Вход Регистрация
 

Аналитика и комментарии

06 мая 2015

проблемы организации электронного взаимодействия (СМЭВ) между банками и ведомствами

Тема сотрудничества банков и госведомств по каналам системы межведомственного электронного взаимодействия сейчас вызывает особый интерес, это видно по количеству участников круглого стола, который провел NBJ. И это неслучайно, ведь СМЭВ в перспективе може

28 апреля в Ассоциации российских банков состоялся «Круглый стол» по теме  «Проблемы организации электронного взаимодействия (СМЭВ) между банками и ведомствами».  В мероприятии приняли участие свыше 100 человек, среди них – представители руководства Ассоциации российских банков, специалисты финансово-кредитных организаций и ИТ-компаний, руководители некоммерческих партнерств и журналисты федеральных и региональных средств массовой информации.

УЧАСТНИКИ КРУГЛОГО СТОЛА, ОРГАНИЗОВАННОГО NBJ СОВМЕСТНО С АРБ:

Рушан АБДУЛЛИН, начальник департамента банка «Возрождение» (ПАО); Сергей АКИМОВ, заместитель начальника информационных технологий ЗАО «Нефтепромбанк»; Александр АКИНЬШИН, начальник управления информационных технологий ПАО «ОФК Банк»; Ольга АНДРИЩЕНКО, заместитель начальника отдела организации расчетно-кассового обслуживания юридических и физических лиц ПАО «Межтопэнергобанк»; Владимир АНИКОВИЧ, руководитель департамента по работе с инвесторами медиахолдинга «Регионы России»; Алексей АНИЩИК, начальник управления АО КБ «Росинтербанк»; Анна АРХИПОВА, руководитель блока развития продаж собственной сети и сети агентов ОАО КБ «Юнистрим»; Алексей АФАНАСЬЕВ, главный инженер ОАО «Среднерусский банк Сбербанка России»; Гульмира БАЙДУЛОВА, ведущий аналитик ЗАО «Сбербанк-Технологии»; Дмитрий БАРСУКОВ, председатель совета директоров iCAM Group; Сергей БЕЛЯКОВ, начальник отдела банковских технологий АКБ «Тамбовкредитпромбанк»; Сергей БОГАТЫРЕВ, президент Союза СРО НСБ; Дмитрий БОРИЧЕВ, руководитель группы противодействия мошенничеству ЗАО «Райффайзенбанк»; Ольга БУГАКОВА, начальник отдела контроля ДБО физических лиц КБ «ИНТЕРКОММЕРЦ»; Николай БУРКАЛЕВ, директор департамента информационных технологий ОАО КБ «Юнистрим»; Александр ВИЛЬДМАН, советник председателя правления ЗАО «МТИ-Банк»; Сергей ВОРОНОВ, заместитель начальника департамента информационных технологий ОАО «ФОНДСЕРВИСБАНК»; Александр ВТЮРИН, заместитель председателя правления ОАО КБ «Хлынов»; Анастасия ГЕРАСИМОВА, главный комплаенс-советник офиса проектного развития и методологии комплаенса ПАО «Росбанк»; Ольга ГЕРАСИМОВА, директор департамента финансового мониторинга ООО НКО «Вестерн Юнион ДП Восток»; Алексей ГРИДЧИН, менеджер по работе с заказчиками ООО «Газинформсервис»; Наталья ЕРЕМИНА, ведущий специалист отдела расчетов КБ «Русский Элитарный Банк»; Алексей ЕФИМОВ, руководитель продукта «Взаимодействие с госорганами» компании «Диасофт»; Алексей ЖИГУНОВ, разработчик компании «ИНВЕРСИЯ»; Елена ЗАВАЛИНА, начальник управления обслуживания клиентов и методологии КБ «НС Банк»; Вадим ИЗОТОВ, руководитель ДГРиМЭП ОАО «Банк Москвы»; Иван ИСАЕВ-САФОНОВ, заместитель начальника службы финансового мониторинга ОАО «Евразийский банк»; Дмитрий КАЛИНИН, заместитель руководителя направления «Государственные и муниципальные услуги» ОАО «Таврический»; Татьяна КАЛИНОВСКАЯ, начальник административного управления ПАО «ОФК Банк»; Дмитрий КВАШНИН, начальник управления информационных технологий АКБ «Легион»; Сергей КЕЦКО, начальник отдела риск-инфраструктуры и развития работы с проблемными активами, вице-президент ЗАО «Райффайзенбанк»; Сергей КИРИЧЕНКО, специалист проектно-технологического департамента ПАО АКБ «Связь-Банк»; Алексей КЛЫЧНИКОВ, начальник отдела автоматизации банковской деятельности управления информационных технологий ОАО «ТЭМБР-БАНК»; Людмила КОБЕНЯКОВА, начальник управления финансового мониторинга ЗАО «Тойота банк»; Николай КОКОРЕВ, начальник управления автоматизированных банковских систем департамента информационных технологий ООО КБ «ОПМ-Банк»; Алексей КОНСТАНТИНОВ, начальник управления информационных банковских технологий КБ «Гарант-Инвест» (АО); Ольга КУЗОВЛЕВА, начальник отдела последующего контроля и отчетности операционной дирекции ПАО «Банк «Санкт-Петербург»; Игорь ЛАВРОНЕНКОВ, ведущий специалист компании «ИНВЕРСИЯ»; Ефим ЛЕБЕДЕВ, начальник управления банковских технологий АКБ «Русский Трастовый Банк»; Яна ЛИКОРЕНКО, начальник центра сопровождения корпоративного бизнеса ПЦП МСЦ «Южный порт» ОАО «Сбербанк России»; Евгения ЛОГВИНОВА, заместитель начальника отдела оптимизации операционной деятельности управления по стандартизации и оптимизации операционной деятельности операционного департамента ОАО «Банка Москвы»; Антон ЛЫСКОВ, специалист департамента розничного бизнеса ООО «ПЕРВЫЙ ЧЕШСКО-РОССИЙСКИЙ БАНК»; Алексей МАКАЕВ, руководитель направления отдела развития и сопровождения платежей и переводов ОАО «Сбербанк России»; Сергей МАЛЬЦЕВ, руководитель отдела разработки банковских продуктов ЗАО «Банк ФИНАМ»; Юрий МАНИН, руководитель направления управления сопровождения и развития ИТ-сервисов ДИТ ОАО «РОСГОССТРАХ БАНК»; Наталья МАНЬШИНА, руководитель службы финансового мониторинга ООО «Мерседес-Бенц Банк Рус»; Эльман МЕХТИЕВ, советник президента Ассоциации российских банков; Сергей НИКИТИН, главный специалист дирекции экономической безопасности ОАО НБ «ТРАСТ»; Екатерина ПАЛУХИНА, заместитель начальника департамента розничных и комиссионных банковских продуктов КБ «Альта-банк» (ОАО); Александр ПЕТРОСЯН, заместитель руководителя службы финансового мониторинга операционно-технологического департамента АО «Банк Русский Стандарт»; Борис ПЕРОВ, старший специалист юридического департамента ПН «Национальный совет финансового рынка»; Елена ПЛАТОНОВА, руководитель департамента операционной поддержки, директор операционной поддержки ОАО «БАНК УРАЛСИБ»; Дмитрий ПОЛИКАРПОВ, заместитель начальника управления интернет-платежей ЗАО «Океан Банк»; Евгений ПОЛЯКОВ, руководитель направления департамента розничных продаж НПФ Сбербанка; Елена ПОПОВИЧ, начальник отдела оформления клиентских операций ЗАО «Токио-Митцубиси банк»; Екатерина ПОСТОЮК, руководитель бизнес-направления АО «Неофлекс»; Михаил ПУСТОВОЙ, специалист отдела сопровождения банковского ПО департамента информационных технологий ООО КБ «Альба Альянс»; Владимир РОМАНОВ, начальник управления информационных технологий ЗАО «РФИ БАНК»; Олег РУБАН, руководитель бизнес-направления АО «Неофлекс»; Ольга РУДЕНКО, юрисконсульт претензионно-правового департамента ЗАО «Международный акционерный банк»; Константин РУСАКОВ, начальник отдела развития партнерских платежных продуктов, управление платежей и переводов ОАО «Сбербанк России»; Павел РЫЖИКОВ, ведущий программист отдела связи и телекоммуникаций КБ «Интеркредит»; Константин САВИЛОВ, заместитель председателя правления ООО НКО «Единая касса»; Алексей САВЧЕНКО, начальник отдела электронных расчетов ЗАО АКБ «Алеф-банк»; Дмитрий САХАПОВ, директор дирекции финансовых продуктов ГК ЦФТ; Елена СЛАВИНА, заместитель директора операционной дирекции ПАО «Банк «Санкт-Петербург»; Юлия СТЕПАНОВА, инженер-технолог ОАО «Прио-Внешторгбанк»; Наталья СЕРГУШКИНА, главный специалист отдела анализа и финансового мониторинга ЗАО «ИШБанк»; Алексей СУДЬИН, начальник службы информационной безопасности ООО КБ «Союзный»; Наталья ТЕРЕНТЬЕВА, начальник управления ценных бумаг и пассивных операций ОАО «Прио-Внешторгбанк»; Алексей ТИХОМИРОВ, главный аналитик ЗАО «Сбербанк-Технологии»; Олег ТКАЧ, руководитель проектов КБ «Тульский расчетный центр»; Наталия ТУФАТУЛИНА, начальник отдела кредитного анализа, методологии и выявления мошенничества ЗАО «Райффайзенбанк»; Андрей ТЮЛЕНЕВ, главный специалист ООО «Дойче банк»; Дмитрий УШАКОВ, заместитель директора департамента по связям с органами государственной власти ФК «Открытие»; Андрей ФЕДОРЕЦ, генеральный директор ООО «АйДиСистемс»; Алексей ХОМКО, управляющий директор департамента рисков ОАО «Россельхозбанк»; Сергей ХРОМОВ, руководитель управления платежных сервисов АО «Тинькофф Банк»; Ольга ЦУНЕНКО, ведущий специалист отдела по ПОД/ФТ АКБ «АЗИМУТ»; Дмитрий ЦЕСЕВИЧ, главный специалист по работе с подрядчиками ОАО «Нордеа банк»; Владимир ШАРПАЙ, сотрудник службы информационной безопасности АКБ «ИРС»; Антон ШКЛОВСКИЙ, заместитель начальника управления информационных технологий АКИБ «Образование»; Анна ШПАКОВА, менеджер отдела развития мобильного и интернет-банкинга АО «ЮниКредит Банка»; Евгений ШУМ, начальник отдела внедрения и сопровождения ИТ ООО КБ «ЭРГОБАНК»; Андрей ЩЕПАЛИН, начальник ИАУ ДЭА ПАО «Банк ЗЕНИТ»; Вячеслав ЮДАЙЧЕВ, веб-директор департамента по развитию платежного сервиса в Интернете АО НКО «Москлирингцентр»; Наиля ЯХИНА, руководитель департамента методологии и развития процессов поддержки бизнеса ОАО «БАНК УРАЛСИБ»; Андрей ЯХОНТОВ, начальник отдела сопровождения информационных банковских систем КБ «Акрополь».

ВЕДУЩИЕ: Елена ЕЛИСЕЕНКОВА, генеральный директор NBJ; Анастасия СКОГОРЕВА, главный редактор NBJ.

 

внедрение СМЭВ имеет для банков огромное значение, по крайней мере с точки зрения минимизации их рисков

NBJ: По тому, как много представителей банковского сектора и ИТ-компаний сочли возможным принять участие в нашем круглом столе, мы можем сделать вывод о том, насколько актуальна на сегодняшний день предложенная тема – как должно быть организовано электронное взаимодействие между банками и ведомствами. Первый вопрос, который мы хотели бы задать: с чем связан такой интерес банковского сообщества к СМЭВ?

Э. МЕХТИЕВ: Данная дискуссия действительно очень важна, и Ассоциация российских банков, представлять которую я имею честь, приветствует интерес к СМЭВ. Кроме того, мы видим, что вопрос является не только интересным, но и достаточно болезненным для банков, и это неслучайно.
Объясню на примере. Как Вы, наверное, помните, еще в 2010 году Федеральная антимонопольная служба и Минфин России инициировали дискуссию о том, следует ли ввести ограничение величины процентной ставки по потребительским кредитам. Тогда банковское сообщество смогло в ответ предложить концепцию ограничения долговой нагрузки, правда, ее введение так и не произошло. В 2013 году, несмотря на все возражения, правительство все же решило ограничить полную стоимость кредита. В качестве подтверждения своей правоты оно привело аргумент, который банкиры не смогли отразить, – невозможность получения подтверждения дохода заемщика. Вроде бы тема не очень «электронная», а с другой стороны, решение правительства непосредственно было связано с отсутствием отлаженной системы электронного взаимодействия.
Как мы видим, внедрение доступа к данным через СМЭВ имеет огромное значение. Поэтому я рассчитываю на плодотворную дискуссию по этому вопросу – не столько на обсуждение технических деталей процесса, сколько на откровенный разговор о том, с какими проблемами сталкиваются банки в повседневной деятельности при электронном взаимодействии с госорганами.

А. ФЕДОРЕЦ: Тема подтверждения дохода физического лица действительно очень важна. Мы можем сказать, что в этом вопросе дело сдвинулось с мертвой точки: разработан и уже реализуется пилотный проект, в котором участвуют Минкомсвязи, «Ростелеком», Пенсионный фонд России и некоторое количество кредитных организаций, объединенных под кураторством двух некоммерческих партнерств – Национального совета финансовых рынков и Национального платежного совета. В рамках этого проекта банки-участники смогут получать выписки из ПФР о состоянии счета физического лица. А это облегчит кредитному учреждению задачу подтверждения дохода потенциального или имеющегося заемщика.
Понятно, что здесь есть нюансы, которые необходимо отметить. Курс любых правительственных ведомств состоит в том, что любые данные физических или юридических лиц, содержащие конфиденциальную информацию, принадлежат владельцам этих данных, и только им. Только владельцы данных могут распоряжаться ими. То есть банк может попросить владельца данных получить, например, выписку из ПФР и направить ее в банк. Гражданину такая операция доступна на портале госуслуг. 

NBJ: Но здесь возникает проблема: что делать, если физическое лицо не зарегистрировано на портале госуслуг? Наши сограждане, конечно, с годами становятся грамотнее, в том числе и при работе с Интернетом, но вряд ли можно ожидать, что все они уже проделали необходимые действия для того, чтобы оформить подобную регистрацию.

А. ФЕДОРЕЦ: Это действительно серьезная проблема. На сегодняшний день по сведениям, которыми мы располагаем, на портале госуслуг зарегистрировано порядка 15 млн российских граждан. Плюс пилотного проекта, о котором я рассказываю, в том, что кредитным организациям, участвующим в нем, будет предоставляться возможность быть центрами регистрации. На практике это означает следующее: банк сможет зарегистрировать физическое лицо в режиме онлайн на портале госуслуг и, соответственно, предложить ему совершить дальнейшие шаги по получению выписки из ПФР.

NBJ: Андрей, а система регистрации на портале госуслуг является одноуровневой, то есть осуществляется по упрощенной схеме?

А. ФЕДОРЕЦ: Нет, речь идет о двухуровневой системе. Если физическое лицо зарегистрировалось по упрощенной схеме, то оно не имеет доступа ко всем сервисам, в том числе к выпискам из ПФР. Если оно хочет получить эту информацию, то ему необходимо получить подтвержденную идентификацию. 
Я хотел бы поделиться своим личным мнением: вероятность того, что именно СМЭВ будет в среднесрочной перспективе основным каналом взаимодействия между банками и госорганами очень велика. К счастью это или нет – трудно сказать. Нам следует просто осознать это и, соответственно, приложить усилия по организации подобного электронного взаимодействия.

Э. МЕХТИЕВ: Знаете, все это, конечно, хорошо, но меня, признаюсь, несколько насторожили Ваши слова о том, что иного не дано, и о пилотном проекте, который сейчас реализуется. Мне непонятно, по какому принципу отбирались участники проекта. Я не против СМЭВ – я против существования только одного канала, потому что это, хотим мы того или нет, неизбежно ведет к монополизму. В итоге в данном сегменте рынка возникнет очередная естественная монополия, которая, вполне очевидно, установит завышенные и совсем не рыночные тарифы.

А. ФЕДОРЕЦ: Честно говоря, наша компания точно не доросла до естественной монополии, мы лишь предоставляем услугу подключения к СМЭВ банковским организациям – нашим партнерам. Если же Вы говорите об участии Минкомсвязи России в данном проекте, то это объясняется тем, что министерство является оператором СМЭВ. Что касается «Ростелекома», то он оператор инфраструктуры СМЭВ. Так что, на мой взгляд, состав участников вполне объясним. 

актуальность и достоверность получаемой информации – вот что принципиально важно

С. БОГАТЫРЕВ: Выступавшие передо мной подняли тему получения выписок из ПФР для подтверждения дохода потенциального или действующего заемщика. При этом следует отметить, что таким образом можно получить информацию только о «белой» зарплате. Между тем мы все знаем, что в большинстве случаев банки при принятии решения о выдаче кредита исходят не из справки 2-НДФЛ и не из выписки из ПФР, а из справки, составленной по форме банка, потому что до сих пор много компаний, которые работают в тени.

NBJ: Все же лучше что-то, чем ничего.

С. БОГАТЫРЕВ: Конечно. Но есть риск, что мы создадим достаточно сложную систему, а достоверную информацию будем получать только о сотрудниках нескольких десятков благонадежных компаний, таких как упомянутый «Ростелеком». В 90% случаев результат будет неутешительным.

NBJ: Это проблема не СМЭВ, а структуры нашей экономики, точнее, специфики нашего налогообложения. Малые и средние компании стремятся в тень, чтобы облегчить лежащее на них налоговое бремя…

С. БОГАТЫРЕВ: Совершенно верно. Но тогда получается, что мы создаем паровоз, который не будет работать, и делаем это вполне осознанно.

А. ФЕДОРЕЦ: Я во многом согласен с Сергеем (Богатыревым. – Прим. ред.), и даже добавлю от себя – выписки из ПФР неидеальны еще и потому, что они отстают на один квартал. То есть банки получают информацию не о текущих доходах клиента, а о том, какими его доходы были три месяца назад. Иногда это не меняет сути дела, а иногда меняет, и радикально. В то же время я бы не сгущал краски: я думаю, что «вбелую» сейчас все-таки работает не 10% компаний, а 60% как минимум.
Тем не менее вопрос, конечно, актуальный. Как можно на него ответить? Конечно, было бы идеально, если бы Федеральная налоговая служба делилась имеющейся у нее информацией, причем делилась хотя бы с ее владельцем. Но, к сожалению, пока это остается мечтой. Мне бы хотелось, чтобы результатом нашего круглого стола стала некая законодательная инициатива, реализация которой изменила бы ситуацию. 
Возьмем другой момент – ГИС ГМП. Взаимодействие с данной системой обязательно для федеральных органов исполнительной власти и других организаций, предоставляющих государственные или муниципальные услуги. Подчеркиваю – обязательно. А что мы видим на практике? На данный момент взаимодействие с ГИС ГМП осуществляют всего три ведомства – МВД, ФССП России и Налоговая служба. При этом ФНС, согласно налоговому законодательству, рассматривает информацию об уплате налогов как конфиденциальную, а информацию об их неуплате как открытую. Вот и скажите мне, не странен ли такой подход?
К сожалению, у нас много таких пробелов во взаимодействии даже госорганов между собой, не говоря уж об электронном взаимодействии между госорганами и банковскими организациями. 

NBJ: Нам, как журналистам, интересно узнать, как оценивают сложившуюся ситуацию представители банков.

Ю. МАНИН: Несмотря на все указанные пробелы и недоработки, я согласен с теми, кто говорит, что надо делать ставку на СМЭВ, по одной простой причине: в федеральном законодательстве говорится, что каждая кредитная организация должна подключиться к СМЭВ в рамках ГИС ГМП. У нас есть канал, который позволяет это сделать. Так почему же мы должны уклоняться от этого?

А. ВИЛЬДМАН: Я хотел бы вернуться к налоговой теме, поскольку она действительно является очень острой. Вы все знаете, что достаточно часто возникает такая ситуация: предприятие-заемщик прекращает свою деятельность или ликвидируется, а банк-кредитор остается не в курсе этого события. Обмен информацией с ФНС позволил бы избежать подобных казусов или, по крайней мере, минимизировать подобный риск.

С. БОГАТЫРЕВ: Мы достаточно давно и плотно работаем с госорганами, и я позволю себе такой вывод: вопрос о взаимодействии с ними нужно поднимать, когда исчерпаны все иные возможности. В контексте нашей дискуссии – если кредиты выдаются по справке банка, и финансово-кредитные организации понимают ущербность этой политики, то что препятствует им использовать такой инструмент, как бюро кредитных историй (БКИ)? 

А. ФЕДОРЕЦ: По поводу банкротящихся предприятий я бы сказал следующее: достоверность реестра сведений о банкротстве очень велика, так что лично я не вижу здесь проблемы. Другое дело, что его одного, возможно, недостаточно, и тут мы подходим к тому вопросу, который здесь уже поднимался. Необходимо консолидировать информацию, поступающую из различных источников. В Российской Федерации есть сервисы, способные обеспечить доступ банков к консолидированной информации. 

Д. УШАКОВ: Посмотрите, какая история получается. Оценка платежеспособности заемщика – это по определению многоступенчатая процедура. При ее прохождении мы используем ту информацию, которую можем почерпнуть из государственных ресурсов – именно этим объясняется то, что наш банк присоединился к пилотному проекту, который уже был упомянут в начале обсуждения. Да, есть проблема с актуальностью информации, но это повод не для того, чтобы отказаться от данного инструмента, а повод для его дальнейшего совершенствования. 
Второе, что я хотел бы сказать: проверку платежеспособности заемщиков через ПФР или через другие структуры надо рассматривать в связке с вопросом об упрощенной идентификации клиента. Подключение к ЕСИА (Единой системе идентификации и аутентификации) банки начали осуществлять, и это правильно. 

клиентам нужно разъяснять, что идентификация и регистрация – в их собственных интересах

NBJ: Очень хорошо, что мы заговорили о ЕСИА, поскольку этот вопрос мы выделили в нашей программе отдельно. Хотелось бы, чтобы и другие банки высказали свое мнение по нему.

Е. ЛЕБЕДЕВ: Упрощенная идентификация – это один из основных вопросов для нашего бизнеса при первом приходе клиента в банк. Понятно, что особенно остро он стоит в условиях развития терминальных сетей. Если же говорить о ЕСИА, то мне представляется, что это мертворожденная технология. Чтобы она стала работоспособной, в нее надо вносить существенные коррективы.

Д. КВАШНИН: Я с таким мнением не согласен. С моей точки зрения, у ЕСИА есть будущее. Если я как физическое лицо получу от государства или какого-либо уполномоченного государством органа электронный ключ с соответствующим сертификатом, то у меня появится возможность не посещать выбранный банк для начала взаимодействия с ним. Это будет возможно, если банк, в который я обратился, каким-то образом получит доступ к удостоверяющему центру того же органа, к которому получил доступ я, и он (орган) сможет предоставить кредитной организации подтверждение, что такому-то клиенту был оформлен такой-то ключ. Что в этом невозможного и сверхсложного?

Е. ЛЕБЕДЕВ: Вы все правильно говорите, но сколько времени должно пройти, чтобы достаточно большое число клиентов – подчеркиваю, только граждан Российской Федерации – получили данный сертификат. О нерезидентах я сейчас даже не говорю. Вы правы, рассуждая о том, что определенные плюсы есть, но есть и очень серьезные минусы. Один из главных – время, необходимое для того, чтобы объяснить клиентам, что им достаточно получить данный сертификат. 

Д. КВАШНИН: Если говорить о времени, то тут большую роль могут сыграть СМИ. Почему-то реклама шоколадных батончиков у нас постоянно размещается, а вот продвижению информационной безопасности внимание не уделяется. Понятно, что батончики рекламировать проще, но у нас есть опыт продвижения ОСАГО, например. Так что, я думаю, и в этом случае все возможно.

Е. ПОСТОЮК: Я хотела бы рассмотреть вопрос, связанный с тем, как выглядит бизнес-процесс взаимодействия с ЕСИА. Предположим, клиент приходит в банк за кредитом. Он может подтвердить свои доходы через портал госуслуг, если он зарегистрирован там, а если нет, то банк может зарегистрировать его на этом портале. Но для регистрации, как известно, нужен СНИЛС. Я не думаю, что все носят с собой этот документ, соответственно, многие клиенты и банки сталкиваются с этим препятствием, когда речь идет о регистрации.

NBJ: Ну это, наверное, технический момент, который легко устранить.

А. ФЕДОРЕЦ: Совершенно верно. В рамках пилотного проекта с ПФР определяется возможность требования центрами регистрации (то есть банками, обладающими возможностью регистрировать граждан на ЕПГУ) номера СНИЛС по Ф.И.О. и дате рождения. Вероятность предоставления подобного сервиса крайне велика.

Е. ПОСТОЮК: Этот технический момент показывает, что проблему надо решать комплексно. Необходимо сделать так, чтобы клиентам и банкам было доступно большее количество сервисов со стороны госведомств. Иными словами, надо добиться того, чтобы пилотный проект, о котором говорилось ранее, рассматривался не только как реализация потребности Минкомсвязи, а как проект, работающий для удовлетворения общих интересов – и Минкомсвязи, и банков, и клиентов.

Э. МЕХТИЕВ: Здесь мы фактически переходим к вопросу об электронных удостоверениях личности, или, как это часто называют в СМИ, электронных паспортах. Понятно, что они не появятся завтра, но, по идее, через три года каждое физическое лицо будет получать такой документ с квалифицированной электронной подписью, с чипом, который нельзя перезаписать и т.д. В связи с этим я хотел бы задать вопрос представителям банковских организаций: как они оценивают такую перспективу и как готовятся к тому, что рано или поздно это произойдет? Нужно ли при таких стратегических рисках строить взаимодействие с СМЭВ?

А. ГЕРАСИМОВА: Я позволю себе ответить вопросом на вопрос. Дело в том, что у нас сейчас в разрезе ЕСИА речь идет исключительно об упрощенной идентификации клиента. Полагаю, все помнят, что упрощенная идентификация применяется только при переводе без открытия счета, при предоставлении электронного средства платежа и ряде операций на рынке ценных бумаг. А теперь тот вопрос, который я хотела бы задать: насколько, в принципе, может быть актуальным обращение к ЕСИА при переводе средств без открытия счета? Ведь в 100% таких случаев клиент сам приходит в кредитную организацию.
Второй момент – предоставление электронного средства платежа. Да, оно возможно дистанционно, посредством ДБО. Но в этом случае, как правило, не бывает электронного средства платежа без счета, а наличие счета предполагает уже проведенную идентификацию. И где же здесь место для ЕСИА?

Д. ПОЛИКАРПОВ: Как представитель банка, который занимается в основном интернет-операциями, я могу сказать, что ЕСИА нам помогает. Другое дело, как эта система реально будет работать, если ЕСИА, как нам говорят, будет подобием аккаунта в «Фейсбуке»? То есть мы будем обращаться к этому сервису с запросом, он будет присылать нам подтверждение, что клиент зарегистрирован, но не будет предоставлять его паспортные данные или какую-то другую информацию?

С. БОГАТЫРЕВ: Честно признаюсь, я плотно не занимался данной тематикой, но хочу сказать – мы говорим об упрощенной идентификации и практически все упоминаем о том, что клиент где-либо эту идентификацию проходит. Не имеет ли смысла с этой точки зрения поднять статус первичной идентификации?

Д. КВАШНИН: Это сложный момент, поскольку неизбежно встанет вопрос о взаимодействии нескольких систем. Банк оказывает услугу первичной идентификации, сообщает об этом ЕСИА. После этого через какое-то время клиент перестает обслуживаться в этом банке и требует от финансово-кредитной организации удалить его персональные данные. Сразу в этом случае возникает вопрос: если мы удаляем сведения, то кто в дальнейшем будет отвечать за то, что клиент был первично идентифицирован?

С. БОГАТЫРЕВ: Я не думаю, что субъект, осуществивший первичную идентификацию, впоследствии становится хранителем информации о физическом лице. Есть ресурсы, которые являются межбанковскими, их надо создавать и развивать, и по возможности не вмешивать сюда государство. Потому что существует практика: как только государство вмешивается в тот инструмент, который может быть реализован без его участия, тут же начинаются очень сложные моменты, возникающие из-за бюрократизации этого инструмента. 
Мне могут возразить: создавать собственный межбанковский инструмент – очень сложная задача. Но, с другой стороны, создали же институт БКИ, и в данном случае это, на мой взгляд, тоже возможно.

Д. КВАШНИН: Здесь возникает законодательная коллизия: закон № 152-ФЗ предусматривает возможность отзыва обработки информации по персональным данным физическим лицом, то есть разрешает ее хранение, но не обработку и передачу другим лицам. Чтобы устранить это препятствие, должно вмешаться государство, то есть оно должно урегулировать или ограничить право гражданина отзывать свою заявку на обработку персональных данных. Без этого механизм обмена информацией реализовать сложно.

NBJ: Закон № 152-ФЗ, его особенности и коррективы, которые необходимо внести в него с целью повышения его работоспособности, – это вопрос, заслуживающий созыва по крайней мере десяти круглых столов и нескольких конференций. Давайте вернемся к вопросу, жизнеспособна или нет ЕСИА с учетом всего, что уже было сказано о достоинствах и недостатках этой системы.

А. ШКЛОВСКИЙ: Технический прогресс не стоит на месте: если на рынке появилось новое техническое решение, то оно будет распространяться, хотим мы того или нет. Кроме того, банки, которые ставят перед собой задачу привлечения новых клиентов, должны максимально идти навстречу пожеланиям клиентов. Если люди приходят в банк и узнают, что у них есть возможность выбора между старой и новой системой идентификации, то нет ничего удивительного в том, что они выбирают новую. А банк, который предложит им выбор, естественно, получает конкурентное преимущество по сравнению с организацией, которая выбора не предложит.

какие сервисы и какая информация нужна банкам в рамках СМЭВ?

А. ГРИДЧИН: Коллеги, давайте в этом вопросе отделим «мух от котлет». Есть сервисы, которые государство предлагает гражданам, а есть те, которые оно предлагает банкам. Поэтому мне кажется резонным поставить на повестку дня вопрос: с каким количеством сервисов банки работают в ежедневном режиме, чтобы получить ту или иную информацию? Удобно ли получать данные кусками из разных источников? Может, имеет смысл сконцентрироваться на чем-то одном, доработать одну систему, и из нее потом получать максимальную информацию, которая необходима банкам для дальнейшей работы?
Давайте сформируем перечень сведений, а также перечень госструктур, от которых банки хотели бы получать данные, определимся, какая из уже имеющихся систем является оптимальной, и сконцентрируемся на ее доработке. Мне представляется, что это – самый логичный вариант.

Д. КВАШНИН: Банки, конечно, поддерживают Ваше предложение сконцентрироваться на чем-то одном и дорабатывать одну централизованную систему. Но нам приходится ждать, пока то же самое поймут государственные структуры и их руководители. Даже им, как физическим лицам, будет удобнее так взаимодействовать с банками. Пока этого не произойдет, дело не сдвинется с мертвой точки.

А. ГРИДЧИН: Тогда, возможно, есть смысл подготовить обращение от имени Ассоциации российских банков к законодателям и правительству. 

А. ЩЕПАЛИН: Я хотел бы указать на еще одну очень серьезную проблему. Сейчас, как известно, действительность паспортных данных можно проверить, пользуясь разными источниками – БКИ, СМЭВ и по сайту ФМС. Самое интересное, что все эти проверки могут дать разные результаты, причем даже когда мы обращаемся в один и тот же источник – ФМС. Нам в итоге приходится разворачивать клиентов и отправлять их выяснять, в чем дело. Рассогласованность информации, ее противоречивость – вот проблема. Данные недостаточно быстро обновляются, и всегда есть риск, что вам будет предоставлена информация, не соответствующая действительности. 

Б. ПЕРОВ: На самом деле проверка паспортов по базе ФМС, как обязанность кредитных организаций, была введена не так давно. Здесь можно пойти по двум путям. Первый из них – обсуждать технические вопросы: почему база недостаточно эффективно работает, почему предоставляются неактуальные данные о клиентах? Второй, на мой взгляд, более конструктивный – внести поправки в положение Банка России № 262-П, чтобы исключить обязанность банков проверять паспорта по базе ФМС. Мы неоднократно обращались с предложением в ЦБ, мотивируя это тем, что сейчас на банки возлагается дополнительная и непрофильная для них нагрузка по осуществлению таких проверок. Я должен сказать, регулятор в целом с пониманием относится к нашей позиции и аргументации. 
Второй момент – спискок сервисов, из которых банки могли бы получать информацию о клиентах. Мы совместно с Минкомсвязи, «Ростелекомом» и банковским сообществом ведем работу по составлению такого списка.

Ю. МАНИН: Я хотел бы поделиться опытом нашего банка в части проверки действительности паспортов. Около года назад мы подумали: раз есть такой сервис, то грех им не воспользоваться. Мы подключились к сервису ФМС через СМЭВ, получили доступ, прошли опытную эксплуатацию и перешли к промышленной эксплуатации. И все было неплохо в течение месяца, после чего доступ к сервису прекратился до выпуска нового порядка предоставления доступа.

NBJ: Но затем он возобновился?

Ю. МАНИН: В том-то и дело, что нет.


А. ФЕДОРЕЦ: Я поясню, в чем причина, точнее, какова формулировка по этому вопросу. Доступ не предоставляется, потому что нет юридического обоснования предоставления открытых данных третьим лицам. 

Н. ТЕРЕНТЬЕВА: Я согласна с тем, о чем говорили мои коллеги. Мы сами обращаемся в ФМС с просьбой идентифицировать клиента, а в ответ получаем информацию, что он... умер. Но мы пытаемся подобные коллизии решить не путем критики ФМС, а путем взаимодействия с местным управлением Службы. Мы направляем ему данные, которыми располагаем, оно исправляет ошибки. Таким образом, мы работаем не только на благо друг друга, но и на благо клиентов и других организаций, у которых клиенты впоследствии будут запрашивать услуги. 

NBJ: Давайте перейдем к следующему вопросу, который мы хотели бы обсудить в рамках круглого стола, – к новому порядку ведения ГИС ГМП. Какие проблемы здесь возникают у банков?

А. МАКАЕВ: Я не знаю, коллеги, что сказать про новый порядок ведения ГИС ГМП. В последних форматах взаимодействия определено, что сведения, которые сегодня могут быть заполнены нулями (УИН, УИП), в новом формате взаимодействия являются обязательными и не могут быть равными нулю. Таким образом, операция оплаты может быть осуществлена при формировании УИП (некий код на основе идентифицирующего документа) или при запросе УИН из ГИС ГМП. Если невыполнимо ни то ни другое, будет прописана обязанность банка отказывать в приеме платежей. 

А. ФЕДОРЕЦ: Более серьезная новация, которая пока существует лишь в проекте нового порядка взаимодействия с ГИС ГМП, заключается в следующем: конкретно определены те государственные ведомства и муниципальные организации, которые обязаны будут размещать информацию о начислениях за собственные услуги в ГИС ГМП. На данный момент этот перечень четко не прописан, поэтому ГИС ГМП мало востребована банками как источник информации о начислениях. Если такое положение дел изменится, то, конечно, финансово-кредитные организации будут обращаться к ГИС ГМП чаще, чем сейчас, ведь там будет храниться информация об оплате любых государственных или муниципальных услуг – образование (детские сады, школы, секции), БТИ, платные парковки и т.п.

А. МАКАЕВ: Я бы предложил где-то прописать или задекларировать, что банкам необходимо получение информации о непросроченных налоговых начислениях. Понимаете, сейчас ситуация такова: мы видим только задолженность по налоговым платежам. Договариваться с ФНС об изменении такого положения дел бесполезно – тут действительно нужна законодательная инициатива, и в этом отношении, как мне представляется, нам тоже могла бы помочь Ассоциация российских банков.

есть ли альтернатива СМЭВ? Если да, то в чем она?

NBJ: Заключительный вопрос в рамках нашей дискуссии: есть ли альтернативные каналы получения и предоставления информации?

Е. ПОСТОЮК: Это непростой вопрос. Первоначальной целью создания СМЭВ является улучшение взаимодействия между государственными ведомствами. Система была организована для того, чтобы гражданин мог получать услуги госведомств в режиме единого окна. Возможно, именно поэтому пока не видно, чтобы развитие СМЭВ шло в сторону предоставления банкам сервисов, которые могли бы быть им полезными с точки зрения скоринга, предотвращения мошенничества и т.д. Возможно, со временем это изменится. Но пока, как говорится, имеем что имеем.

А. ФЕДОРЕЦ: Я поддержу Екатерину (Постоюк. – Прим. ред.), но уточню, что тут есть еще один аспект проблемы: ни у одной госслужбы нет такой строки в бюджете, как переход на СМЭВ. У них есть, например, канал связи и обмена информацией с ЦБ, а вот финансировать их проекты по подключению к СМЭВ никто не собирается. И это действительно проблема.

С. БОГАТЫРЕВ: Позволю себе подвести итог нашей дискуссии: меня очень порадовало то, что в рамках круглого стола неоднократно упоминалась Ассоциация российских банков, а также поднимались вопросы, связанные с обеспечением безопасности кредитных организаций. Я надеюсь, что нам удастся не только оформить то, о чем мы с Вами говорили, в качестве законодательных инициатив, но и организовать в структуре АРБ комитет, который будет специализироваться на вопросах экономической безопасности в банках. Мне кажется, такой итог нашего круглого стола, в случае его реализации, пошел бы на пользу всему национальному банковскому сектору.

NBJ: Мы хотим пригласить всех участников круглого стола и экспертов, которых интересует тема электронного взаимодействия между банками и госорганами, продолжить обсуждение на страницах нашего журнала. Нет сомнений в том, что к вопросам, связанным с организацией СМЭВ, мы будем обращаться еще не раз, поскольку наш круглый стол как нельзя лучше продемонстрировал, насколько актуальна эта тема и сколько в ней еще белых пятен и нерешенных проблем. 

 

Екатерина ПОСТОЮК,   
руководитель бизнес-направления 
по автоматизации взаимодействия 
с госорганами компании Neoflex

Мы наблюдаем, что для банков наличие электронного документооборота с государственными ведомствами становится «гигиеническим» фактором ведения бизнеса. «Бумажные» технологии устаревают и органично замещаются электронными. Ряд ведомств, например ФССП, ФНС, ПФР и другие, становятся драйверами развития электронного взаимодействия, и в ближайшем будущем этот тренд будет укрепляться.
Основные трудности, которые возникают или могут возникнуть у банков, связаны, на наш взгляд, со спецификой конкретного государственного ведомства, с которым осуществляется взаимодействие. Система ЭДО с органами исполнительной власти только выстраивается, поэтому неоднозначная трактовка нормативных документов, изменение форматов и требований – распространенное явление. 
Естественно, что банки в новых для себя условиях демонстрируют повышенный спрос на решения, призванные автоматизировать процесс электронного документооборота. Вряд ли стоит удивляться тому, что главным критерием выбора при этом становится минимизация издержек – использование того или иного решения должно избавить банк от дополнительных расходов. 
Если говорить о нашей компании, то у нас есть что предложить, в том числе и с учетом вышеназванного критерия выбора. Neoflex Adapters – это единственная платформа на рынке, которая поддерживает взаимодействие с ведомствами как через СМЭВ (решая актуальные задачи взаимодействия с ФССП, ЕСИА, ГИС ГМП и др.), так и через канал ЦБ (решая задачи взаимодействия с ФНС). Если появляется новая задача, то линейка расширяется. Наши клиенты могут быть уверены: взаимодействие с новым ведомством будет реализовано на базе единого решения, что в итоге снизит издержки и будет удобнее с точки зрения дальнейшей поддержки. 

Всего проголосовало: 1

10.0

Комментировать могут только зарегистрированные пользователи

Мы в сетевых сообществах: 

Голосование

На чьей стороне, по Вашему мнению, "лежат" проблемы с подключением к СМЭВ и обменом информацией?

Загрузка результатов голосования. Пожалуйста подождите...
Все голосования

Календарь мероприятий

Сентябрь, 2016
««
«
Сегодня
»
»»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30
Ближайшие мероприятия

Видео

Летний Интеллектуальный кубок "Самый интеллектуальный банк" и "Самая интеллектуальная компания"

Летний Интеллектуальный кубок "Самый интеллектуальный банк" и "Самая интеллектуальная компания"

Яндекс.Метрика