1

На заре кооперативного движения в Москве жили-были три молодых бизнесмена. Они дружили даже не домами, а банками, помогая друг другу умело и быстро делать деньги. Сценарий, казалось бы, не нов. Однако именно так начиналась громкая история одного из самых крупных банковских скандалов «лихих 90-х». Главным действующим лицом этой эпопеи, растянувшейся на восемь лет, был банк с жизнеутверждающим названием «Единство», лишь чудом не ставший причиной крупного международного скандала. Одна из самых запутанных криминальных схем связана с двумя именами: бывшего офицера КГБ Дмитрия Бурейченко и экс-главы «Монтажспецбанка» Аркадия Ангелевича.

ОПЕРАЦИЯ «КООПЕРАЦИЯ»

Аркадий Ангелевич, Илья Медков и Дмитрий Бурейченко объединились для совместного бизнеса в 1991 году. Друзья решили открыть общее дело на мощной волне кооперативного движения, когда фирмы и фирмочки росли как грибы после дождя. Свой первоначальный капитал троица сколотила на продаже компьютеров, открыв фирму «Прагма» в центре Москвы на Новом Арбате. Вскоре у свежеиспеченных кооператоров появился и собственный Прагмабанк. Первым его председателем в 1991 году стал Дмитрий Бурейченко, а в правление Прагмабанка вошел Илья Медков.

Финансовую отчетность своего детища они отправляли с опозданием, демонстрировали убытки. Неудивительно, что Центробанк РФ вскоре отозвал лицензию на совершение банковских операций у Прагмабанка как у злостного нарушителя норм отчетности и предписаний Банка России. К тому времени каждый из героев этой истории пошел своим путем, полагая, что пришло время разделить «компьютерные» капиталы и «солировать».

Илья Медков создал банк с говорящим названием «ДИАМ». Расшифровка была простой как правда: «Дорогой Илья Александрович Медков». Илья быстро снискал славу банкира с эпатажем: на свой день рождения в зале ресторана «Метрополь» он наполнил бассейн шампанским. Хотел даже купить в Париже частный самолет, но не успел сделать себе подарок. В 1993 году у дверей офиса его застрелил киллер из винтовки с оптическим прицелом. Все его имущество, включая банк, перешло к Аркадию Ангелевичу.

А бывший глава Прагмабанка Дмитрий Бурейченко в 1992 году возглавил другую кредитную организацию - Кооперативный банк центрального союза потребительских обществ СНГ, созданный еще в 1988 году Центросоюзом РФ. Первым делом новый владелец сменил вывеску и придумал банку более короткое и главное благозвучное имя - «Единство». Не прошло и года, как в число его клиентов вошли весьма серьезные фирмы.

Почему Бурейченко шли навстречу, доверяли свои деньги солидные кредиторы? Бурейченко производил на всех кредиторов очень благоприятное впечатление, позднее вспоминал президент консалтинговой группы, который знал банкира лично в 1995 году. По его словам, глава «Единства» вел себя как человек, действительно радеющий за дело. Он в любое время охотно общался с клиентами, демонстрировал им документы о положении банка, убеждая их, что «Единство» - надежный банк.

На состоятельных клиентов «Единства» производила впечатление не только харизма владельца, но и два принадлежащих банку трехэтажных здания в столице: одно на Верхней Радищевской улице, неподалеку от Театра на Таганке, второе рядом со станцией метро «Первомайская». Они были безмолвными гарантами того, что с деньгами вкладчиков все будет хорошо.

Вскоре Бурейченко представился счастливый случай. В 1995 году Внешэкономбанк передал «Единству» пакет облигаций внутреннего валютного займа (ОВВЗ) - на сумму в $35 млн. «Вэбовки» (так в то время их по-свойски именовали) стали для Бурейченко рекламным щитом, который помог ему получить ОВВЗ его крупных клиентов - «Газэнергосервиса», «Промсырьеэкспорта», «Алмаз-Золота».

В начале ноября 1995 года облигаций внутреннего займа в «Единстве» скопилось на $80 млн! Именно тогда Бурейченко уехал из страны. В то время столь же неожиданно пропадало много бизнесменов.

Но банк «Единство» еще долго помнили потому, что он оказался в центре внимания крупных зарубежных банков и компаний, прямо или косвенно связанных с валютными гособлигациями.

НАСТОЙЧИВАЯ «ДОЧКА»

Первыми подняли тревогу по поводу пропавшего Бурейченко его подчиненные. Они подали заявление об исчезновении банкира в милицию спустя несколько дней после того как отчаялись отыскать своего шефа.

Розыск по России ничего не дал. Бурейченко будто сквозь землю провалился. Когда стало очевидно, что глава «Единства» ушел в глубокое подполье, уже не сотрудники, а его кредиторы подняли на ноги правоохранительные органы.

Довольно скоро выяснилось: банк «Единство» перестал вовремя выполнять свои обязательство перед клиентами еще за пару месяцев до исчезновения председателя. Первой встревожилась «дочка» Газпрома «Газэнергосервис». В сентябре 1995 года она не получила от «Единства» депозит на 9 млрд рублей. Не вернули компании и облигации ВЭБ на более чем $8 млн, и вексель на миллиард рублей. В октябре, когда банк прекратил проводить платежи, у «Газэнергосервиса» закончилось терпение. Но вскоре после переговоров с Бурейченко кредиторы потеряли его след. И тогда «дочка» Газпрома провела собственное расследование.

Выяснилось, что незадолго до своего исчезновения глава банка «Единство» продал два здания, находящиеся в собственности банка. Договоры купли-продажи, представленные нотариусом, развеяли последние надежды «Газэнергосервиса» и других клиентов вернуть себе потерянные капиталы: покупатели зданий уже значились в реестре собственников московской недвижимости.

Виктор Черномырдин в 1996 году защитил первые российские еврооблигации

Вместе со зданиями «ушли» и гособлигации. По данным следствия, все «вэбовки» Бурейченко отдал в залог фирме Intarex Corporation, которая их реализовала для покрытия долга банка «Единство». Всего же, по оценкам следователей, Бурейченко задолжал клиентам банка в общей сложности свыше $200 млн.

В октябре 1996 года прокуратура возбудила дело по факту хищения гособлигаций. Облигации, уплывшие из банка «Единство», были арестованы. И что немаловажно: только те, чьи владельцы подали соответствующие заявления в милицию. Всего «вэбовок» набралось на сумму $56,8 млн (из $80 млн исчезнувших).

Именно с этого момента история главы банка «Единства» приобрела широкий резонанс. Причем не только в финансовой, но и в политической сфере.

АРЕСТ ОТМЕНЯЕТСЯ

В числе новых владельцев «вэбовок» оказались и солидные иностранные банки: Credit Suisse, First Boston, Chase Manhattan, Citibank. После ареста гособлигаций иностранцы ни на шутку возмутились: они пригрозили не только навсегда уйти с российского рынка, но и закрыть на него дорогу всем остальным финансовым игрокам на Западе, рассказав о российском беззаконии.

Валентин Ковалев попал в поле зрения следователей после обыска на даче Ангелевича

От слов зарубежные приобретатели перешли к делу. Представители всех банков, чьи ОВВЗ арестовали, собрались в Москве, чтобы сообща решить свою проблему. Они даже наняли хороших юристов, которые нашли массу нарушений в процессе ареста облигаций. Российские чиновники самого высокого уровня заверили их, что вопрос будет решен положительно. Но снять арест непросто: юридического основания для такого шага не было.

Осенью того же года неожиданно сложились благоприятные обстоятельства для разрешения конфликта. В ноябре 1996 года Россия начала размещать на мировом рынке свой первый внешний заем в еврооблигациях. Минфин РФ надеялся получить за них примерно $400 млн, а в итоге заработал около $1 млрд. Полному успеху мероприятия могли бы помешать арестованные «вэбовки», которые настойчиво требовали возмущенные российские и иностранные инвесторы.

Виктор Черномырдин, который в то время занимал пост премьер-министра правительства России, вмешался в ситуацию. На заседании правительства он дал поручение генпрокурору РФ Юрию Скуратову снять аресты со всех ОВВЗ.

В результате удалось избежать напряжения на международном фондовом рынке. Правда, кредиторы банка «Единство» окончательно лишились шанса вернуть свои облигации.

Юрий Скуратов выполнил поручение премьер-министра - «освободил» облигации

ДВА В ОДНОМ

В том же 1996 году следственный отдел при МВД РФ, занимаясь проверкой деятельности банка «Единство» пришел к выводу, что Бурейченко и Ангелевич были связаны не только в начале своей карьеры. Они тесно сотрудничали и позже. В то время когда Бурейченко работал в «Единстве», Ангелевич возглавлял «МонтажСпецБанк» .

Следователи выяснили, что банкиры обменивались между собою должниками. Цена сделки составила $7 млн. Схема была такова: Ангелевичу доставались крупные платежеспособные заемщики «Единства», а Бурейченко - проштрафившиеся и ненадежные. Таким образом бизнесмены решили обанкротить банк «Единство», сделали вывод в МВД РФ. Следователи полагали, что именно

Следователи полагали, что именно глава МонтажСпецБанка унаследовал часть похищенных миллиардов. На эту мысль их натолкнул документ: деньги, полученные от продажи зданий, принадлежащих «Единству», находились на корсчете в МонтажСпецБанке. В материалах дела значился еще один факт. Оба покупателя недвижимости взяли ссуды на покупку у того же Ангелевича. Подозрительные совпадения следователи сложили в одно дело и начали регулярно приглашать Ангелевича в МВД для дачи показаний.

Он ни разу не отказывал следствию в помощи. Но, казалось бы, «дежурный» визит в следственный комитет МВД 17 апреля 1997 года стал для него роковым. В тот день его задержали на 30 суток. А через четыре дня посадили в СИЗО, инкриминировав хищение упомянутых $7 млн. С этого момента следственный комитет МВД РФ расследовал объединенное уголовное дело по обвинению Ангелевича А.В. и Бурейченко Д.И. в хищении в особо крупном размере.

Из материалов следствия получается, что не последнюю роль в этой истории сыграло заявление, направленное в МВД РФ Георгием Месроповым - главой фирмы «Покоторг». Банк «Единство» задолжал ему свыше $900 тыс. Узнав о том, что Бурейченко сотрудничал с Ангелевичем, Месропов потребовал, чтобы МонтажСпецБанк возместил ему долг давнего партнера по бизнесу. Позже следователи выяснили, что Ангелевич пытался уладить дело полюбовно, предложив Месропову $100 тыс. отступных. Однако тот хотел получить всю сумму целиком и поэтому обратился в правоохранительные органы. Вот тогда следователи решили проверить деятельность МонтажСпецБанка.

Через три месяца камерной жизни Ангелевич попытался покончить с собой. По словам его адвоката, на этот шаг бизнесмена толкнуло выступление в программе «Итоги» заместителя министра внутренних дел РФ, начальника следственного комитета МВД РФ Игоря Кожевникова, назвавшего Ангелевича «мошенником», «вором» и «преступником».

Суд над Ангелевичем состоялся только через три года. Все это время следственный комитет при МВД проверял финансовые отчеты обоих банков. В итоге Ангелевича признали виновным только по одному эпизоду. Пресненский суд постановил взыскать с бывшего банкира $368 тыс.( столько стоила дача в поселке Молоденово-6 Одинцовского района, которую Ангелевич изъял у гражданина К. в счет долга).

После ареста Ангелевича в здании МонтажСпецБанка были проведены обыски

Главную же часть обвинения обмен должниками между двумя банками и зависших в связи с этим неизвестно где $7 млн обвинителям отстоять не удалось. Пресненский районный суд признал заключенный между «Единством» и МонтажСпецБанком договор обмена правомерным и пояснил, что отношения между банками лежат в гражданско-правовой, а не уголовной сфере.

Ангелевича отпустили на свободу прямо из зала суда. К тому времени он уже успел отсидеть в Бутырке три года и к тому же попал под амнистию. В МонтажСпецБанке были уже новые владельцы.

НЕТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ - НЕТ НАКАЗАНИЯ

Все время, пока шло следствие по делу Ангелевича и его партнера из банка «Единство», оперативники получали из разных источников одну и ту же информацию: Бурейченко эмигрировал в Англию. Генпрокуратура РФ неоднократно делала запросы в Великобританию о его выдаче. Однако запросы не дали пользы. А в 2002 году главного героя эпопеи из «Единства» и вовсе перестали искать. Причиной тому послужили изменения в Уголовном кодексе РФ, в Великобританию о его выдаче. Однако запросы не дали пользы. А в 2002 году главного героя эпопеи из «Единства» и вовсе перестали искать. Причиной тому послужили изменения в Уголовном кодексе РФ, согласно которым, если суд принял решение, что в каких-либо деяниях нет состава преступления, то следствие не имеет права продолжать их расследование.

Аркадия Ангелевича сначала обвинили в хищении 7 млн долларов

Но хотя Бурейченко перестали искать, по его следам оперативники в 1999 году вышли на неоднократно судимого предпринимателя Виктора Мосного.

Как свидетельствуют материалы дела, с октября 1994 по май 1995 года Бурейченко выдал фирмам, подконтрольным Мосному, кредиты на $5,3 млн. для закупки сигарет и водки. Деньги, взятые на его имя, исчезли. За этот факт и зацепилось следствие. В 2000 году дело по факту мошенничества было передано в Таганский межмуниципальный суд г. Москвы. Он приговорил Мосного к семилетнему заключению....

Таким многоточием закончилась история банка «Единство», которая длилась восемь лет. В следственном комитете МВД так и не пришли к единому мнению: кто из двух, Ангелевич или Бурейченко, был манипулятором, а кто марионеткой, и почему злополучные «вэбовки», стоившие миллиона терзаний и денег тысячам людей, арестовали не сразу после того, как был установлен факт их кражи?