Аналитика и комментарии

16 октября 2020
 

Почему Павел Дуров выбросил белый флаг: история краха проекта TON с точки зрения юриста

Telegram официально отказалась продолжать судебную тяжбу с Комиссией по ценным бумагам и биржам (SEC) по делу о запрете выпуска и распределения токенов Gram (криптовалюта проекта TON). Его основателю Павлу Дурову теперь придется вернуть инвесторам $1,7 млрд, собранных в ходе ICO. Специально для НБЖ своим экспертным мнением делится Юрий Брисов, LL.M., магистр гражданского права, директор юридической фирмы «Юридические и финансовые креативные решения», член комиссии по правовому обеспечению цифровой экономики Московского отделения Ассоциации юристов России.

Впервые мне довелось услышать о проекте TON от клиента, который обратился в нашу фирму в 2017 году за консультацией. Мы специализировались на международном праве, американском праве, инвестиционных сделках и активно погружались в мир блокчейна и ICO. На тот момент не было никакой официальной информации о проекте братьев Дуровых, а клиент требовал, чтобы все предоставленные им данные охранялись строгими требованиями конфиденциальности. В 2018 году о проекте заговорили уже все. Криптосообщество ожидало первого серьезного конкурента биткойну. 

Однако, по нашей оценке, именно те же критерии, которые делали проекты Павла Дурова популярными в интернет-среде – это харизматичность, революционный настрой, некоторая одиозность, которую фигура Дурова являла в отношениях с российскими властными структурами – несли серьёзные политико-правовые риски проекта. Контроль за национальной валютой – это привилегия, которую практически все государства добивались долгое время и смогли реализовать. В сегодняшнем мире не существует не только частных денег, но и частных эмитентов национальной валюты. Впервые за много столетий диалог о возможности возобновления частной валюты стал возможен благодаря появлению криптовалюты Bitcoin (биткойн или BTC). Биткойн – это явление достаточно уникальное. В каком-то смысле биткойн стал выражением идей, которые назревали очень давно, плюс поспособствовало удачное стечение многих обстоятельств. Эта криптовалюта неспроста на сегодняшний день самая дорогостоящая.

Движение криптоэнтузиастов начало формироваться и разрабатывать альтернативную платежную систему в начале 90-х годов. Некоторые исследователи привязывают резкий рост популярности идеи независимой валюты к принятию валюты евро в 1993 году. Многие криптоанархисты писали об отрыве основных валют доллара, фунта стерлингов и новой валюты евро от реальной стоимости. Однако эта идея не нова и высказана была впервые в XVII веке, например, в трудах Дж. Локка и других ученых. Современная же полемика ведется с середины XX века.

Таким образом, созданию криптовалюты предшествовала мощная теоретическая база, а запуск биткойна совпал с мировым финансовым кризисом 2008-2009 гг. и массовым подрывом доверия к политике ведущих государств.

При этом формирование и развитие биткойна долгое время не вызывало интереса широкой общественности. Интерес у широких масс биткойн вызвал уже на том этапе, когда было выпущено несколько миллионов монет (из возможных 21 млн, предусмотренных проектом). На волне первой популярности биткойна было удачно реализовано несколько других успешных блокчейн-проектов, например, также широко известный Ethereum Виталия Бутерина и менее известные Filecoin, Ripple. На волне успеха криптовалютных проектов прошел ряд ICO проектов менее удачных или вовсе мошеннических.

Власти США всерьез заинтересовались предложением криптомонет широкой публике в 2017 году. Комиссия по биржам и ценным бумагам США (далее – SEC или Комиссия) опубликовала отчет по делу DAO (Decentralized Autonomous Organisation), в котором впервые была выражена мысль о том, что предложение токенов блокчейн может быть инвестиционным контрактом, и в этой связи ICO должны соблюдать требования законодательства США о рынке ценных бумаг. Первым крупным проектом, попавшим под внимание Комиссии, стал блокчейн-стартап Tezos, который привлек $232 млн. В октябре 2017 г., руководство Tezos сообщило о внутренних проблемах проекта, инвесторы так и не получили токены. Более того, в отношении Tezos были поданы судебные иски. SEC выпустила еще несколько рекомендаций для инвесторов, в каждой из которых Комиссия все более строго настаивала на том, что следует регистрировать проспект публичного предложения токенов блокчейн по аналогии с ценными бумагами. Однако юристам удавалось находить законные уловки, чтобы избежать долгого и дорого процесса листинга токенов на бирже по модели IPO.

Термин «ценная бумага» определяется в Законе США 1940 года достаточно широко. Верховный Суд США неоднократно определял, что именно может считаться ценной бумагой. Наиболее популярным и часто цитируемым в этом плане считается дело SEC v. W.J. Howey Co. В этом деле суд пришел к выводу, что в соответствии с Законом о ценных бумагах договор (1), предусматривающий вложение денежных средств (2) в общее предприятие (3) с целью получения прибыли (4) за счет действий организатора или третьих лиц, считается ценной бумагой. Данные четыре критерия сформировали четырехступенчатый «тест Хауи» (Howey test), с помощью которого инвестиционным договором (т.е. ценной бумагой) может считаться любой договор, соответствующий всем или большинству критериев. 

Однако есть целый ряд исключений из этих требований, касающийся регистрации проспекта размещения ценной бумаги на бирже (IPO). Предложение ценных бумаг, освобожденное от регистрации в SEC, называют частным размещением или незарегистрированным предложением. Именно таким исключением и пробовала воспользоваться команда проекта TON. Они провели частное размещение, привлекли средства от инвесторов и уведомили Комиссию об этом в соответствии с требованиями федерального законодательства. Тем не менее, Комиссию не удовлетворило такое решение. В Комиссии посчитали, что дальнейшая перепродажа токенов Grams (криптовалюта проекта TON) также будет предложением ценных бумаг и должно регистрироваться на бирже.

Не предупредив о своих опасениях юридическую команду TON (хотя на тот момент юристы проекта находились в постоянной коммуникации с Комиссией), SEC подает срочное исковое заявление в суд 11 октября 2019 года с требованием на выдачу временного ордера и предварительного судебного запрета. Суд удовлетворил требование и наложил временное ограничение на активы Telegram. Далее обстоятельства развивались стремительно. После начала судебного процесса Telegram отложили дату запуска блокчейна TON до 30 апреля 2020 года.

24 марта 2020 года суд рассмотрел и удовлетворил заявление SEC о наложении предварительного судебного запрета на распространение активов Telegram, связанных с проектом TON, до конца рассмотрения дела по существу. Юристы Telegram попросили суд разъяснить, находятся ли под запретом на распоряжение абсолютно все активы проекта или только активы, связанные с инвесторами на территории США. 1 апреля суд пояснил, что арестованы все активы проекта, так как выделить средства, связанные с участием только американских инвесторов, не представляется возможным. 

Дальнейшие события являются тайной, окутанной мраком. Ранее проектам удавалось договариваться с комиссией и продолжать работу. Например, компания Block.One, собравшая $4 млрд, заплатила SEC штраф в размере $24 млн и выпустила криптовалюту. Однако следует заметить, что произошло это до публикации уже упомянутого нами отчета SEC по DAO. В то же время канадский мессенджер Kik, реализовавший схему привлечения средств по аналогичной TON юридической модели попал под точно такие же санкции и продолжает судебное разбирательство с Комиссией. Поэтому говорить о наличии «русского следа» или «заговора американских властей» против Павла Дурова не приходится. Проекты из США и дружественной им Канады терпят точно такие же невзгоды. 

Скорее следует сделать вывод о том, что Комиссия в принципе не планирует пропускать выпуск токенов вне биржи. У юриста SEC  в ходе судебного разбирательства в отношении того, чем же токены Gram отличаются от токенов биткойн, криптовалюты имеющей законное обращение на территории США, было два аргумента: во-первых, биткойн имеет определенную независимую цену, не связанную с личностями его создателей; во-вторых, на биткойн нельзя подать в суд, так как его создатели анонимны. В этом плане биткойн больше напоминает золото, а токены Gram, как показалось Комиссии, скорее похожи на акции компании Telegram (или золотодобывающий рудник, т.е. организацию), подкрепленные ничем иным, как верой в технический и маркетинговый гений Николая и Павла Дуровых.

Заявить, что логика SEC вдоль и поперек порочна, я не могу. Более того, заявление Павла Дурова о прекращении работы над проектом TON, которое он сделал в своем Telegram-канале в мае, наводит на мысль о том, что Павел не очень хорошо понимает принципы действия законов США о ценных бумагах. В частности, Павел заявляет, что инвесторы в золотой рудник, ожидавшие прибыли от деятельности добытчиков – это юридическая модель TON. Но тогда получается, что суд и Комиссия были правы. Потому что в изложенной аргументации присутствуют признаки теста Хауи, о котором мы рассуждали выше. И тем не менее, хочу призвать читателей воздерживаться от вердиктов. Ответ на все вопросы могло бы дать решение суда, которого в этом деле мы, увы, не дождемся. Следовательно, остается ждать и надеяться, как писал Александр Дюма в завершении романа Граф Монте-Кристо.

Поделиться: