Аналитика и комментарии
Фонд неравнодушных читателей
Для тех, кто еще не знаком с Российским фондом помощи, сообщаем, что он успешно работает уже на протяжении девяти лет и действует как посредник между людьми, оказавшимися в беде, и теми, кто может и готов им помочь. Фонд получает письма-просьбы, тщательно проверяет их и публикует в газете «Коммерсантъ», журнале «Домовой», на сайте www.rusfond.ru, а теперь еще и у нас, в «НБЖ».
Почему мы решили сотрудничать с этим фондом? Схема его работы отлажена до мелочей и вызывает доверие. Очень часто бывает так: человек, компания имеют средства, хотят сделать добро, но их останавливает вполне понятная неуверенность: действительно ли пожертвования пойдут на операцию больному ребенку или ими воспользуется кто-то еще? Мы хотим, чтобы наши читатели реализовали свою потребность помогать тем, кому плохо, без риска остаться в дураках. Более подробно о принципах работы Российского фонда помощи рассказывает его руководитель Лев Амбиндер:
- Схема следующая: отбираем письма для публикации, проверяем их с помощью органов местной власти, добираем необходимые документы и публикуем с комментариями чиновников. Если читатель хочет помочь автору письма, он обращается в фонд за реквизитами. Состоявшиеся, состоятельные и сострадательные люди спасают авторов писем. В печать идут только письма, представляющие практический интерес для читателя. Мы знаем: читатель помогает по конкретным просьбам, когда решение проблемы очевидно. Например: требуется оборудование для стоматологического кабинета в детдоме, слуховой аппарат - тугоухому мальчику, коляска - инвалиду, стиральная машина - многодетной матери.
- Сколько у вас сотрудников и чем они занимаются?
- По штату у нас сегодня работают четыре человека. Они отвечают за архивирование почты, первичную экспертизу и постоянную связь с читателями и авторами писем по телефону, факсу, электронной почте. А всего нас 14 человек, большинство внештатники. Это эксперты в Москве и других городах, фотографы и создатели сайта. Задача экспертаубедиться в правдивости просьбы, в том, что автор письма не алкоголик и не мошенник. Что он впрямь не в состоянии сам решить свою проблему. Практически во всех регионах России о нас знают, и люди весьма осведомлены о наших проверках. Поэтому лжи и просьб типа «помогите на жизнь» в почте последних лет нет.
- Как отчитываетесь перед жертвователями?
- Каждая очередная подборка писем обязательно сопровождается отчетом об итогах за предыдущий месяц. Большинству читателей такая форма вполне подходит. Если же донор запросит персональный и более подробный отчет, то он его обязательно получит. Мы работаем только с клиниками, готовыми отчитываться перед фондом за каждый читательский рубль.
- Человек или компания, которые хотят помочь, должны называть себя, позвонив по вашему телефону?
- В большинстве они предпочитают называть только свое имя. Что ж, их желание - закон для фонда, но все звонки мы регистрируем.
- Почему фонд принял решение сотрудничать с «НБЖ»?
- Потому что ваш читатель - это и наш читатель! Сегодня в Москве и регионах банки нередко сотрудничают с властью в добровольно-принудительном порядке. Но уже появилась и территория свободы - филантропия от души, когда люди сами решают, сколько, кому и на что жертвовать. И если выбор сделан в пользу адресной помощи бедствующим согражданам, сиротам, детдомам и больницам, то наши подборки для вас, дорогие читатели! А если кто-то из банкиров решит пойти еще дальше (годовая программа благотворительности, системный подход, филантропия как имиджевая составляющая бизнеса), то мы готовы стать партнерами. Мы организуем банку именной благотворительный фонд, обеспечим честную информацию, адресное вложение пожертвований и PR. Совершенно бесплатно, кстати. Первый опыт такого партнерства уже есть - с компанией «Ингосстрах» (подробности - на сайте РФП: www.rusfond.ru).
Милана Челпанова, 4 года, тугоухость 2-й степени, требуются слуховые аппараты. Нужно 28 980 руб.
«Я теперь думаю только об одном: надо спасать то, что есть, приложив все силы и обеспечив детям возможности для развития. У нас двое детей. Старший, Алеша, ему 11, стал терять слух с двух лет, у него тугоухость 4-й степени. А сначала ставили 2-ю степень. У него всего один слуховой аппарат, его купила моя мама, продав дом. Алеша сильный человечек, ему нужны два аппарата, но он не жалуется, речь его развита и понятна окружающим. Он хорошо учится в массовой школе. Когда у сына обнаружилась эта беда, нам с мужем сделали генетический анализ и успокоили, мол, вовсе не обязательно, что остальные наши дети будут глухими. И мы решились на Милу. Она вовремя залепетала, а потом вдруг перестала произносить новые слова. Я в ужасе повезла ее к сурдологу, и вот диагноз: двухсторонняя нейросенсорная тугоухость 2-й степени. Нам сразу присоветовали протезироваться хорошими аппаратами. А на что? Продать нечего, а в городе работы крайне мало. Муж трудится в котельной ЖКХ, в отопительный сезон это 5 тыс. руб. в месяц. Теперь Миле 4,5 годика. Окружающим ее речь непонятна. Милу нужно подготовить кшколе, без цифровых аппаратов это невозможно. Зато с ними, как уверяют нас московские сурдологи, Мила сохранит слух и легко адаптируется. Помогите нам, пожалуйста, пока не стало поздно!»
Светлана Челпанова,
Архангельская область
Письмо комментирует начальник отдела материнства и детства райуправления соцзащиты Ольга Березина:
- Челпановы у нас на учете как малообеспеченная семья с детьми-инвалидами. Работящие, непьющие и порядочные люди. Подушевой доход ниже прожиточного минимума. Будь моя воля, помогла бы им, но одной воли мало.
Юля Косолапова, 1 год, сирота, врожденный порок сердца, спасет срочная операция. Нужно 151 196 руб.
«Уважаемый Росфонд! Помогите прооперировать по поводу врожденного порока сердца Юлию Косолапову (рождена 26.08.2004). Мать отказалась от Юли сразу в родильном доме. Отец неизвестен, родственники не объявились. Юля родилась недоношенной с массой 2 кг и с грубым шумом в сердце. Из роддома переведена в нашу детскую больницу, где и находится по настоящее время. Коррекция порока сердца ей просто срочно необходима: нарастают признаки сердечной недостаточности, ребенок на пять месяцев отстает в физическом развитии. Но главное - риск внезапной смерти. Несмотря на поддерживающую терапию, вскоре может наступить декомпенсация (одышка, потеря сознания). Юля очень слабенькая, не сидит. Но она понимает речь, улыбается, тянется к игрушкам и людям. Больница обычно не обеспечивает индивидуального ухода, но тут особый случай, и мы готовы сами выхаживать девочку после операции. Весь коллектив больницы просит вас о помощи этому ребенку».
Галина Гончарова, врач Северской детской больницы, Томская область
Письмо комментирует ведущий специалист НИИ кардиологии НЦ СО РАМН Сергей Иванов (Томск):
- Жутковатая ситуация: брошенный ребенок, у Юли нет пока даже опекуна в лице государства, и сложнейший порок сердца, тетрада Фалло. Срочно нужна радикальная операция с дорогостоящими окклюдерами (заплатками), лекарствами и шовным материалом.
Таня Солонко, 14 лет, сирота, грудной сколиоз 4-й степени, спасет операция в Новосибирском НИИТО. Нужно 175 040 руб.
«Все в жизни этой девочки словно против нее. А она, несмотря ни на что, всегда улыбчива, готова прийти на помощь, нежна с малышами, мила с подругами настолько светлая, что никто из воспитанников детдома не решится дразнить ее за кривую спину и горб. Все дети бывают жестокими при виде уродства, сироты бывают жестоки вдвойне. А тут ни одной насмешки, удивительная девочка. Отец, дремучий забулдыга, бил ее смертным боем на глазах у пьяной матери, пока государство не лишило обоих родительских прав. Природа наградила Таню не только сколиозом, но и другой генетической болезнью: кистой в шейном отделе позвоночника. Там скапливается жидкость и давит на позвоночник, провоцируя тошноту. Позади две нейрохирургические операции, а теперь вот и третья необходима: она избавит Таню от горба. В качестве директора детдома я по закону являюсь Таниным опекуном. Но такой девочке хочется помогать не по должности, а по жизни, потому что именно такие люди, вырастая, становятся опорой другим, менее стойким. К сожалению, я не смогла сама найти средств для оплаты Таниной операции, а наш бюджет такие траты не предусматривает. Поэтому и обращаюсь к вам. Извините, если не по адресу».
Татьяна Кургина, директор детдома № 13, Новосибирская область
Письмо комментирует зав. отделением Новосибирского НИИТО Михаил Михайловский:
- Тяжелый сколиоз сдавливает Тане сердце и легкие. Я уж не говорю о внешнем эффекте. Для любой девушки это катастрофа. Надо немедленно оперировать, а то деформация прогрессирует. А девочка и так обижена жизнью.
Уважаемые читатели! Если вы решили помочь авторам этих писем, за адресами и номерами счетов обращайтесь в Российский фонд помощи по телефонам: (095) 943-91-35, 158-69-04. Адрес Российского фонда помощи: 125252, Москва, а/я 50; e-mail: rfp@kommersant.ru. Адрес в Интернете: www.rusfond.ru
