Мир входит в долгий период глобального передела влияния. Государственный контроль усиливается повсюду. Налоги всё чаще становятся инструментом геополитической стратегии. Криптовалюты постепенно интегрируются в новую, более жёсткую систему регулирования. О том, почему в этих условиях состоятельные семьи всё чаще выбирают ОАЭ – Национальный банковский журнал (NBJ) поговорил с Андреем РЕВЕНКО, основателем Result Family Office. Андрей проработал больше 15-ти лет в топовых российских компаниях: «Тройка Диалог», «АТОН», БКС Ультима. А потом открыл собственный бизнес – family office в Дубае.

NBJ: Андрей, почему ОАЭ и, в частности, Дубай, стали зоной притяжения для мирового и российского капитала, реальной альтернативой и инвестиционным хабом? Но конфликт на Ближнем Востоке подкинул новые вопросы. Как последние события отразятся на инвестиционной привлекательности региона? Очевидно, что пока мы можем только размышлять, основываясь на прогнозах, вашем опыте и общении с клиентами и инвесторами…

А. РЕВЕНКО: Я думаю, преждевременно давать такие долгосрочные сценарии. Слишком много пищи для размышлений. В текущей ситуации мы можем дать только краткосрочный сценарий – as of now (на данный момент). Первая реакция рынка – выжидание и наблюдение – от 1-го до 3-х месяцев. Покупатели занимают выжидательную позицию, инвесторы следят за новостями. Кратковременные эскалации приводят к корректировкам от 1 до 5% максимум в период от 1-го до 6-ти мес. Не более. Рынок всё равно останется устойчивым.

На текущий момент произошло то, чего, на мой взгляд, ещё не было в истории: Дубай, Абу-Даби и другие эмираты впервые в реальных боевых условиях испытали свою систему ПВО на полную мощность. На мой взгляд, ПВО отработала великолепно – большинство целей было уничтожено в воздухе, что ещё раз подчёркивает: Эмираты – это действительно стабильное и безопасное место для ведения бизнеса и жизни. Государство было полностью готово к такому развитию событий на фоне нарастающей напряжённости на Ближнем Востоке.

В ближайшие недели мы увидим либо точки сближения и деэскалации, либо точки невозврата – и именно от этого будет зависеть дальнейшее поведение инвесторов.

NBJ: Ситуация создала беспрецедентный фон для рынка недвижимости Дубая. Появилось много спекуляций и псевдопрогнозов. Некоторые эксперты называют это переходом от фазы «эйфории и рекордов» к фазе «военного хеджирования». Поскольку рынок Дубая на 70% состоит из иностранного капитала, его динамика сейчас напрямую зависит от восприятия безопасности и стоимости логистики. Для рынка недвижимости рисуют разные сценарии на ближайшие 12 месяцев – от оптимистичного «Крепость в пустыне» до серьёзной коррекции. Каковы ваши прогнозы?

А. РЕВЕНКО: Оптимистичный сценарий предполагает, что острая фаза конфликта завершится в течение месяца. Но независимо от событий Дубай сейчас перестаёт быть местом для «быстрых спекуляций» (flip). На ближайший год стратегия, скорее всего, поменяется на Hold & Protect.

Для продавцов сейчас не лучшее время для выхода, если только вам не нужны наличные для немедленной эвакуации. Очевидно, что будут попытки сбить цену на 20% на ровном месте.

Для традиционных покупателей – это период ожидания. К лету рынок «переварит» текущий стресс, и вы увидите реальные цены с учётом всех рисков.

Отдельная тема – безопасность актива: недвижимость в Дубае физически защищена лучше, чем в любой другой точке региона, благодаря плотности ПВО. Главный риск сейчас не в разрушении здания, а в потере его рыночной стоимости. Но абсолютно точно появятся и новые покупатели – уже сейчас мы фиксируем запросы на покупку недвижимости со стороны состоятельных граждан Ирана. Так всегда происходит в странах, где возникает нестабильность – они ищут убежище в ОАЭ.

NBJ: Андрей, как изменились настроения инвесторов? Мы видим отчёты о том, что некоторые азиатские инвесторы начали выводить активы в Сингапур или Гонконг из-за опасений по поводу безопасности. Есть ли признаки подобного поведения среди ваших российских клиентов? Как это влияет на их уверенность в Дубае как «безопасном убежище для капиталов»?

А. РЕВЕНКО: Все инвесторы очень разные, там тоже свои психотипы и паттерны. Настроение некоторой, небольшой, части инвесторов действительно стало более осторожным, особенно – в первые дни после эскалации. Многие мои клиенты, включая российских, звонят с вопросами: «Что дальше? Стоит ли подождать?». Мы констатируем wait-and-watch (выжидание и наблюдение) подход – некоторые люди ставят на паузу сделки, мониторят новости и оценивают риски. Для азиатских инвесторов, как вы упомянули, это более заметно, потому что они часто имеют диверсифицированные портфели и быстро реагируют на геополитику.

Среди российских есть единичные случаи, когда клиенты запрашивают опции для частичного вывода средств, но это не массовая тенденция.

Большинство инвесторов сохраняют уверенность: Дубай доказал свою устойчивость во время пандемии и после 2022 года, когда сюда хлынул капитал из-за санкций. ПВО сработала отлично, все системы и бытовая инфраструктура функционируют на должном уровне, и это укрепило репутацию. Однако, если конфликт затянется, настроение может ухудшиться – инвесторы начнут требовать скидок или откладывать покупки. В целом, русские клиенты более лояльны к ОАЭ, чем к альтернативам, но всё зависит от деэскалации в ближайшие месяцы.

NBJ: В свете текущего конфликта, какие альтернативы ОАЭ рассматривают российские инвесторы для размещения капитала? Ранее Дубай был основным хабом, но теперь, с учётом рисков на Ближнем Востоке, есть ли сдвиг в сторону других регионов, таких как Сингапур, Турция или Саудовская Аравия? Возможно, на горизонте новые центры притяжения капитала? Что вы наблюдаете среди своих клиентов?

А. РЕВЕНКО: Альтернативы всегда обсуждаются, особенно когда геополитика накаляется. Для российских инвесторов Дубай был и остаётся топ-выбором из-за простоты виз, налоговых льгот и инфраструктуры, но конфликт заставил некоторых присмотреться к другим опциям. Сингапур привлекает тех, кто ориентирован на Азию – там сильная финансовая система, но строгие регуляции и высокие налоги на наследство делают его менее удобным для семейного капитала. Турция популярна для недвижимости и бизнеса, особенно Стамбул, но там инфляция и политическая нестабильность отпугивают. Саудовская Аравия, с ее Vision 2030, набирает обороты – Эр-Рияд предлагает похожие льготы, как free zones (свободные зоны), но инфраструктура ещё не на уровне Дубая. Некоторые клиенты смотрят на Оман или Бахрейн как на «тихие» альтернативы в регионе, с меньшими рисками. Европа – Швейцария или Кипр – всё ещё в игре, но санкции усложняют.

Среди моих клиентов оттока нет, но запросы на диверсификацию выросли – например, комбинировать ОАЭ с Азией. Но в итоге, мало мест предлагают такую комбинацию безопасности, удобства и доходности, как Эмираты, так что большинство остаётся. Илон Маск и Павел Дуров почти синхронно заявили, что в Дубае безопаснее, чем в Европе, даже несмотря на ракеты. «Ни одна страна не идеальна, однако Дубай и ОАЭ в целом объективно безопаснее и управляются лучше, чем многие районы в Европе», – написал Маск в X в ответ на пост Дурова.

NBJ: Андрей, давайте вернёмся к изначальной теме нашей встречи – почему вы выбрали Эмираты? Расскажите свою историю.

А. РЕВЕНКО: Я начинал в «Тройке Диалог». Потом в 2012 году мы все вместе переходили в «АТОН». В «АТОНе» тогда всё начиналось, по большому счёту, с нуля – бизнес строили практически заново. Я проработал там с 2012 по 2020 год – восемь лет, стал партнёром. Получилось неплохо: на пике я делал до 50% всего бизнеса «АТОНа» по частным клиентам. Потом перешёл в БКС, и уже в 2022 году мы с БКС переехали в Эмираты. Здесь я ещё год работал в БКС Ультима.

Я оставался главой подразделения в России, а в Эмиратах мы открывали офис продаж. Сейчас он работает под названием The Ultima World. Я его запускал: год летал туда-сюда – две недели в Москве, две недели в Дубае. А потом перешёл в Kalinka (агентство недвижимости) на позицию генерального директора в регионе Ближнего Востока. Получил опыт в недвижимости и в управлении людьми – причём очень разными: итальянцы, французы, экспаты всех мастей. Это был важный пазл.

NBJ: Вы переехали в 2023-м – как раз в тот момент, когда прошла первая волна русского капитала?

А. РЕВЕНКО: Русский капитал хлынул в 2022-ом, а я стал гендиректором агентства недвижимости в 2023-ем – это уже был небольшой спад. Сейчас поток стабилизировался: количество русскоязычных клиентов и объём покупок примерно на одном уровне.

NBJ: Но судя по цифрам – Дубай всё равно остаётся главным хабом для релокации?

А. РЕВЕНКО: Конечно. Просто появился немного другой русский клиент. К нам приходят в основном те, кто долго жил в Европе:  Франция, Испания, особенно Великобритания. Они хотят здесь открыть бизнес, релоцировать семью хотя бы на полгода-год. У многих интересы смещаются в Азию, появляются новые проекты, где нужно физическое присутствие и участие в бизнесе. Европейские бизнес-интересы постепенно сходят на нет.

NBJ: Почему? Санкционные риски, ограничения по капиталу?

А. РЕВЕНКО: Просто вести бизнес в Европе российскому человеку стало тяжело – даже если он не под санкциями. Паспорт, прошлое, российское происхождение денег – банк смотрит на всё это. Открыть новый корпоративный счёт в Европе – уже большая проблема. Поэтому многие хотят здесь сделать хаб: небольшой офис на 5–10 человек, чтобы присмотреться к рынку. Параллельно – купить квартиру или виллу, устроить детей в школу (хотя у многих моих клиентов дети уже 20–25 лет). А дальше – структурирование капитала, его сохранение, инвестиции в недвижимость и так далее…

NBJ: Расскажите про специфику вашего family office?

А. РЕВЕНКО: Мой проект сейчас – это мультисервисная компания, Result Family Office. Важный момент: я не управляю портфелями ценных бумаг напрямую и осознанно не беру на себя эту функцию. Есть опасения по рынку в целом, плюс ИИ сейчас радикально меняет картину – сложно предсказать, что будет с отдельными активами. Зато мы делаем всё остальное: открытие счетов (в том числе инвестиционных), недвижимость, образование детей, открытие компаний, визы, паспорта, lifestyle-сервис (от покупки билетов до любых бытовых вопросов), денежные переводы, юридическое и налоговое структурирование активов.

По ценным бумагам работаем через проверенных партнёров – рекомендую отличных адвайзеров и компании. Отдельно есть бизнес по pre-IPO инвестициям: я младший партнёр и коммерческий директор в Axevil Capital. Компании уже 5 лет, под управлением около $150 млн. Инвестируем в компании перед выходом на биржу – Anthropic, SpaceX, xAI (проекты Маска) и другие. Сейчас в этом сегменте настоящий ренессанс.

NBJ: Вы партнёрствуете с американскими фондами?

А. РЕВЕНКО: Да, – они помогают проводить сделки.

NBJ: А как к вам приходят клиенты? Как находят?

А. РЕВЕНКО: За много лет на рынке наработана внушительная база – люди меня хорошо знают. В недвижимости у меня есть и нерусскоязычные клиенты, но в остальном – преимущественно русскоязычные, в широком смысле – из СНГ, с паспортами разных стран. Меня и мотивировали на создание бизнеса несколько давних клиентов: «Почему ты до сих пор наёмный менеджер, а не делаешь свою историю?». Я всегда хотел своё дело, но не хватало какого-то пинка, знаний, уверенности. В итоге понял, что у меня гораздо шире экспертиза и партнёрская сеть, чем у большинства здесь. Клиентов помогают привлекать внешние партнёры – их около 250 по всему миру. Почти все – мои бывшие сотрудники.

Без лишней скромности – у меня хорошая репутация и уровень доверия, никогда не было «неправильных» историй – люди это ценят. Здесь, видимо, тот самый случай, о котором говорил в своих лекциях в Сколково основатель «Тройки Диалог» Рубен Варданян – доверие как экономическая единица.

NBJ:  Рубен Варданян когда-то специально создал компанию Phoenix Advisors, ориентированную на проблемы наследования, сохранения и управления активами. Есть ли у ваших клиентов задачи по передаче капиталов будущему поколению?

А. РЕВЕНКО: С Рубеном общались, но нечасто. Однажды я подарил ему книгу с автографом автора, которую он хотел прочитать. Он так искренне радовался и благодарил. Трудно переоценить его роль в инвестиционном бизнесе, а затем – в цивилизованной филантропии.

Конечно, такие задачи есть. Начинается всё с простых вещей: «У меня дом во Франции, налог на наследство для ребёнка сумасшедший – можно структурировать?». Можно, и это относительно недорого. Один из популярных инструментов – foundation (фонд) в DIFC или ADGM (международные финансовые хабы и свободные экономические зоны в Дубае и Абу-Даби). Я предпочитаю DIFC – удобнее географически, большинство клиентов в Дубае. Такой фонд позволяет структурировать капитал, решить наследственные и налоговые вопросы: активы внутри фонда не облагаются налогом на наследство, можно смешивать классы активов (ценные бумаги + недвижимость и т.д.). (Читайте подробнее)

Всё под британским правом – это привычно и понятно для наших клиентов.

NBJ: Андрей, многие семьи, которые переезжают в Дубай, говорят, что их держит здесь не только бизнес и налоги, но и просто качество жизни. Расскажите, какие вещи в повседневном lifestyle сейчас больше всего ценят ваши клиенты?

А. РЕВЕНКО: Жить здесь действительно приятно – это один из главных магнитов. Приезжают за деньгами и спокойствием, а остаются потому, что всё под рукой и без лишней головной боли.

Школы – первое, о чём спрашивают родители. Выбор на уровне: британские, американские, система IB. У наших чаще всего GEMS Wellington, Dubai American Academy, Jumeirah College, Repton Dubai, Nord Anglia. От 50 до 150 тысяч AED в год, но качество и полезные знакомства того стоят.

Медицина отличная: American Hospital, Mediclinic, King’s College Hospital Dubai, Clemenceau. Детская – Al Jalila. Хорошая страховка покрывает почти всё, а здесь делают быстро, качественно и дешевле, чем в Европе или Штатах.

Гольф – моя личная страсть, уже семь лет играю регулярно (улыбается). Поля мирового класса: Emirates Golf Club (Majlis – просто лучший), Montgomerie, Trump, Jumeirah Golf Estates, Els Club. И вот что круто: половина серьёзных сделок рождается именно там. Четыре часа без суеты – обсудили всё по-человечески, и часто уже на 12-й лунке есть рукопожатие и план. Гольф здесь – это и спорт, и лучший способ networking.

Яхты – это отдельная история, особенно среди тех, кто любит море и статус. Dubai Marina – главный хаб: сотни яхт от 15 до 100+ метров, Dubai Marina Yacht Club, JA The Resort. Многие клиенты начинают с чартера – посмотреть, понравится ли, а потом уже покупают или берут в долгосрочный менеджмент. Владельцы – сплошь интересные люди: русские бизнесмены, индийские предприниматели, европейцы, которые переехали, ближневосточные семьи. Часто на яхтах проходят неформальные встречи – ужин на борту, выход в Персидский залив, и за коктейлем решаются многомиллионные вопросы. Это как гольф, только на воде: расслабленно, красиво, и разговор идёт легко.

Конный спорт, топовый фитнес, велнес – всё на уровне. Рестораны, включая мишленовские, и много российских, шопинг-моллы, пустыня – всё под боком.

В общем, lifestyle здесь такой, что он не напрягает, а наоборот – разгружает. Всё удобно, без лишней бюрократии, круглый год солнце (летом можно в прохладные места), безопасность на уровне. Поэтому те, кто приезжал «посмотреть на полгода», часто остаются на 5–10 лет и уже не хотят никуда уезжать.

NBJ: Управление страной по-английски… Что это означает, когда мы говорим о Дубае?

А. РЕВЕНКО: Всё пошло от отца нынешнего правителя Дубая – шейха Рашида ибн Саид Аль Мактума. Он правил с 1958-го по 1990-й и превратил крошечный порт у Дубай-Крик в современный хаб. Дубай тогда – рыбаки, жемчуг, песок. Залив Крик заиливался, большие суда не заходили. Шейх Рашид зовёт британских инженеров из Halcrow Group – они в 1954-м рисуют план углубления. Он берёт кредиты в Кувейте, выпускает creek bonds, продаёт намытую землю – и чистит канал. Потом – аэропорт, дороги, электричество, телефон. Всё «под ключ» от британских консультантов. John R. Harris (Джон Р. Харрис), британский архитектор, делает первый генплан города в 1960-м – первый в Заливе. Англичане проектируют, строят, поставляют оборудование. Шейх Рашид ездит в Лондон, смотрит, учится, привозит идеи. Его девиз: «Построй – и они придут». Он построил порт Рашид в 1972-м, потом порт Джабаль-Али – самый большой рукотворный порт мира. Нефть нашли в 66-м – он не проедает деньги, а вливает в инфраструктуру, эффективно диверсифицирует экономику.

Британцы сыграли ключевую роль не только в планировании, но и в исполнении. Например, крупнейшая британская группа Balfour Beatty (Балфур Битти) участвовала в строительстве аэропорта Дубая и знаменитого торгового цента Dubai Mall, а также в других инфраструктурных проектах, включая электростанции и дороги. Atkins (Аткинс), британская инженерная фирма, спроектировала архитектурные иконы вроде Burj Al Arab и Jumeirah Beach Hotel. Dutco Balfour Beatty, и многие другие мировые гиганты. Это было настоящее партнёрство: британцы приносили экспертизу в инженерии, финансах и урбанистике, а шейх обеспечивал видение и финансирование.

NBJ: Это реально впечатляет: шейх-визионер с помощью англичан за 30 лет фактически построил новую экономику. Сын после прихода к власти в 2006 году превратил Дубай в столицу мирового уровня…

А. РЕВЕНКО: Согласен. Дубай был британским протекторатом до 1971-го. Они давали не только защиту, но и экспертизу: инженеры, финансисты, архитекторы. Шейх Рашид брал их разработки, но решал сам – где строить, как финансировать. Без британского ноу-хау не было бы ни дноуглубления, ни систем опреснения воды, ни портов, ни первого генплана. Это было уникальное партнёрство: шейх – виденье будущего и деньги, англичане – технологии и исполнение. Потом власти стали уходить от нефтезависимости – диверсификация экономики, торговля, туризм. Сын и нынешний правитель Дубая с 2006 года шейх Мохаммед ибн Рашид Аль Мактум продолжил дело отца – сыграл ключевую роль в модернизации эмирата, создании авиакомпании Emirates, строительстве Бурдж-Халифа, развитии туризма, установил нулевые налоги для капитала и наследства, создал бизнес климат и тд. Но фундамент заложил отец с помощью британцев.

NBJ: У него была достойная цель: поднять уровень жизни своих граждан и создать инвестиционный магнит для всего мира, что сыграло главную роль в трансформации экономики. Свободные экономические зоны привлекают множество транснациональных бизнес-проектов. Это не просто демонстрация денег – был создан уникальный оазис с соответствующим уровнем комфорта, безопасности, впечатляющими музеями и архитектурными инновациями… С учётом новых реалий, смогут ли Эмираты удержать статус «ближневосточной Швейцарии»?

А. РЕВЕНКО: Да, это уникальный в своей успешности экономический эксперимент с правильной мотивацией для всех сторон. И не только для своих. «Приезжай, строй бизнес, привози людей – налога на зарплату ноль». 5% НДС, 9% подоходный – смешно по сравнению с Европой. Хоть 20% сделай, но держи нулевую ставку на сотрудников. Главное – людей сюда заманить. Здесь катастрофически не хватает населения для крутых проектов. Приезжают предприниматели со всего мира, а мощности нет. В Саудовской Аравии проще – их в разы больше. Здесь граждан – чуть больше миллиона и 6 миллионов приезжих работников, экспатов, бизнесменов и владельцев капитала.

Очевидно, что адаптивность и эффективность государственных институтов имеют решающее значение в период подобного кризиса – и Эмираты это демонстрируют. Дубай остаётся местом безопасности и стабильности, даже с учётом последних событий.

События на Ближнем Востоке сегодня влияют на мировую экономику гораздо меньше, чем в 70-е годы, потому что она стала более диверсифицированной. Особенно это касается энергетических ресурсов и цепочек поставок в целом.

Вот когда сверхмощные компьютерные чипы производятся в одном месте – на Тайване, и если с этим островом что-то случится – тогда мировая экономика получит колоссальный шок.

Последние 5–6 лет мир активно сдвигается в сторону диверсификации – именно чтобы защитить себя от потенциальных последствий конфликтов, геополитических рисков и других шоков.

Сегодня Ближний Восток – это самый значительный полигон для инвестиционных экспериментов на планете.

Беседовала Светлана Браницкая

Материал также опубликован в печатной версии Национального банковского журнала (март 2026)

Полную версию материала читайте в разделе NBJ Дубай