ЕВГЕНИЙ ЛОЛА, заместитель председателя правления руководитель службы внутреннего контроля КБ «Стройкредит»

ЛУЧШАЯ СТРАХОВКА - ВЫСОКИЙ УРОВЕНЬ КОНТРОЛЯ

От повторения подобной ситуации полностью не застрахована банковская система ни одной страны. Говорить об эффективности системы контроля в масштабах государства, на мой взгляд, не совсем корректно. Речь должна идти об эффективности контроля в каждом банке. Безусловно, существуют правила внутреннего контроля, предписанные регулятором. Однако многие банки, к сожалению, иногда соблюдают их формально. Это связано прежде всего с желанием сэкономить на контрольных процедурах и высококвалифицированных кадрах. Поэтому сегодня все зависит от уровня организации системы внутреннего контроля банка, от заинтересованности собственников в ее эффективной работе, их желания сохранить деловую репутацию. Каждый банк сам определяет для себя перечень контрольных процедур, а об их эффективности говорит уровень потерь.

Получение дохода от финансовых операций по природе своей рискованное дело, и страховкой в данном случае выступает, в первую очередь, уровень организации системы внутреннего контроля.

Урок из ЧП очевиден: банкам необходима адекватная система внутреннего контроля на всех ступенях деятельности, начиная с решений собрания акционеров и заканчивая выполнением должностных обязанностей рядовыми сотрудниками. Для улучшения системы риск-менеджмента необходимо раздельное присутствие в банке служб риск-менеджмента и внутреннего контроля. Системы контроля развиваются в том числе и на изучении имевших место случаев убытков, но предусмотреть все возможности совершения несанкционированных сделок нельзя.

КИРИЛЛ ПЕТРОВ, старший вице-президент БИНБАНКА

ОПЫТНОМУ ТРЕЙДЕРУ ЛЕГЧЕ ОБМАНУТЬ

Незначительные нарушения лимитов, к сожалению, встречаются достаточно часто. В основном эти нарушения носят технический характер. Гораздо реже руководители сами дают разрешения трейдерам превысить тот или иной лимит при определенной рыночной ситуации.

Существует закономерность - чем выше квалификация трейдера, тем больше прибыли он приносит банку, но тем больше у него и шансов ввести в заблуждение контролирующие службы в силу знания всех нюансов системы контроля. Но настоящие профессионалы никогда не допустят роста убытков до такого масштаба, даже если они имеют возможность их каким-либо способом утаить. То, что произошло в Societe Generale, скорее всего, свидетельствует о том, что трейдер не имел достаточного опыта работы, тем более с позициями такого размера, а руководство банка, возможно, закрывало глаза на нарушения лимитов в надежде на большие доходы.

Существующие системы риск-менеджмента обычно обеспечивают многоуровневый контроль, который разделяется на он-лайн и пост-контроль, на контроль со стороны бэкофиса, службы внутреннего контроля и службы безопасности. Обо всех нарушениях докладывается руководству различного уровня в зависимости от грубости нарушения. Поэтому сложно представить ситуацию, при которой руководству не сообщается о нарушении лимитов или растущих убытках

Я практически полностью исключаю возможность нарушений аналогичного масштаба в российских банках, т.к. во всех крупных банках система риск-менеджмента и, самое главное, ответственности сотрудников на всех уровнях выстроена достаточно жестко. Сокрытие отрицательной переоценки такого крупного масштаба исключено, потому что квалифицированный трейдер понимает, что это абсолютно не в его интересах, а неквалифицированному просто не дадут возможности открывать большие позиции.

ПАВЕЛ ДЕРЯБИН, старший специалист управления консультационного обслуживания ИГ ИСТ КОММЕРЦ

ПРИ УХУДШЕНИИ СИТУАЦИИ ТРЕЙДЕРЫ СКРЫВАЮТ УБЫТКИ

Несомненно, такие нарушения имеют место и в российских компаниях. На небольшие суммы технический перебор лимита вероятен при сильном снижении рынка. Кроме того, российский рынок акций иногда утрачивает свою ликвидность, когда практически невозможно продать позицию в ликвидных акциях на сумму, например, в 20 млн рублей.

Некоторые трейдеры после периода сильного подъема рынка, который обычно длится 2-3 года, не успевают перестроиться на новый лад, когда начинается период спада. Они по-прежнему торгуют агрессивно и большими объемами, хотя практика, наоборот, требует уменьшения объема операций и покупку инструментов для хеджирования. Вот и появляются «ник лиссоны» и прочие горе-трейдеры, которые вовремя не смогли оценить риски.

Так же формально ведет себя и отдел риск менеджмента, который испытывает сильный прессинг со стороны трейдеров на растущем рынке. Любое ограничение маржинальных позиций ведет к уменьшению прибыли и бонуса для конкретного трейдера. Поэтому в начале спада риск-менеджмент недостаточно активно ведет контроль над счетами и маржинальными позициями, т. к. трейдеры обычно уверяют, что спад скоро закончится и начнется рост. При ухудшении ситуации на рынке трейдеры начинают скрывать размер убытков, придумывать схемы, обманывать руководство банка и клиентов. Те, кто торгует на рынке акций, всегда подвержены системному риску. И никакая система риск-менеджмента не способна остановить трейдера, если он решил проиграть крупную сумму. Обычно такие потери видят на следующий день. Но их трудно заметить, если эти потери отнесены на счет другого, возможно мифического, клиента. Как отследить эти потери, если в компании десятки тысяч таких счетов и никто ежедневно не проверяет каждый из них досконально?

ЛАРИСА МАКАРЕНКО, аналитик агентства «Рус-Рейтинг»

У НАС ПРЕСТУПЛЕНИЯ СОВЕРШАЮТСЯ В ТРИ РАЗА ЧАЩЕ

Как правило, в банках применяются комплексные подходы к обеспечению безопасности, которые подразумевают использование не только современных технологий, но и осуществление ряда организационных мер, позволяющих на разных уровнях ограничить возможности несанкционированных проникновений в компьютерные системы. Поэтому при отсутствии прямого сговора группы людей сложно представить появление «несанкционированных»убытков в больших масштабах. Но поскольку угроза финансовых махинаций присутствует всегда, естественно, российские банки также уязвимы.

Для защиты от такого рода потерь используется страхование операционных рисков банков. Но у нас, насколько мне известно, широкого распространения данный вид страхования не приобрел. С одной стороны, это связано с тем, что банки страхуют наиболее критичные для себя риски. По всей видимости, операционные риски к этой категории не относятся. С другой стороны, страхование само по себе не обеспечивает покрытие всех операционных рисков, так как существующие механизмы страхования не адаптированы и не охватывают все возможные категории рисков банков.

Согласно опросам, проведенным PricewaterhouseCoopers среди 3600 компаний 34 стран мира, в 45% из них были отмечены факты мошенничества. Причем по данным этого же исследования в России экономические преступления совершаются в три раза чаще, чем в странах Центральной и Восточной Европы. Как показывает история, с совершенствованием методов защиты финансовые преступления не исчезают, а становятся более сложными и изощренными. Поэтому системы риск-менеджмента банков, во-первых, всегда должны учитывать риски мошенничества, во-вторых, не просто включать методы защиты с уже существующими видами мошенничества, а по возможности предвосхищать вероятные способы финансовых махинаций.