Вход
Мы в социальных сетях

Аналитика и комментарии

15 декабря 2006

Нет, это бой с тенью

A A A

В феврале 2007 г. исполняется пять лет с даты вступления в силу Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем». Руководители Федеральной службы по финансовому мониторингу (ФСФМ)главного проводника антиотмывочного законодательства в нашей стране - активно готовятся к этому событию. В своих отчетах они говорят о миллионах получаемых сообщений о подозрительных сделках, тысячах расследуемых нарушений и сотнях наказанных судами преступников. Видимо, они свято верят в высокое предназначение своего труда и искренне рассчитывают на юбилейные награды. Но полезна ли их деятельность?

Бессмысленное наказание

Начнем с уголовных расследований и «посадок». По словам главы ФСФМ Виктора Зубкова, за первую половину текущего года в России были осуждены 257 человек за отмывание преступных доходов. Понятно, что если их осудили, значит, правоохранительным органам пришлось для начала доказать суду сам факт «основного» преступления - торговли наркотиками или оружием, организации притонов, кражи и т.д., иначе судебного подтверждения преступных доходов не было бы вовсе. Значит, акт неотвратимости справедливого возмездия уже свершился. Однако что за потребность проводить специальное расследование и затем судить за отмывание доходов, если изобличенные граждане и без того получают свой срок? Зачем вплетать еще и легализацию - действие, которое отнюдь не является общественно опасным? По принятой в России и во всем мире терминологии, легализация (отмывание) - это операции по введению денежных средств или иного имущества в законный оборот, по приданию им статуса законных. В первую очередь, это - зачисление наличных денег на счета в банки. Так что в том плохого? Деньги выводятся из «грязного» нала в «белый свет», что уже здорово - они начинают работать на официальную экономику. Мало того, движение денег через банки оставляет в них свои документарные следы, и когда того же наркоторговца ловят, следствию становится очень легко по банковским проводкам найти приобретенные преступником активы и его сообщников. В этом смысле легализация денег фактически является сотрудничеством со следствием. За него впору преступнику почетную грамоту давать, а не увеличивать сроки его наказания.

Теперь - о сообщениях. Их действительно приходит в Финмониторинг по нескольку десятков тысяч в день, формируя многомиллионное досье. Наибольший объем информации о сомнительных операциях направляют банки, вынужденно «стуча» на своих клиентов. Причем критерии сомнительности искусственно размыты, и теоретически любая операция может стать объектом пристального внимания со стороны банка и финансовой разведки.

Понятно, что в таких условиях преступный капитал вряд ли идет в банки. Он остается в «нале», активно питая им новый криминал. Но и вполне законопослушные граждане тоже боятся антиотмывочного законодательства, они безо всякого энтузиазма проводят свои операции через банки, предпочитая рассчитываться друг с другом все более возрастающим объемом наличности. В противном случае есть непрогнозируемый риск попасть под контрольную проверку с требованием раскрыть все детали взаимоотношений с деловыми партнерами. В соответствии с действующими правилами, сотрудники банков выведывают коммерческие тайны своих клиентов, да еще передают их ФСФМ. В результате многократно увеличивается опасность для клиентов потерять выгодный бизнес или обнаружить свое имя на очередном диске с секретами, попавшими в широкую распродажу. Не в этом ли немаловажная причина слабости ресурсной базы российских банков?

Любители грязи

Вполне очевидно, что институт противодействия легализации грешит полным отсутствием реальных достижений и неустранимыми внутренними пороками. Зато в выигрыше те, кто всеми силами способствует наличному «загрязнению» денежного оборота. Так, самым последовательным его сторонником являются США, объективно заинтересованные в том, чтобы как можно больше эмитируемой ими валюты навечно оставалось в наличной форме и, по традиции, широко обслуживало теневой оборот других стран. Это помогает им препятствовать как выходу сотен миллиардов бумажных долларов на собственный товарный рынок, так и развитию чужих экономик. Американцы грамотно используют любой шанс для ужесточения регулятивных норм. Так, трагические события 11 сентября 2001 г. предоставили им психологический довод расширить список обязательных для исполнения всеми странами правил якобы в интересах противодействия финансированию терроризма. Чушь, ведь теракты стоят сущую мелочь и всегда оплачиваются наличными!

Свой куш имеют также доморощенные чиновники, которые осуществляют тотальный контроль над банками и их клиентами. Сегодня в их силах карать или миловать, используя непрозрачность принятого законодательства и процедур надзора.

Действительно, в российском банковском сообществе ничто, пожалуй, не несет столь большого криминогенного потенциала, как практика надзора со стороны ЦБ над исполнением противоотмывочных норм. Одним банкам может быть позволено многое, другие рискуют понести жесточайшее наказание за малейшие, чисто формальные ошибки. Но как налажена реклама достижений надзора! По нескольку раз в месяц ЦБ сообщает об отзыве лицензий у очередных банков, ссылаясь на нарушение ими Закона о противодействии отмыванию. При этом приводятся данные о десятках миллиардов рублей, нагло обналиченных через них. Но в такой рекламе скрыта двойная ложь.

Во-первых, обналичивание - это не отмывание денег, а прямо противоположный процесс - их «загрязнение», потому что они уходят из официального, банковского оборота. Без сомнения, этот процесс вреден для общества, ведь вместе с ростом доли операций с наличными деньгами растут теневые расчеты, включая взятки, утаиваются налоги и кормится преступность. Но пытаться решать проблему «загрязнения» денег посредством запутанных противоотмывочных норм - значит, морочить всем голову.

Во-вторых, обналичивание, как правило, происходит в полном соответствии с установленными самим же ЦБ нормами - банки выдают своим клиентам наличные деньги на покупку в основном сельскохозяйственной продукции и ценных бумаг. Так банки поступать не только могут, но и обязаны на основании клиентских поручений. Понятно, что за выдачу «нала» берутся немалые комиссионные, но на то банки и являются коммерческими организациями, чтобы зарабатывать прибыль, не нарушая законов. И, соответственно, задача государства - изменить нормативно-правовые акты, чтобы закрыть законодательную брешь и резко сократить наличные выплаты.

Обналичивание - это не отмывание денег, а прямо противоположный процесс - их «загрязнение»

Конечно же, в перечне таких изменений ни в коем случае не должно быть права кредитных организаций на произвольный отказ от открытия или дальнейшего обслуживания счета «подозрительного» клиента, ведь такой отказ будет, по сути, антиконституционным запретом на свободу осуществления не запрещенной законом предпринимательской деятельности. Нельзя также «замораживать» платежи, показавшиеся банкам сомнительными, и вменять клиентам в обязанность предоставлять первичные документы, обосновывающие переводы на определенные суммы. Такие нововведения станут порождать в банках конфликт интересов и продолжать вытеснение операций в наличную форму.

А в чистоте намного лучше!

Но что уж точно стоит сделать, и сделать незамедлительно, так это ввести в силу внятные правила работы с наличными деньгами и прозрачную процедуру ее контроля. Наверное, логичным было бы устанавливать эти правила исключительно в целях надежного налогового администрирования. И, конечно, по единой методике, без коррупционноемких индивидуальных разрешений. Принципиально же проблему больших наличных расчетов, да и всего «серого» предпринимательства можно решить лишь одним способом - радикально изменить систему обязательных платежей государству, здорово провоцирующую сегодня уход в «нал». Для начала хорошо было бы освободить от любых видов налога малый бизнес, ведь он и сейчас в совокупных доходах бюджета формирует лишь мизерную часть.

Параллельно с этим надо максимально упростить и удешевить безналичные операции граждан России, чтобы они добровольно отказывались от использования «нала». Почему бы, например, Сбербанку, имеющему крупнейшую сеть своих отделений по всей стране, не заключить договоры с каждой торговой точкой о предоставлении ей в аренду терминалов безналичной оплаты покупок? Такой терминал должен обеспечивать мгновенное зачисление в пользу магазина суммы по чеку без подписания этого чека покупателем. Предварительное же согласие покупателя на списание с его счета конкретной суммы могло бы подтверждаться, скажем, после введения пароля в собственный мобильный телефон, а правильность величины этого списания - последующим SMS-сообщением. Комиссия по этим операциям не должна взиматься вовсе. Реализация такого проекта подтвердит общенациональную роль Сбербанка, а грамотное управление возросшим объемом клиентских средств позволит ему постепенно окупить свои затраты.

Безусловная отмена дискредитировавшего себя Закона «О противодействии отмыванию:» и переориентация усилий всего общества на противодействие «загрязнению» денег, причем, преимущественно экономическими методами - очень важная задача по созданию условий ускоренного развития России.

Всего проголосовало: 0

0.0

Сергей Мещеряков
Поделиться:

Комментировать могут только зарегистрированные пользователи

Новости банков и компаний

«Сбербанк страхование жизни» выплатила 775 млн рублей по страховым случаям за март
ПАО «НИКО-БАНК» выбрал Digital2Go
Новикомбанк поддерживает проект «Дорога памяти»
МСП Банк поддержит предпринимателей беспроцентными кредитами на выплату заработной платы

Календарь мероприятий

Апрель, 2020
««
«
Сегодня
»
»»
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30
Ближайшие мероприятия