Банкам критически важно иметь постоянный доступ к данным, которые все чаще размещаются на внешних площадях - в собственных или арендованных центрах обработки данных. Как при этом решается проблема отказоустойчивости и безопасности связи? Почему аренда «темных волокон» в кабеле намного выгоднее, чем строительство собственного кабеля или аренда канала связи? На эти и другие вопросы NBJ ответил директор по развитию бизнеса компании «Мастертел» Сергей ФОМИЧЕВ.

NBJ: Сергей, расскажите, пожалуйста, о том, что представляет собой технология «темное волокно»? Складывается впечатление, что где-то есть и «светлое»...

C. ФОМИЧЕВ: В некотором смысле именно так и обстоит дело. Под «темными волокнами» подразумеваются волокна в кабеле, не подсвеченные оборудованием. Покупатель или арендатор таких волокон может установить оборудование по своему усмотрению и подсветить волокна в зависимости от целей, которые он перед собой ставит.

NBJ: Данная технология используется в качестве резервной: к «темным волокнам» прибегают, когда «светлые» по каким-либо причинам выходят из строя?

C. ФОМИЧЕВ: Вокруг использования «темных волокон» ходит много мифов, и это один из них. Давайте я поясню вам цели и преимущества их использования на конкретном примере. Допустим, банк хочет связать свой центральный офис с ЦОД, в котором находится его оборудование. Какие у него есть варианты? Первый из них - проложить между офисом и ЦОД собственный кабель. Казалось бы, подкупающе простое решение, но для банка оно может обернуться огромными временными и финансовыми затратами. Временными потому, что на прокладку такого кабеля может уйти несколько месяцев, если расстояние велико, то минимум полгода. Финансовыми потому, что кредитной организации придется потратиться не только на оплату работ по прокладке, но и на аренду линейно-кабельных сооружений (телефонной канализации) ОАО «Ростелеком», ОАО МГТС и ГУП «Москоллектор», а также на обслуживание кабеля внешним подрядчиком. Кроме того, есть еще один момент: банк может сменить головной офис или ЦОД, и тогда этот кабель станет ему не нужен. Сказать «ну и ладно, ну и пусть лежит дальше» он не может: по договору с теми же МГТС и «Москоллектор» компания должна либо продолжать оплачивать аренду телефонной канализации, либо демонтировать кабель, что неизбежно повлечет за собой новые затраты. Можно еще попытаться продать кабель, но, как вы понимаете, для банка это почти неразрешимая задача, ведь он не работает на этом рынке и никого здесь не знает.

Второй вариант: банк может арендовать канал связи, но это тоже не идеальное решение проблемы, поскольку кредитная организация в этом случае рискует тут же попасть в полную зависимость от оператора связи, качества его услуг, его тарифной политики. К тому же московские операторы зачастую технически не могут дать в аренду канал связи со скоростью больше одного Гбит/с, а банку, даже не самому большому, вполне может понадобиться передача данных на больших ско­ростях. Что ему делать? Пытаться собрать необходимый ему объем путем покупки по одному Гигабиту? Это выльется в миллионные затраты для покупателя, не говоря уж о том, сколько времени ему придется потратить, заключая договоры с различными операторами.

Есть третий вариант. На сегодняшний день в Москве уже сформировался полноценный рынок аренды «темных волокон», и мы можем по заказу банка собрать трассу из наших собственных кабелей между любыми точками столицы. Мы изначально строили свою сеть для дальнейшего коллективного использования и на данный момент проложили в Москве более 7 000 км волоконно-оптических кабелей. Каждый кабель состоит из волокон, в магистральных кабелях количество таких волокон достигает 264. «Темные волокна» - это те «нити», которые мы сдаем банкам в аренду.

NBJ: В чем преимущество этого варианта?

C. ФОМИЧЕВ: Первое его преимущество -высокая экономичность. По нашим расчетам расходы, которые несет банк при аренде «темных волокон», в 10-12 раз ниже, чем затраты на строительство своего кабеля, и в два-три раза ниже, чем расходы на аренду канала связи у оператора. Поясню, с чем это связано. Коллективное использование кабеля несколькими организациями, позволяет значительно снизить издержки на аренду линейно-кабельных сооружений, так как плата за их аренду не зависит от емкости кабеля, то есть неважно, состоит он из восьми волокон или из 264, ежемесячные расходы на аренду одинаковые. Соответственно наши заказчики платят не за аренду линейных кабельных сооружений, а только за аренду волокон, которые они используют. Очевидно, что ни одному банку, даже самому крупному, не нужны для организации связи с ЦОД все 264 волокна кабеля - вполне достаточно восьми или десяти. За эти выбранные волокна банк и платит, причем цена за данную услугу у нас фиксированная и зависит только от протяженности кабеля.

NBJ: А как обстоят дела с сопровождением в данном случае?

C. ФОМИЧЕВ: В этом случае мы полностью берем на себя сопровождение, в том числе и ремонт кабеля. Это вполне логично, ведь в кабеле, кроме волокон, арендованных тем или иным банком, находятся волокна, которые используют другие компании. Поэтому если происходит сбой, то мы сразу же направляем к месту обрыва нашу собственную ремонтную бригаду. В этом, кстати, мы видим еще одно преимущество сотрудничества с нами: мы не пользуемся услугами внешних подрядчиков по восстановлению кабеля, поэтому не возникает риск того, что ремонтников придется долго ждать. А ведь каждый час простоя для многих арендаторов, в том числе банков, может обернуться огромными потерями, как финансовыми, так и репутационными.

Есть еще один момент, который я хотел бы отметить, говоря о преимуществах аренды волокон по сравнению с прокладкой собственного кабеля. В тех случаях, когда прокладывает кабель одна компания, а обслуживает его совсем другая, ремонтники сталкиваются с тем, что документация не всегда соответствует реальному положению дел: на плане кабель может идти по одной улице, а в действительности он по каким-то причинам был проложен по другой. У нас таких недоразумений не возникает: мы прекрасно осведомлены, где и как проходит кабель, где следует искать точку разрыва.

NBJ: Но если банк проложит свой кабель, он будет знать, где тот будет проходить.

С. ФОМИЧЕВ: Да, но для банка непрофильной деятельностью является и прокладка кабеля, и тем более его ремонт. Ему волей-неволей придется обращаться к услугам внешних подрядчиков. Будет ли он удовлетворен качеством этих услуг и как поймет, что документация по прокладке кабеля соответствует реальному положению дел? Это большой вопрос. К работе нашей ремонтной бригады у партнеров нет претензий.

NBJ: Еще один вопрос, который всегда волнует банки, - безопасность, минимизация риска хищения информации. Как решается эта проблема в случае с арендой «темных волокон»?

C. ФОМИЧЕВ: Я снова проиллюстрирую свой ответ примером. Банк, заинте­ресованный в прокладке собственного кабеля, естественно обращается к подрядчику и дает ему задание протянуть кабель из пункта «А» в пункт «Б». Подрядчик прокладывает кабель и через каждый километр вешает на него бирку с названием банка-собственника. Сами понимаете, что этими действиями он сильно облегчает задачу злоумышленников, которые сразу понимают, куда им надо «влезть», чтобы похитить информацию. В случае с арендой волокон подобные действия становятся технически невозможными: как я уже говорил, в нашем кабеле может быть до 264 волокон, ни одно из них не является «именным». Предполагать, что злоумышленник будет перерезать все волокна или просвечивать их, стремясь добраться до нужного, по меньшей мере странно. Но это и небезопасно для него, потому что при повреждении кабеля наши службы сразу получают сигнал и выезжают на место обрыва.

Если говорить про аренду каналов связи, то здесь немного другая история. Передаваемые данные проходят через несколько узлов связи оператора. Что происходит на этих узлах, кто имеет доступ к оборудованию, расположенному там, насколько эффективно осуществляется контроль за этим оборудованием - этого арендатор не знает и знать не должен. Соответственно, банк снова может столкнуться с риском хищения своей информации. Даже если злого умысла нет, то последствия выхода из строя одного из узлов могут оказаться для него критичными. Ведь он понятия не имеет, где расположены узлы, выехали ли туда ремонтники, сколько времени потребуется на устранение сбоя. Фактически кредитная организация теряет контроль над ситуацией.

NBJ: А в вашем варианте?

C. ФОМИЧЕВ: В нашем варианте есть только два узла связи - на входе и на выходе. В случае если речь идет о связи банка с ЦОД, узлы связи - это офис кредитной организации и центр обработки данных. Соответственно, все оборудование там находится под контролем, который осуществляет кредитная организация. Похитить информацию «в пути» невозможно, поскольку других узлов связи нет.

Я хотел бы добавить, что еще одним из преимуществ компании «Мастертел» является то, что мы «зашли» во все ЦОД, которые на данный момент есть в Москве. Поэтому, если банк по каким-то причинам решит сменить центр обработки данных, ему не надо будет прокладывать к нему новый кабель или брать канал связи в аренду - достаточно проинформировать нас и мы «перебросим» его волокна так, что связь наладится в кратчайшее время.

NBJ: Предлагаемая вами технология интересна прежде всего для крупных банковских организаций?

C. ФОМИЧЕВ: Я бы сказал - для организаций, которые умеют считать деньги и искать экономичные варианты решения проблем. Это могут быть и банки -лидеры рынка, и средние по размеру активов кредитные организации. Ведь использование технологии «темное волокно» позволяет финансовым учреж­дениям избегать непрофильных расходов и непрофильной для себя деятельности по самостоятельной организации связи.