Главный редактор Национального банковского журнала (NBJ) Станислав КОМАРОВ поговорил с председателем Комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, постоянным автором журнала Тимуром АИТОВЫМ, о цифровом рубле, дефиците визионеров и центре стратегического планирования.

NBJ: Тимур, давайте сразу к сути. Не кажется ли вам, что наша финансовая система – скажу так мягко – последние пару лет топчется на месте? Так ли это? Что на ваш взгляд сегодня сильнее всего тормозит «пересборку» российской финансовой архитектуры? Какие главные проблемы на этом пути?

Т. АИТОВ: Я бы не стал говорить, что система стоит – все стараются, работа кипит, и я с большим уважением отношусь к коллегам в ЦБ РФ и Минфине, которые трудятся в условиях беспрецедентного давления. Но есть одна системная беда, которая сильнее всего тормозит настоящие прорывы. И она спрятана не в технологиях и даже не в санкциях. Она – в способе организации работы. Посмотрите, как вообще устроен сегодня процесс принятия решений. У нас очень любят проводить коллегии, совещания, создавать бесконечные рабочие группы. Я не виню конкретных людей – таковы правила игры, так устроена большая государственная машина. Но новости об этих совещаниях СМИ подают как достижение и даже как решение вопроса: «сделали важный шаг вперёд», «создана межведомственная рабочая группа». Звучит весомо. А когда появляется реальный результат – мы о нём, увы, не знаем. Не потому, что кто-то плохо работает, а потому что от создания группы до внедрения работающей инновации – дистанция огромного размера, усыпанная рисками, за которые никто не хочет отвечать.

NBJ: То есть, на ваш взгляд, идёт имитация процесса?

Т. АИТОВ: Это имитация управления, продиктованная страхом перед неизбежными рисками. Функционеры – и я их понимаю – не хотят принимать на свои плечи ответственность за решения, которые в нынешней турбулентности с высокой вероятностью могут оказаться ошибочными. Гораздо безопаснее создать видимость движения. Вы это сами можете увидеть: таких людей часто показывают на форумах, пленумах, конференциях. Приход важного гостя – всегда праздник для организаторов. Но когда этот гость начинает говорить, я слышу, увы, одни общие слова. И никакой конкретики, к чему мы придём через 10 или 20 лет. Это системная проблема, и в ней нет злого умысла – просто у нас образовался дефицит визионеров, способных предложить полноценную «пересборку». Чиновник по определению не визионер – и это не его вина: его карьера строится на лояльности, а не на рисковых идеях.

NBJ: Давайте к конкретике. Цифровой рубль – один из самых амбициозных проектов ЦБ РФ. В частных беседах вы называли мне его «копией без контекста». Почему?

Т. АИТОВ: Боюсь, с ним мы слишком увлеклись формой в ущерб содержанию. Мы взяли, по сути, китайскую реестровую модель, потратили на неё миллиарды, заставили банки нести издержки по донастройке инфраструктуры. Но на главный вопрос: «Зачем это именно в такой архитектуре?» – я, честно, внятного ответа не услышал. Офлайн-режим, критически нужный в наших широтах, отложен на неопределённый срок. Смарт-контракты прекрасно работают и без цифрового рубля. А самая серьёзная болевая точка – трансграничные расчёты. В реестровой модели цифрового рубля этот канал почти перекрыт: иностранный банк, подключаясь к платформе нашего ЦБ, мгновенно становится его клиентом и тут же попадает под вторичные санкции. Понимаю, почему выбрали эту модель – она проще в управлении. Но риски, которые мы видим сейчас, с самого начала было крайне сложно устранить в рамках заданной архитектуры.

NBJ: Хорошо, а как же Китай? У него ведь такая же реестровая модель цифрового юаня. Они-то понимают, что делают?

Т. АИТОВ: У них совсем другой ландшафт. В Китае – тотальный контроль за движением капитала, слабая банковская конкуренция и конкретная прикладная задача: вытеснить Alipay с WeChat Pay из госсектора. У нас банковская система куда более рыночная. Наша реальная потребность иная – нам, вероятно, нужен был токеновый рубль (token-based) с настоящим офлайном и мостами к дружественным CBDC. Но здесь мы упираемся в ту самую проблему: предложить пересмотреть концепцию – значит взять на себя колоссальный риск. Проще «докатить» проект до отчётной точки и поставить галочку. Это не злой умысел, это человеческая природа в условиях цейтнота.

NBJ: То есть ошибка признана, но не публично?

Т. АИТОВ: Ну это даже не я озвучил первым – Герман Греф заявил, что ещё один «рубль не нужен». С ним согласны многие банкиры. Но никто из ответственных лиц сейчас не встанет и не скажет: «Коллеги, мы погорячились». Проще отчитаться о запуске в сентябре, а потом тихо добавить «вторую стадию». И я не могу их осуждать – у них действительно адская нагрузка. Только время уходит безвозвратно. Пока мы докатываем чужие реестры, китайцы через свою платформу mBridge уже прогнали десятки миллиардов долларов. Мы теряем не просто деньги налогоплательщиков – мы, к сожалению, теряем возможность влиять на формирование будущих мировых стандартов расчётов.

NBJ: С цифровыми финансовыми активами похожая история?

Т. АИТОВ: Очень похожая. Посмотрите на реальность ЦФА: нет нормального вторичного рынка, нет включения в трансграничные расчёты, нет внятного налогового режима. Первые дефолты по выпускам – прямое следствие того, что продукт не встроен в реальные финансовые потоки. Регулятор, при всём к нему уважении, не ставит во главу угла организацию трансграничных расчётов. В публичной повестке про ЦФА – только красивая отчётность о запуске. Обидно, что все стараются, а воз и ныне там.

NBJ: Если нынешняя модель управления не справляется со стратегическими вызовами, то какой выход? Кто должен прийти на смену функционерам с «общими словами»?

Т. АИТОВ: Нужен финансовый архитектор. Человек или структура, которые одновременно понимают три слоя реальности: регуляторику (от 161-ФЗ до санкционных режимов OFAC), технологические стеки и геополитику. Такие люди в России есть, но они, к сожалению, не у дел. Вспомните команду НСПК, которая создавала систему в 2014 году. Это были визионеры высочайшего класса. И где они сейчас? Многие ушли. Видимо, эти люди оказались не вписаны в текущий контур принятия решений. И это грустно.

NBJ: И что же делать? Есть ли рецепт выхода из этого тупика?

Т. АИТОВ: Рецепт есть, но он требует политической воли. Необходим Экспертно-аналитический центр стратегического планирования. Не очередной «совет по цифровизации» с функцией проведения круглых столов, а реальная структура, которая фокусируется на фундаментальных задачах с горизонтом планирования 10–50 лет.

NBJ: Что именно он должен проектировать?

Т. АИТОВ: Он должен заниматься проектированием и трансформацией национальной технологической инфраструктуры в рамках перехода к полноценной цифровой экономике. Речь о таких задачах, как обеспечение технологического суверенитета, создание архитектуры трансграничных расчётов на поколения вперёд. Это не уровень отдельного министерства, которое живёт в логике годового бюджета. А Центр должен задавать рамку и стандарты на десятилетия.

NBJ: Но почему эту функцию не может выполнять тот же ЦБ РФ или Минфин?

Т. АИТОВ: Потому что внутри любой министерской вертикали страх ошибки парализует волю. И это не вина людей – это свойство системы. Никто не хочет сесть за растрату госсредств в случае неудачи инновационного проекта. А стратегические инициативы по определению не могут гарантировать стопроцентного успеха. Именно поэтому сегодня все предпочитают приземлённые, гарантированно выполнимые задачи. В новом Центре должно быть закреплено право на ошибку. Без этого «пересборка» невозможна.

NBJ: Если подвести итог: о чём мы молчим, а говорить пора?

Т. АИТОВ: Мы молчим о трёх вещах. Первое: почему регулятор не ставит трансграничные расчёты во главу угла – это инерция или страх? Второе: кто и как измерит «цену промедления»? Третье: где брать и как растить финансовых архитекторов нового типа? Университеты готовят технарей и юристов, но не синтетических стратегов. Пока мы не ответим себе на эти вопросы, мы будем продолжать «докатывать» чужие решения без собственного контекста. И упускать время. А время – это тот ресурс, которого в санкционной экономике у нас как раз в избытке нет. Я понимаю, что у регулятора сегодня невероятно сложная работа на всех фронтах, но именно поэтому и нужно смотреть чуть дальше горизонта.

NBJ: Спасибо, Тимур. Будем надеяться, что эти вопросы всё же прозвучат не только в кулуарах.

Т. АИТОВ: Спасибо. Я тоже на это надеюсь.  

Беседовал Станислав Комаров

Материал также опубликован в печатной версии Национального банковского журнала (апрель 2026)