В первые дни боевых действий интенсивность разной информации высока, а конечный исход туманен. Bloomberg Economics смоделировали возможные сценарии развития событий и их влияние на цены на нефть, ведущие экономики и будущее Ирана. Конечно, теоретически возможно, что Вашингтон и Тегеран найдут выход из кризиса, нефть вернётся к довоенному среднему уровню в $65 за баррель, а глобальная экономика избежит удара. Но вероятность такого развития тает на глазах.

Война президента Дональда Трампа с Ираном грозит нанести серьёзный удар по мировой экономике, которая всё ещё пытается справиться с последствиями исторического повышения тарифов.

В Европе устойчиво более высокие цены на энергоносители подтолкнут экономику к грани рецессии. В США они поставят Федеральную резервную систему в щекотливое положение — между войной, которая толкает инфляцию вверх, и президентом, требующим снижения процентных ставок. В Китае прекращение поставок дешёвой иранской нефти добавляет давление от тарифов Трампа и обвала на рынке недвижимости.

Последние признаки боевых действий указывают на то, что худшее ещё впереди. Крупнейший нефтеперерабатывающий завод Саудовской Аравии закрыт. Катар остановил крупнейший в мире завод по производству сжиженного природного газа. Ормузский пролив фактически парализован. Цены на нефть и газ уже резко взлетели. Акции упали. Доходности казначейских облигаций выросли, поскольку трейдеры сократили ставки на снижение ставок ФРС.

Факторы, влияющие на цену нефти

В «кризисном» сценарии Bloomberg Economics предполагает, что при предупреждении Трампа о «большой волне» атак, цели Израиля свергнуть Исламскую Республику и ставке Тегерана на то, что он переживёт противников, бои затянутся. Усиленные удары Ирана подожгут НПЗ и порты или выведут из строя трубопроводы, остановив добычу энергии.

США могут предоставить ПВО для защиты танкеров, проходящих через Ормузский пролив, в дополнение к морским конвоям и страховке, обещанных Трампом, но риски останутся высокими. Несколько хорошо спланированных роевых атак дешёвыми иранскими дронами могут быть достаточными, чтобы пролив оставался фактически закрытым.

Ближневосточная энергия

Около 20% мирового предложения нефти проходит через Ормузский пролив. Опираясь на академические исследования и опыт прошлых перебоев с поставками, Bloomberg Economics оценивает, что снижение предложения на 1% повышает цены примерно на 4%.

Это предполагает, что длительное закрытие пролива поднимет цены на 80% от довоенного уровня — до примерно $108 за баррель. В «кризисном» сценарии Bloomberg Economics предполагает, что цены останутся на этом уровне до четвёртого квартала года.

Диапазон неопределённости широк. Серьёзные повреждения энергетической инфраструктуры Персидского залива — например, дополнительные удары дронов по объектам Saudi Aramco или чрезмерная реакция рынка — могут поднять цены значительно выше.

Ограниченные разрушения или более короткий конфликт означали бы меньший рост цен или их более кратковременный всплеск.

Четыре будущих сценария для последствий войны на Ближнем Востоке

Резко выросшие цены на нефть влияют на экономику через множество каналов. Они увеличивают затраты для потребителей и бизнеса, снижая покупательную способность и отнимая часть роста. Они также влияют на инфляцию, повышая цены на транспорт и всё, где используются нефтехимические продукты.

Для центральных банков важен размер воздействия и — главное — останутся ли эти инфляционные ожидания обоснованными.
Если да, то это позволит председателю ФРС Джерому Пауэллу, президенту ЕЦБ Кристин Лагард и их коллегам игнорировать временное воздействие на инфляцию и сосредоточиться на рисках для роста — с возможностью снижения ставок. Если нет, опасения, что работники потребуют повышения зарплат, бизнес повысит цены — и в итоге раскрутить спираль инфляции — могут вынудить их повышать ставки.

Для США сланцевая революция изменила то, как энергетические шоки влияют на экономику. Потребители проигрывают от высоких цен на бензин, но производители выигрывают — и в итоге влияние на рост практически нулевое.

Кто выигрывает и кто проигрывает от скачка цен на нефть

1. Стоимость нефти по $108 за баррель

Для инфляции картина иная. При цене $108 за баррель модель SHOK Bloomberg Economics для ведущих экономик добавляет около 0,8 процентного пункта к инфляции к концу года. Добавив это к довоенному прогнозу, получаем выше 3% — значительно выше целевого уровня ФРС в 2%.

Как минимум это заставит ФРС приостановиться перед дальнейшим снижением ставок. Если инфляционные ожидания разойдутся, давление будет на повышение. Кевин Уорш, номинант Трампа на пост председателя ФРС, окажется в трудном положении — президент требует снижения ставок, но силы, выпущенные конфликтом, требуют повышения.

Трамп также сталкивается с политической опасностью. Ни инфляция, ни иностранные войны не популярны среди американских избирателей — как он наверняка знает после своей убедительной победы на выборах в 2024 году. Промежуточные выборы всего через несколько коротких месяцев. Пока Конгресс вряд ли обуздает Трампа, даже несмотря на то, что он даже не запросил авторизации на атаку.

Для других ведущих развитых экономик — Еврозоны и Великобритании — история с ростом проще. Без значительных производителей энергии, которые бы выиграли от высоких цен на нефть, они получают больший удар по ВВП. Европа также более уязвима к ценам на природный газ, которые взлетели после остановки производства в Катаре.

Модель Bloomberg Economics указывает на удар по ВВП от энергетического шока в 0,6% для Еврозоны и 0,5% для Великобритании. Инфляция также растёт, с импульсом вверх примерно на 1,1 п.п. для обеих экономик. Если ожидания сдвинутся вверх, ЕЦБ и Банк Англии могут быть вынуждены отложить снижение или повысить ставки — усугубляя удар по росту.

Китай — крупный импортёр нефти. Иран и Венесуэла вместе составляли значительную долю закупок и Китай мог покупать ее со скидкой к рыночной цене. Покупка по $108 за баррель добавит около 0,8 п.п. к инфляции.

Среди выигравших от сбоев в нефти и газе – Россия. Резко выросшие цены на нефть фактически устранят её бюджетный дефицит.

2. Стоимость нефти по $80 за баррель

В менее экстремальном сценарии обозначается, что бои продолжаются без дополнительных крупных ударов по энергетической инфраструктуре или длительного нарушения в Ормузском проливе. Цены на нефть колеблются около $80 за баррель. Инфляционные ожидания остаются контролируемыми.
Инфляция растёт умеренно — примерно на 0,3 п.п. в США и около 0,5 п.п. в Великобритании и Еврозоне. ВВП получает удар, но не сильный. Центральные банки могут игнорировать шок.

3. Стоимость нефти $65 за баррель

В «базовом» сценарии говорится, что США и Иран достигают перемирия. Напряженность ослабевают. Нефть падает обратно до $65 за баррель. Дезинфляция (замедление темпов роста цен, при котором инфляция снижается) продолжается, центральные банки сохраняют курс, риски для глобальной экономики угасают.

Исход конфликта также определит будущее Ирана. Усиление или затяжка боёв повышает риски стабильности для Исламской Республики. Перемирие помогло бы обеспечить её выживание. Бомбардировки нанесли тяжёлый удар, но правительство пока остаётся прочно у власти. Влиятельные фигуры внутри системы поддерживают её работу. Их приоритет — преемственность. Корпус стражей исламской революции — мощная полувоенная сила Ирана — будет формировать переход к новому руководству и постарается консолидировать власть. Но с маркером «террористической организации» со стороны США стражи вряд ли поспешат улучшать отношения с Вашингтоном.

Смена правительства возможна, но только в долгосрочной перспективе и после длительного периода нестабильности. Перспектива народного восстания пока кажется отдалённой. Власти ужесточают контроль над улицами. В стране нет организованной оппозиции.

Это не первый раз, когда геополитический разрыв на Ближнем Востоке потрясает энергетические рынки и глобальную экономику. В 1973 году эмбарго арабских государств отправило цены на нефть в спираль вверх. В 1979 году иранская революция — рождение Исламской Республики — снова подтолкнула их вверх.

В США это привело к двузначной инфляции и заставило ФРС под руководством Пола Волкера ужесточить денежно-кредитную политику. Последствие: безработица близко к 11% и рецессия в экономике.

Мир изменился с тех пор. Глобальная экономика стала более ориентированной на услуги — с меньшим количеством энергоёмкой промышленности. Поставки диверсифицировались географически и с приходом возобновляемых источников. Шок такой же интенсивности, как в 1970-х, кажется маловероятным.

Тем не менее, война в Иране уже резко подняла цены на нефть и газ. Если конфликт затянется, последствия для глобального роста, инфляции и политики центральных банков будут значительными и серьёзными.

(По материалам Bloomberg Economics)
Подготовила Светлана Браницкая