Либеральные экономисты уже давно утверждают, что государственная собственность на крупнейшие банки страны ограничивает конкуренцию в данной сфере. Центральный банк отстаивает свою точку зрения, которая заключается в том, что частные банки должны вырасти в размере и улучшить качество предоставляемых услуг, прежде чем Сбербанк можно будет приватизировать или разделить. В прошлом году разрыв между государственными и частными банками увеличился 

NBJ № 5(17), 2005 
«Значение имеют размер и конкуренция», стр. 55

Конечно, разрыв между государственными и частными банками в кризисном для российской банковской системы 2004 году не мог не увеличиться. Закрытие Содбизнесбанка, подозреваемого в отмывании денег, а также слухи о том, что Центробанк составил черный список неблагополучных подопечных, вызвали массовое снятие средств со счетов во всех частных банках. Многие компании перебросили свои деньги в государственные банки. Клиенты банков стояли в очередях для того, чтобы забрать депозиты из частных банков. И это несмотря на то, что Сбербанк к тому моменту уже лишился важной привилегии, состоявшей в том, что только его вклады имели гарантию государства. В 2004 году Центробанк ввел систему страхования вкладов для частных банков (правда, к моменту банкротства «Содбизнеса» число «частников», вошедших в ССВ, было еще невелико).
Государственные банки в это время занимались приобретением собственности. Так, в 2004 году Внешторгбанк (ВТБ) сначала взял на поруки, а затем и под свой контроль ГУТА-БАНК, который не смог выдержать бегства вкладчиков. Тогда шли разговоры о том, что Внешторгбанк позиционирует себя как лидер государственного доминирования в банковском секторе, а роль Сбербанка может быть сведена к рынку сбережений и рынку розницы.
В 2006 году аналитики международного рейтингового агентства Standard & Poor’s предупреждали, что в российском банковском секторе опасно увеличивается разрыв между частными и государственными банками. «Госбанки агрессивно усиливают свои позиции, что приводит к ухудшению условий развития для частных представителей банковской системы», – 
писало агентство.
И все же в относительно тихие и спокойные 2006–2007 годы частные банки постепенно набирались сил, да и Сбербанк незначительно, но все же терял долю в рознице. Казалось, коммерческим банкам вот-вот удастся переломить тенденцию по абсолютному доминированию госбанков на рынке. Но недолго музыка играла: грянул кризис 2008 года, и на первом плане опять оказались «недалеко ушедшие» государственные кредитно-финансовые учреждения.
В острую фазу кризиса госбанки были активнее коммерческих игроков, что привело к серьезному укреплению их позиций в течение 2009 года. «Госы» показывали опережающие темпы роста по сравнению со всей банковской системой. Получив в 2009 году большие объемы финансирования от государства, они выполняли функцию его агентов в поддержании экономики, продолжая кредитовать, несмотря на высокие риски. Частные же банки в первую очередь стремились сохранить качество кредитного портфеля, что не могло не привести к снижению его объема. 
Кризис 2014 года, по мнению экспертов, привел к таким же последствиям: нарушению конкурентного поля, увеличению доли организаций с госучастием в различных сегментах рынка банковских услуг. Этот перекос могла бы поправить приватизация, если бы государство приняло решение о продаже принадлежащих ему пакетов акций Сбербанка, ВТБ, РСХБ и т.д. частным инвесторам. Теоретически российские финансово-экономические власти не возражают против этого и даже время от времени дают понять, что когда-нибудь доля государства в капиталах госбанков, безусловно, сократится. Однако сейчас неподходящий момент: российские банковские активы в принципе не пользуются спросом со стороны потенциальных инвесторов, к тому же госбанки находятся под санкциями, да и общая ситуация как в российской, так и в мировой экономике не слишком благоприятствует сделкам M&A.