Председатель Комитета Совета Федерации по бюджету Евгений БУШМИН рассказал в интервью NBJ в 2007 году о причинах, которыми был порожден кризис 1998 года, о правильном, с его точки зрения, использовании средств государственных фондов и о том, есть ли у России способ сделать свою экономику менее зависимой от колебаний мировых цен на нефть.

NBJ: Евгений Викторович, вы с 1993 года занимаетесь одновременно и политикой, и экономикой. Как вам это удается?

Е. БУШМИН: Действительно, когда-то я начинал депутатом Государственной думы, приехав из Нижнего Новгорода. Потом ушел сначала в налоговую службу, затем в Минфин. Я не хотел возвращаться в публичную политику, но так уж получилось.

NBJ: В Нижнем Новгороде вы работали вместе с Борисом Немцовым?

Е. БУШМИН: Да. В 1991 году он вернулся из Москвы, из Верховного Совета, представителем президента, а я тогда работал директором компьютерной фирмы и президентом биржи. Ну и встретился с ним. Был у него официальным советником, какие-то организаторские способности приложил. В то время все очень боялись коммунистической угрозы: кинули «комсомольский клич» - выбрали новых, молодых депутатов в Госдуму. И Немцов отправил меня в Москву. А потом и сам перебрался.

NBJ: Как вы пришли в бизнес? Вы же были преподавателем?

Е. БУШМИН: Я работал в научно-исследовательском институте. Конечно, был преподавателем. Но в основном заведующим сектором в НИИ. Я занимался АСУ. Где-то в 1987 году, когда уже началась перестройка, пришла идея заняться автоматизацией лабораторных исследований в медицине, затем управлением экономикой областной клинической больницы. Что я и делал. А потом создал малое предприятие.

В то время в страну начали поступать компьютеры. Для того чтобы они стали рабочим инструментом, нужны были программы. И я понял, что, собрав группу молодых ребят, которые пишут программы, можно заработать деньги на разработке программного обеспечения.

NBJ: И, несмотря на успех в бизнесе, пошли в политику?

Е. БУШМИН: Я же сказал: «комсомольский призыв». В 1993 году, во время расстрела Белого дома, перегруппировки всей политической общественности, моя неактивность была одной из самых активных позиций. Я вошел в депутатскую группу «Либерально-демократический союз 12 декабря», которую возглавил Борис Федоров. А потом ушел работать в налоговую службу.

В июне 1998 года я перешел в Минфин, попал туда перед самым дефолтом. Я занимался финансированием регионов. Моя задача была прилететь, например, в Челябинск, доехать до администрации и пройти по коридору сквозь строй женщин, которые кричат, что их мужьям уже полгода не дают зарплату.

NBJ: Как вы это пережили?

Е. БУШМИН: Не дай бог вернуть то время, которое я пережил в 1998-1999 годах. Первые годы моей работы в Министерстве финансов Российской Федерации были очень страшными. Пенсии не платили, зарплаты не давали, военные заводы работали просто на галочку. Они выпускали, что могли, ничего за это не получая... Деньги из казначейства уходили в регионы «с колес».

Все тогда было по нулям, нефть -девять долларов за баррель. Это время очень похоже на начало 90-х годов. Но в ту пору даже продовольствия не было. А вторая волна безденежья была в 1998 году. И мы все это «выгребли».

NBJ: Можно сказать, наступило время относительной сытости?

Е. БУШМИН: В связи с очень большой дифференциацией доходов не все сыты. В экономике нефтедоллар «забивает» все.

Любые инициативы наказуемы потому, что и так все хорошо. Денег очень много - трагедия, Стабилизационный фонд очень большой - тоже трагедия. Социальные ожидания растут.

Ничего не выйдет, пока мы не поймем, что если человек не может заработать на кусок хлеба, то надо не хлеб ему давать, а удочку, чтобы рыбу поймал.

NBJ: Государство создало фонды - Стабилизационный, Резервный, Фонд будущих поколений. Как и за счет чего они формируются, как и где размещаются их средства, каковы риски этих размещений?

Е. БУШМИН: Для начала внесу ясность по поводу фондов. Пока можно говорить о существовании только Стабилизационного фонда. Он формируется за счет средств, поступающих от вывозной таможенной пошлины на нефть, и налога на добычу полезных ископаемых (нефть), если цена за баррель нефти сорта Urals выше 27 долларов.

Напомню, что кризис 1998 года спровоцировал именно федеральный бюджет, объявивший дефолт по своим внешним обязательствам. Кроме того, за счет средств Стабфонда были сокращены внешние долговые обязательства в объеме 22,6 млрд долларов, 30 млрд рублей (1,04 млрд долларов) было направлено на покрытие дефицита Пенсионного фонда РФ. По сути, за счет средств Стабфонда в 2007 году профинансирован в объеме 250 млрд рублей Фонд содействия реформированию ЖКХ. Еще 300 млрд рублей пойдет на капитализацию институтов развития, прежде всего Банка развития, Российской венчурной компании, Российской корпорации нанотехнологий.

Новые экономические задачи потребовали корректировки не только функций и структуры Стабфонда, но и структуры федерального бюджета.

Для того чтобы обеспечить эффективное использование бюджетных ресурсов и долгосрочную макроэкономическую стабильность, были приняты законодательные решения, которые поддержат в 2008 году переход от функционирования Стабилизационного фонда к более сложному механизму управления нефтегазовыми доходами. Данный переход предполагает, во-первых, создание двух фондов: Резервного (10% ВВП), деятельность которого направлена на замещение выпадающих доходов бюджета в случае снижения цены на нефть, и Фонда будущих поколений (Фонда национального благосостояния), предназначенного для повышения качества жизни людей, развития экономики, улучшения благосостояния как будущих, так и нынешних поколений. А во-вторых, эти фонды будут формироваться за счет нефтегазовых доходов, которые выделяются из федерального бюджета. Кроме того, часть нефтегазовых доходов будет направляться на финансирование текущих расходов федерального бюджета, но объем этих средств в период с 2008 по 2010 год будет постепенно снижаться и составит с 2011 года 3,7% ВВП. С 2008 года также вводится норма, в соответствии с которой предельный дефицит бюджета будет ограничен на уровне 1% ВВП, а превышение этого предела будет возможно только в том случае, если нефтяные цены резко упадут и понадобятся средства Резервного фонда. Согласно Бюджетному кодексу РФ средства Резервного фонда могут размещаться в долговые обязательства других государств, иностранных государственных агентств, международных финансовых организаций, перечень которых утверждается правительством РФ.

NBJ: Ваше мнение: каким образом можно соскочить с «нефтяной иглы»?

Е. БУШМИН: Забить скважины. Забил -и никаких проблем с «нефтяной иглой».

NBJ: Действительно, просто и надежно, но все-таки?

Е. БУШМИН: У нас есть нефть, ее покупают. Возможно, через 50 лет она будет не нужна. Снижать ее добычу нельзя. Наращивать темпами коммунистической стройки тоже нельзя. Не надо ничего менять, потому что это бессмысленно. Люди заняты, все работает, все хорошо, нефти хватит еще на 70-80 лет.