Банк отсчитывал свою историю, начиная с 1992 года), положение в рейтинге по величине активов, объем привлеченных вкладов физических лиц (по оценке АСВ, 30 млрд рублей) – все это не будет иметь значения. Как и то, является ли банк владельцем одной из крупнейших в стране сети банкоматов (более 3500 устройств), лидером на рынке эквайринга и процессинга пластиковых карт, организацией, обслуживающей сотни зарплатных проектов. Все это на сегодняшний день, как выясняется, не имеет принципиального значения: для мегарегулятора финансового рынка важно показать, что отныне он не намерен смотреть сквозь пальцы на нарушения, допускаемые банками.

Почему отныне? – Да потому, что предупредительные «звоночки» для Мастер-Банка звучали уже давно – как минимум, год назад. Тогда в российских СМИ, со ссылкой на Министерство внутренних дел, появилась информация, что ЦБ рассматривает вопрос об отзыве уМастер-Банка лицензии на осуществление банковской деятельности. Однако буквально через несколько часов после публикации этой новости регулятор выступил с заявлением, что  речь не идет о столь жесткой мере наказания: ЦБ будет осуществлять контроль за деятельность Мастер-Банка, предпримет ряд мер надзорного характера и ограничит проведение банком ряда операций. Что называется: расстрел – слишком суровая воспитательная мера, обойдемся пока поркой.

Рискну предположить: выбор мер воздействия не определялся различием в характерах тогдашнего и нынешнего председателей Банка России. Вряд ли дело в том, что Сергей Михайлович Игнатьев был «голубем», а Эльвира Сахипзадовна Набиуллина оказалась «ястребом». Просто 2012 год был ближе к последнему крупномасштабному кризису, чем 2013 год; к тому же в 2012 году еще свежи были воспоминания о том, как чуть было не рухнул «на голову» российской банковской системы Банк Москвы. Сейчас куда более спокойные и предсказуемые времена, поэтому регулятор может рассчитывать на то, что ситуация с отзывом лицензии Мастер-Банка вызовет шум, но не спровоцирует кризис. Даже такой «локальный» и малобюджетный, каким был кризис-2004, когда из-за отзыва лицензии у пары банков чуть было не «сложились» еще несколько финансово-кредитных организаций.

В завершение отмечу еще один любопытный момент: эксперты, обсуждая «закрытие» Мастер-Банка, спорят о последствиях этого события для финансовой системы. Как всегда, участников дискуссии можно разделить на оптимистов и пессимистов – на тех, кто считает, что шум уляжется в течение нескольких дней, и на тех, кто пророчит «закрытие» до конца года еще нескольких финансово-кредитных организаций. Но никто всерьез не обсуждает тему, а не стоило ли отправить Мастер-Банк на санацию? Ведь каких-нибудь пять лет назад туда попадали банки, привлекшие куда меньшие объемы вкладов частных лиц, сопровождавшие не такое значительное число зарплатных проектов и т.д. Это – тоже своего рода предупреждение тем недобросовестным игрокам рынка, которые «остаются на плаву» и продолжают заниматься сомнительными операциями. Забудьте о санации, она – не альтернатива банкротству, во всяком случае, в настоящее время.

Анастасия Скогорева, главный редактор Национального банковского журнала